Не рискнув подняться на ноги, на четвереньках, цепляясь за все, за что удавалось, и все равно периодически валясь то на один бок, то на другой, Виктория с великим трудом добралась до дверей в рубку. Оглянулась на Потеряшку — медведь нашел для себя узкое место, в котором растопырился как мог, чтобы удержать свое тяжелое тело в относительной неподвижности. Молодец! Опытный, что ли? Уже доводилось такое переживать? Или, скорее, тренированный в том числе и для таких вот ситуаций?
Во втором сомневаться не приходилось: Виктория сама была среди тех, кто разрабатывал систему разного рода тренировок для своих воспитанников. Помимо много прочего в них входили и разного рода упражнения для обучения тому, как вести себя в условиях космического полета. Например, в невесомости. Или наоборот: когда сила тяжести при ускорении слишком велика. Ну или как сейчас, когда коскар то разгоняется на максимуме своих возможностей, то так же интенсивно тормозит, включая уже не кормовые, а носовые двигатели.
Все это было знакомо… Ну, по теории, а не на практике, но все же. Оставался лишь основной вопрос: что тому стало причиной, зачем потребовались все эти маневры?
Коскар опять заложил выворачивающий кишки вираж, и Виктория вернулась мыслями и взглядом к офицеру. Этот более чем странный тип сидел в пилотском кресле и азартно матерился. Многие выражения Виктория, вот ей-богу, слышала впервые! Однако восхититься богатству примененной обсценной лексики не позволяли обстоятельства.
Огромный лобовой экран коскара пылал ярко-алым. В одной его части поверх звездной карты, выведенной прямо на стеклопласт, стремительно сменяясь, мелькали какие-то цифры, схемы и графики, в другой — той, что располагалась напротив второго кресла — металось из стороны в сторону что-то очень похожее на прицел, который то наводился на какие-то точки в пространстве, то вновь терял их. Руки офицера так и летали над пультом, переключая тумблеры и нажимая кнопки, а после возвращаясь на «рога» изогнутого штурвала.
— Садись! — приказал он и, дернув подбородком, указал на соседнее кресло. — Хватит сопли жевать! Хватай палку!
Морда у него была такой же, как и голос — злобно-азартной.
Да и нависал он над пультом как-то так, что сразу вспомнились рисованные злодеи из детских мультфильмов. Виктория, если честно, до недавнего времени (собственно, до самого ареста) смотрела их с огромным удовольствием, компенсируя нехватку детства, которое прошло в Специнтернате, где ребятам, отобранным для будущего служения Империи, тратить время на такую ерунду, как мультики, никто не позволял.
— За… палку?
— В кресло стрелка! И быстро! Да блин! Двигай, тупица!
Как ни странно, это прямое оскорбление подстегнуло, обозлило и заставило собраться — словно пощечина истеричную девицу. Двигаясь по-прежнему на четвереньках, Виктория добралась до свободного кресла и плюхнулась в него.
Глава 7
Кресло второго пилота-стрелка встретило, как родное. А вот взгляд офицера, которым он «угостил» Викторию был все тем же — сродни оплеухе.
— Пристегивайся, ну!
Виктория зашарила по бокам кресла, нашла нужную кнопку и потянула на себя освободившиеся от удерживавшего их натяжения ремни. Замки, в которые еще и не сразу удалось попасть, щелкнули, после что-то опять пискнуло, перехватившие теперь крест-накрест ленты компенсационных ремней натянулись, прижимая к спинке, на подлокотниках зажглись мелкие сигнальные лампочки, а сбоку выдвинулась какая-то хрень.
— Маладца! — одобрил офицер. — Орудийная консоль прямо перед тобой. В компьютерные шутеры играла?
— Да, — откликнулась Виктория, чувствуя некоторое смущение.
Как и мультики, эти детские радости она освоила уже взрослой. Причем увлеклась настолько, что даже стала победительницей в одной онлайн-стрелялке, оставив позади в битвах за первое место своих основных конкурентов — детишек по десять-двенадцать лет… О да! Это была настоящая победа! Есть чем гордиться! Стыдоба…
— Тут почти то же самое, — нетерпеливо напомнил о себе офицер. — Наводишь прицел и жмешь на гашетку. Все. Давай!
— Да не буду я ничего давать! — взъерепенилась Виктория. — С чего бы мне палить в тех, кто, похоже, пытается вам помешать в вашей миссии?
— Совсем с ума сошла? — офицер изумился настолько, что даже на секунду оторвался от управления коскаром.
Вел он его все это время по совершенно непредсказуемой траектории: тормозя носовыми двигателями, вновь ускоряясь, используя маршевые, и постоянно прыгая то вправо, то вниз, при этом уже задействуя маневровые. Все это, видимо, позволяло уходить от выстрелов нападающих, но все же не в ста процентах случаев. Атаки преследователей нет-нет, да достигали цели, и тогда коскар швыряло и трясло.