— Кровь пустила — уже не дитё, а жена, родить способная, — возразила мне мать.
Мне самому мысль претит думать о тринадцатилетней девочке, невесте от Алехиных, как о возможной своей жене. Так что я даже не всматривался, насколько эта девчонка миловидна или красива. Лишь одно не могло не привлечь внимание — она была толстой. Слишком. Девочку спасать нужно от ожирения, а ее откармливают.
Было такое впечатление, что весьма захудалый нынче дворянский род Алёхиных недоедал, лишь только эту девочку откормить.
— Придётся принять то, что я решаю и что буду делать, — по прежнему строго высказывался я.
— А в ином разе монастырь? — спросила мама. — Отошлешь меня в обитель? Так не пужай! И сама мыслю туда уйти.
— В ином разе я стану реже себя навещать, — сказал я.
Анна уже вернулась. Конечно, я хотел бы, чтобы мы, как спокойная и нормальная семья, могли бы посидеть за столом, пообедать и поговорить. Ну ладно, Анна не имеет статуса. Но в будущем же было нормально привести девушку, познакомить с родителями…
Очень противоречило мое отношение к женщинам, которое переместилось из будущего вместе со мной, с тем, что принято в этом времени.
Я не могу просто так взять и даже в угоду матери игнорировать женщину, перед которой чувствовал свою ответственность. И мне не нравилось, что любые отношения с противоположным полом — это исключительно про женитьбу.
Одновременно со следствием я рассматривал возможные варианты женитьбы. В этом мне помогал дядька Никанор. И за время поиска той, которая бы могла мне приглянуться, одновременно и усилить мой род, я не нашёл ни одной девушки.
Не готов я связывать свою жизнь с той, которая мне категорически не нравится ни внешне, ни по характеру. Мне будет просто неуютно и неинтересно жить с забитой домостроем женщиной.
Да и кроме того, боярскую дочь мне никто не отдаст. Уже даже потому, что рождённых в сильных родах распределяют девиц ещё когда те ходить не умеют. Это я не касаюсь вопросов сословности. Еще не готовы документы, у меня нет грамоты на дворянство. Пусть уже и считаю себя дворянином. Так что наш род будет самым молодым в России. А это имеет значение.
А что касается девиц из дворянских родов, то даже и там можно было найти только лишь либо сильно молодую, либо явно не совсем приятной наружности девушку. Как правило, еще и третью-пятую дочь побочной линии. Иные также уже распределены.
И еще один момент меня беспокоит. Так, если я возьму себе в жены девицу с сильного, пусть дворянского, не боярского, рода, то будут попытки поставить меня в подчинение. Нет… Не выйдет.
У Меньшикова, в конце-концов, не было сильного рода за спиной. Но Светлейший сделал себе карьеру при Петре, что и князья обзавидовались. И я даже знаю немало методик Александра Даниловича, как он влиял на мнение государя. Так что в худом случае, пойду по его стопам. Не хотелось бы… Ибо там есть место разврату и пьянству. Лишь, как крайний случай использую.
И что может показаться смешным, но я вот думаю… А не познакомить ли Меньшикова с государем раньше? Гад он был, вор, плут, скотина… Но Александр Данилович во многих делах оказался отличным менеджером. Давать бы только чаще по шкодливым рукам.
Так что поиски невесты я прекращаю. А дальше будет видно.
Вторая половина дня прошла в разговорах, в обсуждении со Степаном возможностей штыка. Мой брат выразил здравую мысль, что ножевидный обоюдоострый штык может стать проблемой для солдат. Они элементарно при зарядке могут резать руки.
Сперва я подумал, что это не совсем так: доступ к стволу будет вполне свободный. Однако также подумал о том, что в суете боя, вероятно, солдаты не будут чётко и выверено заряжать свои ружья. Немного дрогнет рука — и она уже порезана. Все-таки игольчатый штык? Вот же дилемма. И не думал, что придется столько сомневаться.
Так что будем думать. Мало того, нужно ещё и смотреть на практике. Вот сделаем и такой и сякой штык. Станем пробовать. Как работать винтовкой с примкнутым штыком, я знаю. Учили такой премудрости.
— Добре, брат, сделаем сразу четыре штыка, али даже пять. До Собакина обращусь, пущай куёт, — соглашался со мной Степан.
Как пошли рабочие разговоры с братом, так и отношения наладились. И это еще батец не знает о будущих сюрпризах. Мне нужно будет вспомнить, как выглядят, а еще лучше, так и пробовать сделать в металле и дереве, станки. В том числе и для нарезки стволов. Были такие в петровскую эпоху, точно знаю. Почему бы на лет так двадцать раньше не появиться им.
А ближе к вечеру я отправился в усадьбу Третьего стрелецкого приказа. Именно здесь и предполагалось собрание всех десятников и сотников моего полка.