Когда девушка проснулась, я встретил её грустной и натянутой улыбкой, которую она в тот же миг распознала:
– Всё хорошо, Стив?
– Иначе быть и не может. Я говорил, что мне ужасно нравится, когда ты зовёшь меня по имени?
– Нет, Стив, – сказала она, улыбаясь так заразительно, что и моя бутафорная улыбка стала искренней.
Я поцеловал девушку в лоб, а после потянул её с постели. Мы прошлись по всем этажам, постучав в двери каждого нашего антипартийца и, конечно, не забыли про гадёныша Скела.
Когда вся наша странненькая компания собралась в одной комнате, оставив Майка с нашим гостем на четвёртом этаже, Атина рассказала о найденном ежедневнике хозяйки и о том, что нам нужно пройтись по всем этим адресам и дать понять людям, что мы с ними заодно. Боб, конечно, был мрачнее тучи, чего нельзя сказать о Нике, который горел энтузиазмом. Нами было решено оставить Майка с товарищем из Управления, ведь ни Лаура, ни Боб не подходили на роль «вышибалы», а Ник просто не выдержал бы, оставшись дома, наедине с блондином.
– Я возьму на себя вот эти четыре адреса, – произнёс Ник, уставившись в блокнот своими горящими глазами.
Я предложил Бобу свою компанию, потому что старик был сильно удручён, и было бы эффективнее оставить его дома, но и ему нужна разгрузка и общение с новыми людьми, тем более, он, наконец, сможет оставить партию позади. Боб охотно принял моё предложение, вероятно, понимая, что сам может не справиться. Скорее, он даже боится. И одна мысль о Миллере, которого забрали прямо у меня под носом, тоже вызвала у меня волнение и беспокойство за ребят (теперь шайка из двух стариков, подростка и девушки – ребята, и когда только успели?).
– Что говорить-то? – Наконец, спросил Ник, и вопрос этот был очень даже кстати.
– Назови адрес нашего дома и скажи, что вы на одной стороне. Если они и правда были в заговоре против партии, то должны понять, а если мы ошибаемся, то всё равно вряд ли догадаются о чём речь.
– Атина, милая, что говорить, если спросят, чего мы хотим от них? – Спросила Лаура, до этого не проронившая ни звука.
– Пусть завтра приходят к нам. Устроим званый ужин. – Произнесла девушка и попрощалась с нами. – До встречи!
– Ну, чего стоите? За дело! – Скомандовал Ник и убежал прочь, а за ним и Лаура.
Мы же с Бобом стояли на том же месте и исступлённо глядели друг на друга.
– Это правда? – Спросил Боб почти шёпотом, словно пугаясь собственного голоса.
– Ты про партию?
– И душеньку.
– Мы не можем быть уверенны, но нужно проверить. Не считаешь?
– Конечно-конечно. Тогда, Стив, давай займёмся делом. – Его вид стал чуть бодрее, и я улыбнулся.
Утреннее солнце пригревало, и я вообразил, будто сегодня всё будет на нашей стороне.
– Так вы с Атиной не женаты? – Боб настолько был оживлён предвкушением раскрытия тайны его жены, что задавал вопросы, один за другим.
– Однажды, – ответил я и многозначительно улыбнулся. «Однажды», - эхом раздалось в моей голове.
– Чудаки. Вот мы с душенькой как женились, так больше не расставались до того дня…Значит, вы с Атиной считаете, что это партия сделала? – В ответ я кивнул. – Но почему душенька не говорила мне об этом?
– Роберт, знай ты об этом, оказался бы там же, где и жена. Она хотела уберечь тебя от этого всего.
– Но мы были так близки…Она даже не дала мне возможность быть на её стороне. Душенька наблюдала моё благоговение перед партией и позволяла верить партийцам. Глупец!
– Теперь у тебя появилась возможность быть на её стороне.
– И я буду. – Лицо его сделалось серьёзным и мрачным.
Дома тут были одного типа – коробка: стены да окна. Наконец, мы дошли до нужного нам. Позвонив в дверь, мы принялись ждать. Прошло с полминуты. На пороге никого так и не появилось. Ещё один звонок в дверь. Тишина.
– Вы к кому? – За нашими спинами послышался женский голос. Обернувшись, мы увидели женщину лет тридцати пяти, держащую бумажные пакты с продуктами.
– Видимо, к вам.
В глазах незнакомки я заметил напряжение и поспешил представиться, назвав наши имена и адрес пристанища.
– Боб? – женщина пробежалась взглядом по тучному силуэту Роберта и добавила, – Зайдёте?