- На один из нулевых этажей.
Подвал? Зачем нам спускаться туда? Теперь возбуждение обратилось в чувство, очень похожее на страх. Несмотря на него, я старался держаться невозмутимо. Я выгляжу сильнее скрипача. Но вспоминаю, как не сдвинулся с места этот человек, когда я попытался толкнуть его, и волнение растёт.
- Не спросите зачем? – прокартавил он.
- Потом узнаю.
На лице скрипача появилась язвительная улыбка, которая не сходила с его лица до самого нулевого этажа.
Как только двери лифта открылись, рецепторов моего носа коснулся стойкий запах чего-то малоприятного.
- Скоро привыкните, - проговорил своим скрипучим голосом Якобсон, - ведь именно тут вы будете работать. Для начала в ваши обязанности будет входить лишь мытьё полов. Атина вам всё покажет. До встречи.
Я глядел вслед уходящей спине Якобсона. Не успел я опомниться, как рядом оказалась та девушка. Она молча указала следовать за ней. И я последовал.
Тут было так же темно, как и в том коридоре. Только запах дурманил, в плохом смысле, сознание.
- От чего тут такая вонь?
- Говорила же, тут небольшая лаборатория. Кстати, туда вам вход запрещён, - сказала она, и посмотрела мне в глаза, чтобы убедиться, что я её услышал. Я кивнул.
Тут не было хлама, который я представлял увидеть. Казалось, всё было на своих местах. Кое-какие ящики стояли вдоль стены, протяжённость которой была столь же большой, как и коридор на седьмом этаже. Лишь одно привлекло моё внимание – отсутствие крыс, про которых говорила Атина.
- Где крысы?
- Единственная крыса тут – это ты. Тебе повезло, что мы не стали выяснять, кто ты и являешься ли шпионом. Поэтому советую тебе молча выполнять то, о чём тебя просят, - бархатный голос проскрипел подобно тому, как это делал голос Якобсона. Девушка остановилась и пронзила меня своим взглядом, и, казалось, это существо способно убить меня прямо тут.
Мы дошли до какой-то каморки, где находились швабры, тряпки и всё остальное, что требуется для мытья полов. Она выдала мне ключ от этого помещения и показала, откуда до куда мне нужно мыть. Затем она скрылась за одной из таких же железных дверей, как и в комнате, в которой я провёл эти дни.
- Ну и характер, - проговорил я, и эхом эти слова раздались по этажу.
Она всё больше похожа на Аниту. Только та была глупой и до смешного наивной и мягкой, чего нельзя сказать об этой девушке. Бывают близнецы с разным цветом глаз? Тогда это всё объясняет.
В четыре двое ещё незнакомых мне людей отвели меня на седьмой этаж в комнату, из которой и забрал меня Якобсон. Мне сказали, что до приёма пищи ещё час, и они закрыли дверь. Получается, я могу покидать комнату лишь с помощью кого-то, так ещё и только для того, чтобы мыть полы.
Я принялся писать всё, что увидел на нулевом этаже. Запись оказалось скудной, ведь ничего особенного, пока я находился за этими стенами, не произошло.
«…Крыс я так и не нашёл. Зачем Атина вообще про них сказала?
Мою полы и подчиняюсь. Умру ли я, если не стану этого делать?
Начинаю думать, что я, и правда, в другой стране. Или..?
Время где-то без двадцати минут пятого, так как звонарь уже готовится бить в колокол. День пусть будет N. Завтра попробую выяснить дату».
Глава 6
Колокол не просто оповещает о приёме пищи. Голод, правда, становится сильнее. А также его звон притупляет мысли. Лишь когда всё заканчивается, я могу обдумывать происходящее, словно до этого моё сознание спало. Что происходит в момент, когда бьют в колокол? Все ли испытывают то же, что и я?
- Выходите, - произнёс голос Атины сразу же после того, как железная дверь открылась.
Мы проделали тот же путь, что и вчера. Коридор. Лифт. Нулевой этаж. Эхо, сопровождающее нас всё это время. Девушка проследила за тем, чтобы я достал принадлежности для мытья, и исчезла.
Сегодня я должен найти что-то, что дало бы хоть какую-то идею о том, где я. Какая из этих дверей ведёт в их лабораторию? А может, все сразу?
Пока я обдумывал свои действия, в коридоре показался мужчина.
- Здравствуй, - в его голосе я узнал того третьего человека, что был тогда с Якобсоном и Атиной.
Я кивнул. На нём был такой же белый комбинезон, как на мне, только на шее у него висела карточка сотрудника. В голове родилась возмутительная идея. Я должен заполучить такую. Как? Ударить. Убить. Нет. Пока я боролся со своими преступными мыслями, человек этот уже скрылся за железной дверью. Я прислонился к ней в надежде что-то услышать. Тщетно. Глупо.