Где же она?
– Не это ищешь?
Хирка повернулась к Всевидящему, схватила флакон, который он держал в руках, и выпила содержимое. Напряжённое тело расслабилось. Она рухнула на скамейку, но проглотила всё до последней капли. Потом уронила склянку. Та покатилась по столу. Всевидящий поймал флакон и сел напротив девушки.
В её ушах звучали удары сердца, слишком быстрые, чтобы их считать. Она зажмурилась, подождала, пока дыхание не восстановится, и только потом взглянула на сидевшего перед ней мужчину. На лице без капюшона Хирка могла рассмотреть все детали. Красный зев. Полурот, полуклюв. Глаза словно расплавились, перекосились и оказались не на том месте. Под подбородком обвисли клочки кожи.
И всё же зверем являлась сама дочь Грааля. Такое же чувство у неё возникало рядом с Юром. Её окружали монстры, но самым чудовищным из них была она. Хирка провела языком по зубам и втянула в себя кровь, застрявшую между ними.
– Что со мной творится? – спросила она осипшим голосом.
– Чувствуешь тошноту? – спросил Всевидящий, пристально глядя в глаза собеседнице. Она помотала головой. – Если бы я дал ещё, ты бы выпила?
Хирка кивнула.
Хозяин дома рассмеялся. Всхлипывания походили то ли на смех, то ли на крик. Девушка склонилась над столом.
– У меня выдался сложный год, – прохрипела она. – И терпение уже подходит к концу, поэтому спрашиваю ещё всего один раз: что со мной творится?
Только по морщинам вокруг чёрных птичьих глаз можно было понять, что собеседник улыбается. Наконец он пояснил:
– Ворон принял тебя. Тебя, и никого другого. Бас-с-старда. Получеловек, полу-Дрейри.
Хирка посмотрела на Всевидящего. Вопросы в её голове боролись за место в очереди, сбиваясь в кучу. Больше не удавалось отделить один от другого. Поэтому девушка ухватилась за важнейший из них, которому удалось пробиться сквозь все остальные:
– Я смогу принять перерождение? Если прибуду в Имланд, да? К Потоку?
– Это кажетс-с-ся неосуществимым, – с лёгким сипением вздохнул он, – но ворон благословил тебя. И ты сильна. Значит ли это, что ты когда-нибудь сумеешь слиться с Потоком… Никто не даст ответа.
– Понимаю. Мне надо только попасть туда.
– И если ты отыщешь клюв, то должна попросить его об услуге. Неизвестно, захочет ли первый помочь, учитывая, что ты не знаешь его имени. И будешь ли ты в состоянии пережить перемену. Существует множество непредсказуемых факторов, Хирка.
Ей были ненавистны слова собеседника, потому что она думала о том же. Он прав. Многочисленные неизвестности были сплетены в единый клубок. Всё или ничего. Возможно, дочь Грааля закончит так же, как и Всевидящий, проведя остаток жизни в муках, скрываясь под плащом от окружающего мира. Но она и без того всегда скрывалась и бежала.
– Что самое плохое может со мной случиться? – улыбнулась Хирка, оскалив зубы.
– Этого я не знаю. Ты первая в своём роде.
Она надеялась услышать что-нибудь другое. Что угодно было лучше, чем неведение.
И всё же необходимо попытаться. Возможно, полукровка никогда не примет рождения от ворона и не сумеет слиться с Потоком. Такое возможно, Поток настолько разрушен, что уже никогда не станет таким, как прежде. Но вот если удастся убраться отсюда с падшими… И извлечь клюв из горла Римера… Тогда она как минимум даст Имланду шанс на выживание.
– Ты понимаешь, что это означает? – спросил Всевидящий. – В тебе меньше крови первых, чем в ком бы то ни было здесь, но всё же вороны благословили тебя. Ты всё изменишь.
– Если я доживу до возвращения в Имланд. – Хирка посмотрела на хозяина дома.
– Почему нет? Лучше беспокойся о том, что произойдёт после твоего возвращения туда.
– Тогда всё будет зависеть от меня. От Потока. С этим я справлюсь. В этом мире всё обстоит хуже. Здесь моя собственная семья пытается похоронить меня заживо! Здесь меня выставляют напоказ в качестве доказательства всемогущества Грааля, но в действительности вы все меня ненавидите. Смешанная кровь. Человек. Ты сам говорил!
– Похоронить тебя? – Собеседник прислонил шест к столу и сел напротив девушки.
– Когда я пришла сюда и сказала, что хочу принять рождение от ворона… – начала объяснять она, утомлённо проведя рукой по лицу, – ты так и не спросил, что случилось. Случилась Скерри. Она сумасшедшая. И иногда смотрит на меня как на ту, кто может помочь её дому подняться, а иногда как на дочь любовника, который больше её не хочет.