Но разве же кого-то из моих подчиненных должно волновать, как я отчитаюсь? Они свою работу делают. Так что вчера, получается, отдохнул я, сегодня отдыхают другие. Но оно и правильно. Тот, кто хорошо работает, имеет право на достойный отдых. Как говорил не так чтобы сильно давно почивший государь Алексей Михайлович: «Делу время, потехе час». Правда, у меня закрадывается мысль, что он имел в виду несколько иное, чем я. Но в целом поговорка мне нравится.
Впрочем, я бы не назвал своё пребывание дома исключительным отдыхом. Немного, но получилось поработать в мастерской. Понаблюдал за тем, как братец Степан нарезал ствол ружья. Не думал, что среди продукции нашей мастерской есть ещё и винтовки.
Пора уже начинать заниматься исполнением приговоров. Впрочем, на днях у меня отчет в Боярской Думе в присутствии царя. Там все и решиться окончательно.
Безусловно, следствие может ещё продолжаться и месяц, и два. И это нормально, даже с учётом того, что ко многим вещам мы относимся, в сравнении с тем, как это было принято в будущем, халатно. Однако, мы последовательны и скрупулёзны, если касаться принципов ведения следствия этого времени.
Вернувшись в Кремль мне хотелось перекусить, но решил все же дождаться вечера. Ем я избыточно, мало того, так и три, если не четыре, раза на день. В то время, как принято есть два раза. Так что выдержу.
Еще раньше я запрашивал встречу с Григорием Григорьевичем Ромодановским. И сегодня рассчитывал с ним поговорить. И когда я увидел человека от князя, то обрадовался. Радости, конечно, я не показал. Фасон держать нужно всегда.
— Князь будет тебя ждать у конюшни, яко завершится Боярская дума, — сказал мне порученец от князя Григория Григорьевича Ромодановского.
— Передай князю, что я буду ждать его, — сказал я.
Не совсем приятное место для встречи — конюшня. Однако, видимо, Григорий Григорьевич решил сохранить в тайне наше с ним общение. Если бы кто другой, равного мне социального статуса, сказал ожидать его у конюшни, то я бы, может быть, и послал его к чёрту.
Вот только Ромодановский нужен был мне больше, чем я ему. Я прекрасно понимал, что те предложения по Следственной комиссии, что я буду выносить как итоговые, в том числе и с наказаниями для участников бунта, вряд ли пройдут.
То есть по-любому мне укажут, что этого нужно туда-то сослать, а с этим нужно поступить таким-то образом. Кроме того, обязательно сочтут, что приговоры крайне милостивы. Хотя, как по мне, отправка большинства бунтовщиков в Сибирь, к Албазину, — это еще то испытание.
Да, я собирался всеми правдами и неправдами, но насытить военное русское присутствие на Амуре. Как по мне, в иной реальности проср… зря потеряли русскую реку Амур.
И ведь не только дело в самой реке, хотя и она — транспортная артерия, как рыболовство. Дело еще и в том, что в регионе есть немало отличной для сельского хозяйства земли. Если получится застолбить земли за Россией, да сохранить сельскохозяйственные угодья, туда и люди прибудут. Освоение Сибири и Дальнего Востока пойдет куда как лучше.
А насколько я знал, осада китайцами-маньчжурами Албазина не была «в одну калитку». Русским почти что удалось отбиться. Пусть и численно врага было очень много, и корейцы воевали за цинцев с вполне добротным огнестрелом.
Но шанс дать бой у нас очень большой. Снабжение, артиллерия, увеличение личного состава и представительная, неглупая, дипломатическая миссия — вот те опоры для заключения с Китаем прочного и выгодного для нас мира.
Амур — наш! И уже в этом мое прогрессорство будет очевидным. А там… по стопам Семена Держнева. Жалко мне будет только известную музыкальную группу из будущего, которая пела свой хит про продажу Аляски. Ну да напишут еще что-то. Дадим хороших поводов для песен!
От автора:
✅ Новая история старого Врача в теле храброго Воина Древней Руси!
✅ Новые могучие враги, тяжкие испытания и лютые приключения!
✅ Воин-Врач: на первые книги — скидка! https://author.today/reader/448643
Глава 9
Москва. Кремль.
22 мая 1682 года
Если я хочу, чтобы все было так, как я хочу, то мне необходимо заручиться поддержкой. И не кого-нибудь, а бояр. Пусть не всех, части из них. Но количество членов Боярской Думы должно быть таковым, чтобы все запланированное мной реализовалось. Сложно это, не без того. Но и я понимаю принципы построения интриг.
Безусловно, первым человеком, к которому я обращусь за помощью и поддержкой, будет Григорий Григорьевич Ромодановский. Потом я обязательно должен буду поговорить и с другими людьми, также вошедшими в Боярскую думу. Если Ромодановский будет за меня, то, учитывая коллаборацию этих двух бояр, Языков также меня поддержит.