— Ты уверена, что хочешь именно этого? — наконец-то голос разума. — Риньери де Реж не из тех, с кем можно шутить. Использовать одного мага для борьбы с другим опасно.
— Это я знаю. — Покорность, прозвучавшая в голосе Фионы, заставила желудок Саида сжаться в тугой узел. — У меня нет выбора.
Он медленно вздохнул и прижался губами к щеке Фионы. Она отпустила его руки и повернулась к Рину, ее поведение снова стало уверенным и яростным.
— Тогда давай обсудим условия. У меня нет времени.
Пол снова вывалился из-под Саида, и как он ни старался восстановить воспоминание, оно выскользнуло из его рук. Тяжесть одеяла давила на него, и он глубоко вдохнул теплый воздух, прежде чем его разум погрузился во тьму и дневной сон овладел им. Одна простая сделка. Разрушенные жизни. И Саид был свидетелем всего этого.
***
Миллион проклятий в адрес Рина вертелся на кончике языка Серас. Вид Саида, покрытого волдырями, с ободранной и кровоточащей кожей, навсегда запечатлелся в ее памяти, и она ничего не могла сделать, чтобы стереть этот образ. Беспокойство душило ее, вызывало тошноту и сжимало грудь. Она все еще чувствовала запах горящей плоти, и ее желудок крутило. Если Рин убил его… боги. Серас прерывисто вздохнула. Она не думала, что переживет эту потерю.
Если бы сейчас у нее был кинжал, она пронзила бы им черное сердце Рина, независимо от того, владеет он ее душой или нет.
Он обернул простыней ее обнаженное тело, прежде чем вытащить из квартиры Саида. Очень великодушно с его стороны. Как будто это, в сочетании с ее бурными протестами, не привлекло ненужного внимания. Он фактически похитил ее, и ему было наплевать на то, как он швырнул ее на заднее сиденье «Рейндж Ровера» и захлопнул дверцу.
Рин рывком распахнул пассажирскую дверцу и уселся на переднее сиденье.
— Тебе повезло, что я не свернул тебе шею.
Ее негодование утихло под холодом слов. За прошедшие столетия она стала более беспечной, но это не означало, что Серас не помнила наказания Рина в самом начале ее рабства, когда она чем-то его злила. Она понятия не имела, как он отомстит, если ей удастся вывести его из себя. Он может сделать ей больно… или вернуться наверх к Саиду и убедиться, что закончил начатое.
— Я чуть не умерла прошлой ночью. — Серас старалась держать свой голос спокойным и ровным, насколько это возможно. — Я бы не выбралась из дома Брианны живой, если бы не Саид.
Рин фыркнул. Он кивнул водителю, и «Рейндж Ровер» влился в поток машин.
— И ты показала ему свою признательность, трахнув его?
Грубо. И звякнула цепь. Горячий ответ был уже готов, но она прикусила язык.
— У Брианны была небольшая армия, готовая защищать ее. Если бы Саид не был со мной, у тебя бы не было ее души, и уж точно не было бы меня.
— Значит, я должен поблагодарить его? Может быть, даже извиниться за то, что познакомил его с солнцем сегодня утром? И душа Брианны не в моей руке, так что у меня ничего нет. Пока что.
Мудак. Боги, как же ей хотелось перерезать ему горло лезвием кинжала и смотреть, как он истекает кровью.
— Сосуд в кармане моей куртки.
По правде говоря, она вообще не хотела отдавать его ему. Брианна была очень опасным врагом, и они с Саидом вчера вечером попали в ее черный список. Возможно, теперь, когда она была связана контрактом с Рином, она не могла отомстить лично, но у нее были столь же могущественные союзники, которые не остановятся ни перед чем, чтобы вернуть ее душу и отомстить врагам.
У Рина действительно не было ни капли здравого смысла.
Серас бросила сердитый взгляд в сторону Рина, пока он рылся в ее куртке. Он вытащил стеклянную бутылку из кармана и осмотрел светящуюся эссенцию внутри, которая пульсировала, словно в такт биению сердца.
— Уверена, скоро ты сможешь ожидать визита Брианны, — выплюнула Серас. И, бездушная или нет, он должен был знать, что бин сидхе придет с обнаженными когтями.
— Ты обеспечила преданность Брианны, но она — наименьшая из моих проблем. — Он не сделал ничего, чтобы скрыть насмешку в голосе. — Вчера вечером, когда я ждал тебя, ко мне приходил Йен Грегор.
Бля.
— Вот. — Рин с отвращением оглянулся через плечо, когда бросил одежду на заднее сиденье. — Одевайся.
Ей не следовало позволять себе засыпать прошлой ночью. Саид смягчил ту ее часть, которую Серас закаляла веками. Он заставил ее почувствовать. Это вселило в нее надежду. Она позволила ему давать обещания, которые, как знала, он никогда не сможет сдержать, и, ослабив свою бдительность, привела их обоих к краху.