— Что? — не выдерживаю.
— Ничего, — пожимает плечами. — Просто рада, что ты правда на работе.
Какая-то странная оговорка. Склонившись над тарелкой, я свожу брови и вдруг резко поднимаю глаза:
— А где мне быть?
— Ну, мало ли, — отмахивается Дана и со смешком пробрасывает: — Вдруг у любовницы, а сам вешаешь мне лапшу на уши?
Я смеюсь. Это так смешно, боже мой!
— Ну, как видишь, я только с работой ебусь, Зимка.
— И как? Ты ее? Или она тебя? — Дана подпирает щечку кулаком и переводит взгляд в окно.
— Да пока с переменным успехом. Но я справлюсь. Хреново, что назначения нет. Мужики расхолаживаются. Понимаешь?
— Очень даже. Но, кажется, все за тебя, разве нет?
— За меня, за меня, — киваю. — Но ты мне зубы не заговаривай. Откуда у тебя эти мысли про баб?
Думал, отшутится. А она смотрит на стол. На контейнеры. На мои руки. Потом снова на меня. И нехотя, да, но все же говорит:
— Да так, Гер. Много измен вокруг. В соцсетях девушки целые сериалы снимают о том, как их жизнь рушится из-за загула мужа.
— Какой-то новый тренд?
— Видимо, — пожимает плечами. — Значит, мне нет смысла переживать?
— Да я даже не представляю, как такое вообще тебе взбрело в голову.
Ситуация с Кравцовой забылась как страшный сон сразу же, как я пришел к выводу, что просто физически не мог ей присунуть.
— Сейчас смотрю на тебя и сама не знаю… — как-то горько смеется она.
— Зим… — я вздыхаю. — Если ты что-то надумала, давай разбираться сразу. Я знаю, что сейчас не даю тебе нужного внимания. Но ты же знаешь, я весь в работе. Какие, к черту, бабы?! Я… — замолкаю, подбирая слова. — Все это делаю для нашей семьи. Я же пример, понимаешь? Для Димона нашего. И будущих детей. Одному мне все это на хрен не надо. Потерпи немного, а? Я более-менее разгребусь с основными завалами, и станет полегче. Ты бы знала, какой бардак оставляет после себя Тихонов. Жесть…
Дана медленно кивает в такт моим словам. Выдыхает шумно, как будто все это время держала в груди чересчур много воздуха.
— Да, конечно. Понятия не имею, зачем его так долго держали. Он ни на что не годен.
— Зато удобен и сговорчив. Это немаловажно.
— Ясно… Я, наверное, поеду, — спохватывается Дана. — Не хочу тебе мешать.
— Ты и не мешаешь. И вообще, знаешь что? К черту… Я заслужил передышку. Пойдем…
— Домой? — изумляется Дана.
— Да… Или нет. Куда-нибудь. Я соскучился.
— Дай хотя бы контейнеры соберу! — смеется. — Скиснет же…
В общем, рабочий день заканчивается внезапно. Домой не хочется. Чувствую, что Дане сейчас нужно что-то другое. Только не знаю что. Наобум везу ее на набережную.
— Хочешь прогуляться? — округляет брови.
— Ага. Давно мы нигде не были.
— Да тысячу лет! Если не считать, конечно, поездки на море, — спохватывается Зимка, видно, чтобы не умалить моих заслуг.
— Вот-вот. Ты со мной скоро одичаешь. Мороженое? Или холодно?
— Мороженое. И кофе…
Идем вдоль воды. Люди гуляют, смеются, детвора катается на самокатах, пахнет кофе и венскими вафлями. Лучше бы мы их купили. От мороженого реально зябко.
Дана идет рядом, держа в руках стаканчик с латте. Не пьёт. Просто греет ладони.
— Вон там красиво, — кивает она в сторону огней. — Давай подойдем?
Мы сворачиваем ближе к перилам. Я облокачиваюсь, смотрю на воду. Дана встает рядом и тоже смотрит, да… Но на меня. Ну, что ты там пытаешься высмотреть, девочка?
Благостность момента нарушает звонкий голос проходящей мимо дамочки:
— Где там твой ресторан, Люб?! Да-да, потерялась… Но вроде иду в верном направлении. Закажи мне бокал вина! Я определенно заслужила…
Мне до нее дела нет. Но что-то в облике кажется знакомым. Зависаю на пару секунд и вдруг понимаю, что это Кравцова. Блядь! Какая же мерзкая баба. Чувствую, как меняюсь в лице, как сводит зубы, а в затылке слегка немеет. Отворачиваюсь как раз, когда она, споткнувшись, чуть было в нас с Даной не врезается.
— Упс… — смеется. Куда ей вино? Она же и так на ногах не стоит. — Гер… Привет.
— Здравствуйте, Елена Сергеевна, — замечаю холодно, неосознанно прикрывая Зиму собой.
Кравцова, наконец, понимает, что я не один. Слабо улыбается Дане, не забыв смерить ту каким-то жадным взглядом, и ретируется. Фух. Я оборачиваюсь к жене.
— Может, все-таки вафлю?
— Нет, я… Знаешь, давай лучше домой. Что-то холодно.
Глава 15
Дана
Я живу будто во сне. Герман занят. И я тоже загружаю себя работой. Даже Тим уже подустал от моих инициатив. Но я не виновата, что держусь на плаву исключительно за счет суеты. Стоит хоть на секунду остановиться, как меня начинает сводить с ума ревность. Я стала такой подозрительной, что саму от себя тошнит. И порой даже кажется, что себя я ненавижу гораздо больше той женщины… Хотя ту женщину я ненавижу до смерти.