Тренировки проводил каждый день. Теперь ко мне присоединились Прохор, Гора и еще с десяток стрельцов. Мало того, что стрельцов, так и Иван Алехин, отпрыск из того семейства, что сваталось к моей сестре Марфе, так же вошел в нашу компанию.
На самом деле, могло быть еще большее количество дворян, которые отправили бы своих сыновей заниматься в моей компании. Ведь периодически моя компания становилась компанией государя. Три раза в неделю на тренировки приходил и государь. Да, тогда они становились менее интенсивными. И доходило до маразма, когда я отдавал указания, что и как делать, например, как правильно бить в грушу, а государь в сторонке повторял. Мол, я не имею права указывать царю. Ведь такие тренировки не воспринимались, как учебный процесс.
Так что мой распорядок дня начинался зарядкой, потом была работа в Следственной комиссии. Причем, я все больше перепоручал дела Кондратию Пыжову. Хваткий парень, с характером и с понятием, не то, что его брат. Так что мелкие дела, которые остались в Следственной комиссии, я уже дорабатывать не буду.
Тут же два часа выделял на занятия с государем. Как правило, это был один сложный для царя предмет с развлекательным уроком. К первой категории относилось письмо. Ну никак оно не удавалось Петру Алексеевичу. Ну а любил он больше всего историю, географию и правоведение. Все в упрощенной форме, но с яркими примерами и даже чуть ли не с театральными постановками.
После был обед. Причем не обязательно, что в столовой-трапезной комиссии. Я больше не питался с общей кухни. Ел только то, что Анна сама приготовит. Так что… Не очень-то и хорошо питался, в лучшем случае, кашу с мясом получал. А так сухомятка сплошная. Но это же временно, скоро переезд в Преображенское.
Вечером снова тренировка, тут уже с привлечением десятников из полка. Как правило мы… Да, учились работать со штыком, помимо, конечно, общефизической подготовки. Ну и рукопашный бой. Правда, пока что деревянными ружьями отрабатываем приемы, но скоро должны появиться с десяток фузей со штыками.
Два раза в неделю я решил проводить смотр полка, той его части, которая не задействована в экономической составляющей нашей корпорации.
И на все это у меня просто не хватало тех восемнадцати часов, что я мог выделить на работу. А еще под боком очаровательная барышня, которой так же нужно уделить внимание. И не потому, что Анна этого требует. Нет, потому что я так хочу.
Но мне нравится. Вот ей Богу, даже очень! Яркая жизнь началась. А впереди еще столько свершений, что голова кругом идет. Но, как говорят в народе: «Глаза боятся, а руки делают».
30 мая 1682 года
День рождения — светлый праздник. В будущем ждали волшебника на голубом вертолёте с огромной кучей эскимо. В этом времени я даже не представляю, чего ждут современные дети.
Один десятилетний мальчик наверняка ждал этого дня, чтобы получить какие-то подарки. Но особых празднеств намечено не было. Да и ладно бы, если фейерверков нет. Ещё не пришло время для них. Но, так и других развлечений на тридцатое мая в Москве намечено не было.
Хотя нет — были мероприятия. Некоторые храмы Москвы звенели колоколами, зазывая на службу прихожан. Сегодня служить в русских храмах будут о здравии царя Петра Алексеевича. Это же он десять лет назад появился на свет.
И застолье все же намечается. Без него тут никак. Сперва Богу помолиться, а после — чревоугодничать, нарабатывая новые грехи, что бы было что рассказать на исповеди священнику. Но к столу я не приглашён. Там будут лишь родственники и первые бояре. И не горюю об этом.
Нынче в России застолье — это очень серьезно, уж точно не попойка петровская, как это было, или будет в ближайшее время. И мне больше нравится, если уж по правде, второй вариант, демократичный. Но только без излишеств и всяких всепьянейших соборов.
Так что я лишь смог передать свой подарок в виде изрядно украшенного фигурной ковкой шестизарядного пистолета, но с небольшим секретиком. В нем была остро заточенная спица, которая выдвигалась при помощи рычажка сбоку пистоля.
На последнем уроке государь говорил о том, что можно было бы приделать ножи и к пистолетам, по типу штыков на ружья. Идея подобная могла прозвучать от неопытного и воодушевлённого новинкой (штыком) парня. Но почему бы не угодить ученику, не воплотить в жизнь его же задумку? Тем более, что брат Степан, оружейный мастер, и сам заинтересовался таким оружием.