— Не знаю еще. Может, мы с пацанами…
— С какими пацанами, Дим?! Домой! Понял? И чтобы никаких приключений! Кстати, а чего ты не ноешь, что тебе придется освободить Дашке комнату?
— Потому что знаю, что батек купил дом. Дан, не тупи.
— Как знаешь? — ахаю я. — И ничего мне не сказал?
— Это же был сюрприз.
Ну, да. Но если бы я знала, то… Возможно, не оказалась бы в такой дурацкой ситуации. Когда я больше всего хочу уйти, а мне приходится разыгрывать из себя хозяйку и обживаться в доме, в котором я не планирую жить.
— Димка… — шепчу я. — Мы же…
Надо сказать! Я не знаю как, но надо! Да, Герман очень много для нас сделал. Я страшно ему благодарна. Просто этого недостаточно, чтобы продолжать этот фарс. Я не могу и дальше двигаться лишь на этом топливе. Не нахожу в себе сил. На что? Я много об этом думала. И ответ до боли прост — на прощение. Может, когда нашел виноватых, проще смириться с потерей? Не знаю… Но я нашла. Проще не стало, а по-другому уже никак.
— Алло… Эй! Я тебя плохо слышу. Глушат, наверное, связь…
— Ага, — устало растираю переносицу. К тому же я уже слышу движок Файбовского броневика. Значит, поговорим в другой раз. При встрече будет даже лучше. — Тогда напиши, когда поймешь, ждать тебя или нет.
— Ничего не слышу! Пока, систер.
Димка отбивает вызов, а минут через десять в дом, гремя пакетами с посудой, заходит Герман с Дашкой.
— Привет. Ты еще не кинула этого медведя? — ухмыляясь от уха к уху, та подбегает ко мне и крепко обнимает. У Дашки все в порядке с тактильностью. Я ей даже завидую. Сама я деревенею, стоит кому-то чужому меня коснуться.
Не зная, что ответить в сложившейся ситуации, гляжу сквозь Дашку на Файба.
— Чушь опять несешь! — рявкает он. — Разувайся. У нас тут прислуги нет. Чем так вкусно пахнет?
— Картошку запекла с мясом по-простому. Посуды-то нет, — вздыхаю я.
— Мой руки и помогай Дане накрывать на стол, — отдает команду дочери.
— А то я без тебя не разберусь, — возмущается Дашка.
— Ну, так разбирайся. Мне еще пару ходок придется сделать, пока вещи перетаскаю.
— А спать мы на чем будем? — оглядывает пустые стены гостья.
— На надувных матрасах.
— Класс! Всю жизнь мечтала.
— Тебе на обратный рейс билет купить? — рычит Файб. — Еще не поздно.
— Ну, хватит вам, — примирительно бормочу я. — Одну ночь перетерпим. А завтра купим мебель.
Глава 3
Герман
Небо сегодня на удивление чистое. Прозрачное, холодное и такое красивое! Солнце висит высоко, давит сверху, бликуя на приборах. Нет даже привычной дымки над горизонтом. Видимость идеальная. Высота держится стабильно. Машина вроде неплохо слушается, но я понимаю, о чем докладывали ребята. Есть какая-то странная вязкость в отклике. Не критично, но ведь так быть не должно.
— Связь устойчивая, — голос капитана в наушниках звучит раздражающе бодро.
— Принял. Держи дистанцию, — командую я.
— Есть.
Мы идем парой. Он ведомый, я ведущий. Алексей в наш отряд прибыл недавно, и я сразу разгадал в нем толкового специалиста.
— Готовься к маневру. Правый крен, плавно. Угол тридцать, — командую я.
— Вас понял. Выполняю.
Самолет закладывает крен. Вот оно. На долю секунды автоматика будто буксует. Я мягко компенсирую.
— Чувствуешь? — спрашиваю.
— Да каждый раз! — психует.
Мы выходим из маневра. Высота держится, скорость в норме.
— Следующий этап. Имитация порыва. Готов?
— Готов.
Я наваливаю. Самолет реагирует с едва заметной задержкой. Матерюсь про себя, чтобы не выдать в эфир, потому что дурной пример заразителен.
— Компенсируй. Не борись. Дай системе сделать шаг, и только потом правь, — говорю спокойно.
— Вас понял.
Хорош. Многие на этом этапе начинают давить, доказывать, кто тут главный. А никакая машина не любит, когда с ней спорят.
— Реакция на порыв с задержкой до… — делаю паузу, сверяясь с данными, — …двух десятых. В боевых условиях — неоправданный риск.
Мы идем дальше. Проверка канала связи, работа автоматики... Отработав по плану, ложимся на курс возвращения. Задача требует предельной собранности, и пока мы ещё в небе, порядок держится. Но стоит коснуться грешной земли — и жизнь превращается в хаос. Медленно катясь по рулёжке, я ощущаю привычную тревогу.
Снимаю перчатки, автоматически тянусь к телефону. Экран загорается. Несколько пропущенных от начальства, три — от Дашки, по одному — от настоящей жены и жены бывшей. Краем глаза замечаю несущееся по полю начальство.