Черт возьми! Серас удивленно вздохнула. Сотни тысяч воспоминаний. Несколько жизней, о которых так легко забыть, и все же Серас точно знала, о каком моменте говорил Саид. Прошло совсем немного времени после того, как Рин завладел ее душой, и она сохранила некоторое представление о том, что значит чувствовать. Она танцевала, как марионетка на веревочке, обеспечивая шоу, которое гарантированно произведет впечатление на высокомерного мастера ковена. Рин учил ее быть красивой и грациозной, грозной и свирепой. Все это время она испытывала такое сильное отчаяние, что оно грозило поставить ее на колени.
— Твои глаза. — Саид уставился в пустоту. — Бледная осень. Звездные. Твоя кожа. — Он потянулся к ней, как к привидению, кончики его пальцев скользнули по ее обнаженному плечу. — Блестящая и прекрасная. Твои волосы… — серебро сверкнуло в его глазах, когда он поймал локон ее волос между большим и указательным пальцами. — Как огонь.
Слезы кололи глаза Серас. Его нежные слова опустошили бы ее, если бы она могла чувствовать хоть немного больше. Его взгляд оставался рассеянным, будто он вернулся в то воспоминание, переживая момент рядом с ней.
— Саид. — Она обхватила его лицо ладонями и умоляла. — Вернись ко мне. В прошлом для тебя ничего нет.
— Она меня привяжет. — Ее слова не произвели на него никакого впечатления. — Моя душа связана с ее.
Он взял ее кровь. Этого должно было хватить, чтобы очистить его разум. Почему он так легко ускользнул? Знакомое чувство беспомощности поползло по ее плечам, тяжесть которого была почти невыносимой. Она не знала, как ему помочь. Как удержать его от того места, которого больше не существовало. Она не могла дать ему надежду, когда у нее ее не было.
Саид жил в мечтах. Серас давно перестала мечтать.
Глава 13
Саша расхаживала по комнате, которая когда-то была кабинетом Саида. Солнце взойдет через несколько коротких часов, и ей хотелось, чтобы забвение дневного сна положило конец еще одной несчастной ночи. Бездушие оказалось не таким страшным, как она думала. Честно говоря, она приветствовала отдых от парализующих эмоций. Теперь ее снедало беспокойство и отсутствие свободы, теперь, когда она частично отвечала за благополучие всего их ковена.
— У тебя достаточно кислое выражение лица.
Саша подняла голову и увидела, что в дверях стоит Диего. Она поджала губы. Диего поступил бы мудро, не поддразнивая ее. Ее соправитель всегда был чертовски оптимистичен. Возможно, поэтому Саид выбрал его править вместе с ней. Она предположила, что они идеально уравновешивают друг друга. Похоже, Саид все продумал. Все, кроме пустой безнадежности, которую она почувствует, когда он уйдет.
Оплакивала ли она его потерю? Или ее мучило отсутствие собственной души?
— Михаил недоволен. — Она предпочла проигнорировать замечание Диего о своем отношении и сразу перешла к делу. — Саид обещал превратить троих, а теперь его нет, и нам не хватает одного вампира.
Диего сардонически улыбнулся, обнажив острые клыки.
— Ты действительно думала, что он оставит нас без дела?
Да, черт возьми. Достаточно того, что он бросил их, и самое меньшее, что он мог сделать, это убедиться, что все его дела с королем вампиров завершены.
— Думаю, он должен был нести ответственность, а не гоняться за мечтой по западному побережью.
Диего шагнул вглубь кабинета и закрыл за собой дверь. Он строго посмотрел на Сашу и скрестил руки на широкой груди.
— Ты сделала бы что-нибудь меньшее, если бы поверила в то, что делает Саид?
Она ненавидела, когда Диего был прав. Он всегда был уравновешенным, в то время как Саша позволяла своему сердцу вести ее. Она завидовала его прагматичной натуре. Его сдержанности. Если бы ее разум мог убедить сердце в том, чтоСаид никогда не будет принадлежать ей.
— Нет. — Врать не было смысла. Она бы оставила их всех без единого слова. — Но дело не во мне.
Диего усмехнулся.
— Это касается только тебя. Ты слишком упряма, чтобы признать это.
Он был прав по обоим пунктам. Она понимала, что ведет себя по-детски, но пока была не готова менять свое отношение.
— А кто же третий? — Она больше не хотела говорить о своем печальном, жалком состоянии. — Мы должны решить. И мы должны выбрать, кто из нас будет отвечать за обращение кандидата.
— Поразительно. Так официально. Ты действительно серьезно относишься к своей роли мастера ковена, не так ли?
Его насмешливый тон не был забавным.