- Хорошо. Но ты обязательно расскажешь мне о них.
Мы шли прямо. Другого пути тут и не было. Травы становилось чуть меньше, но всё равно она затрудняла передвижение. Впервые за последнюю неделю (или больше) я услышал пение птиц. Признаться, оно раздражало меня. Уж слишком я привык к тишине.
- Куда мы идём?
- К моей тётке. Она – единственная оппозиционерка нынешней власти, про которую я знаю.
- Почему от неё ещё не избавились?
- Она очень помогла в становлении этой же власти.
- А почему перешла в другой лагерь?
- Правительство расстреляло моих родителей. Она ненавидит эту власть из-за смерти сестры.
- А как ты оказалась Там?
- Стив. Много вопросов.
- Ответь на этот.
- Якобсон был моим научным руководителем, и, когда я закончила учёбу, он предложил мне работать с ним. Тогда я не знала, где и чем он занимается. Но готова была идти за ним, куда угодно. Я была влюблена в его мозг. Правда, о своём в тот момент я почему-то забыла…
- Спасибо, что рассказала.
- Я ненавижу его, - словно оправдываясь, говорила девушка.
- Верю.
Дальше мы шли очень долго в полной тишине, только в траве что-то продолжало стрекотать, действуя мне на нервы. Я старался забыться, думать о доме, но не выходило, словно дома у меня никогда и не было.
- Извини, совсем забыла, - девушка остановилась и, достав из кармана штанов шоколадный батончик, протянула мне его. О, если бы она знала, как я мечтал о таком!
- А ты?
- Я взяла и себе.
Поспешно избавившись от этикетки, я ел шоколадку, кусок за куском.
- Спасибо, Атина.- Я был так голоден, что, казалось, готов продать родину взамен на ещё один шоколадный батончик.
- Держи ещё, - снова протянула девушка.
- Нет. Съешь сама.
- Я не хочу, а под таким солнцем он растает.
Меня не пришлось долго уговаривать. Тем более, я догадался, что оба батончика предназначались мне. Отыграв неловкость, я съел и второй. «Ты ведь поела перед уходом, Атина?»
- Знаешь, что я заметил ещё тогда, когда увидел тебя?
- Что же?
- Ты – копия одной девушки, которою я знал.
- Прям-таки копия?
- Только глаза другие.
- Не карие?
- Да.
- У всех твоих знакомых глаза не такие, как у меня… у нас?
- Нет! Есть и с карими глазами.
Девушка лишь кивнула головой, продолжая думать о чём-то своём.
- Вот и нос у Аниты такой же!
- Анита?
- Ну, та знакомая.
Лицо девушки приняло серьёзное выражение, будто она решает сложную математическую задачу. И я вспомнил главное отличие девушек.
- Только она глупая. Очень. - Сказал я.
- А я?
- Ты умная. Вон, какая серьёзная! – я улыбнулся и получил такую же искреннюю улыбку в ответ.
Это поле бесконечно! Мы шли-шли, и складывалось ощущение, что мы ходим по кругу. И лишь одно опровергло это. Впереди показалась заброшенная мельница. Я взглянул на Атину, и в моих глазах она прочитала мольбу остановиться здесь и отдохнуть.
- Пробудем тут, пока не спадёт жара. А ближе к вечеру продолжим. До города осталось немного. За часа три дойдём.
По мельнице было видно, что про неё забыли больше столетия назад. Ещё деревянная она покрылась вьюнком, растущим по «фасаду» сооружения. Пробравшись внутрь, мы почувствовали запах крыс. Тут-то они точно были. Внутри мельницы всё также заросло сорняками, но сама трава оказалось чуть влажной и отдавала прохладой. Лучшее место для привала!
- Ты говорила, что в подвале крысы, но я их не видел.
- Ты не угомонишься?
- Так точно, - сказал я, расстёгивая молнию комбинезона до торса, чтобы спустить верх, оставаясь как бы в импровизированных штанах.
- Лаборатория отловила всех крыс.- Отвечала девушка, стараясь не глядеть на меня.
- Для опытов?
- Да. Всё же понятно.
- Я знал, просто должен был убедиться для общей картинки.
Я примял траву и лёг так, чтобы верхняя часть комбинезона сыграла роль лежанки. Не очень-то мягко и удобно, но лежать можно. Я прикрыл глаза и начал медленно проваливать в сон, ощущая на себе взгляд девушки. Через время я почувствовал, как она села рядом.
Запах крысиного помёта ударил в нос, когда я резко открыл глаза. Девушка всё так же сидела, и казалось, что я вовсе не дремал.
- Проснулся?- спросила Атина, на что я лишь промычал.
Я снова закрыл глаза, и уже окончательно провалился в мир грёз. Картинки сменялись, и я понимал, что, наконец, вижу сны. Сознание не дремлет. Я видел Атину. Нет. Это была Анита. Она звала меня домой. Рядом с ней появился силуэт Алекса, и он тоже звал, протягивая мне руку. И я вот-вот дотянусь до них. Вот-вот они оба возьмут меня за руки и потянут за собой. Но вдруг их лица становятся уродливыми, и они расплываются. Теперь я в тумане пытаюсь найти кого-то или что-то. Мне страшно. Я задыхаюсь. Кто-то зовёт меня, и я просыпаюсь.