Я вижу достаточно высокий силуэт мужчины. Сам не понимаю, как ноги удержали меня, но я подошёл сзади и накинул ему на шею свою импровизированную верёвку и стал слегка душить его. Кряхтение и наша не совсем тихая потасовка разбудила Майка, чья комната находилась в половине метра от места нашей борьбы. В коридоре загорелся свет, и я увидел светлые волосы незваного гостя.
– Что за чёрт?! – Крикнул Майк, увидев меня, задерживающего неприятеля, пробравшегося в наш дом. Пожалуй, это были первые слова, которые я услышал от него.
Глава 6
Когда все «домашние» повставали с кроватей и сбежались на шум, и я смог разглядеть незваного гостя, мы с Атиной узнали в нём уже знакомого мне Алекса, а девушке – сотрудника лаборатории, товарища Скела. Дальше, пока мы с Атиной решали, что делать, Майк взял на себя этого наглеца, пробравшегося в нашу обитель.
– Думаешь, он расскажет, зачем и как оказался тут?
– Конечно, нет, Стив. Сам он ничего не расскажет. Но он всего лишь пешка.
– Нам ничто не угрожает? – Спросил я, встревоженный буйной ночью.
– Вероятно, угроза есть, иначе его бы не было здесь, - проговорила девушка, указывая на Скела, которого Майк привязывал к обеденному стулу.
Боб стоял в стороне, не понимая, что происходит. Совсем недавно он упоительно посещал Общину и жил так, как ему казалось правильным, не подозревая, что его жена никогда не была тем самым членом партии, что безоговорочно делал всё, что бы ни приказали. Наоборот, она двигалась против этого течения. Бедный Боб! Его жизнь резко переменилась с нашим появлением. Незнакомцы, незваный гость – переживёт ли он то, что ждёт нас всех дальше?
Лаура беспокойно заваривала чай. Всё её тело дрожало, как тоненькая хрупкая веточка деревца, что, несмотря ни на что, не сломается, а продолжит тихонько дрожать, стараясь обуздать надвигающийся волнами страх.
Юный Николас решил, что Скела ответит на все его вопросы. Юношеский максимализм! Чего уж там.
– Ну, придурок, расскажешь, что забыл тут? – спросил Ник, подойдя к гостю на расстояние вытянутой руки.
Тот лишь улыбнулся в ответ так, словно всё вокруг ничего не значит для него, будто и жизнь его тоже ничего не стоит. Он не был похож на злодея. Да и как мой друг может быть на него похож? Он всего лишь тень. Тень Якобсона и Правительства, тень этого безумного мира, тень моего друга.
Подумав об этом, на ум пришла ещё одна странная мысль, которую я тут же записал в дневник, когда появилась возможность уединиться. Я оставил всех моих новых приятелей (и неприятеля тоже) пить чай, сам же улизнул и воспользовался возможностью подумать обо всём в одиночестве.
«В этом мире полно двойников знакомых мне людей из Дома. Они тени. Почему только они? Кто же остальные? Я знал Атину, знал Алекса, и, уверен, тут ещё найдутся двойники. Они зеркальны. Тени друг друга. Но кто такой Якобсон? А Роберт? Я не знал их в своём мире. Они тоже тени? Откуда двойники в этом мире? Что если…».
Я не стал дописывать ту странную мысль, что кружилась в моей голове, потому что бумага должна хранить истину, а до этой истины нужно ещё докопаться. Причём не ложкой, а лопатой. Не кусочками и частями, а полностью. Моя жизнь стала похожа на мозаику. Чтобы что-то понять, мне нужно собрать целый пазл из всех крупиц, что имеются.
– Стив, Майк достучался до Скелы. – Атина стояла на пороге комнаты, и голос её был таким спокойным, даже умиротворённым, что я даже испугался. – Нам нужно будет покинуть этот дом. Совсем скоро.
– Что он рассказал?
– Ты зачем-то нужен им. – Тут-то её голос дрогнул.
– Якобсону?
– Правительству.
– Но для чего?
– Скела не знает. Но мы должны найти «друзей» жены Боба. Она, наверняка, вела что-то вроде дневника, как ты.
– Ты читала?
– Извини. Не будем об этом. Хорошо?
Я кивнул. Всё же мне нечего скрывать от неё. Но низменное чувство обиды осадком осело где-то внутри меня.
Мы спустились к остальным. Боб ушёл в свою комнату, из окна которой виден сад…Майк и Ник сидели, не сводя глаз с двойника моего друга, который всё улыбался и улыбался. Лаура дремала на старом диванчике. Всем теперь было страшно спать в своих комнатах поодиночке, и понятно почему.
Атина сразу же направилась к домашней библиотеке в надежде найти что-то среди книг хозяйки дома. Я же стоял исполином посреди комнаты, пытаясь забыться. Старому доброму Стиву в этом помогал алкоголь. Что же до меня теперешнего…забыться мне не помогает ничего. Всё перед глазами меркло, но в то же время образы этих людей, находящихся со мной в одной комнате, были чёткими, словно нарисованные и обведённые жирным карандашом.