– Что думаешь, Ример? – спросил Эйрик, выплеснув содержимое чашки на землю.
– Я считаю, нас меньше, но мы сильнее. У них мало воинов в полных доспехах и мало лошадей. Никто не ожидает встретить сопротивление, ведь они – подарок Мередиру. Плата за альянс. Больше ничего. А лагерь зажат между рекой и завалом. Мы можем напасть неожиданно. Но осталось мало времени. Они… обнаружат отсутствие двух разведчиков. Сейчас или никогда.
– Значит… Значит, всё начинается, такие дела. – Эйрик пожевал губу и сплюнул в траву.
Они бежали по лесу среди высоких елей твёрдой ритмичной поступью. Ример подал знак Колкаггам, и те свернули на запад. Остальные продолжили движение прямо. Из-за гребня горы поднимался дым. Воины готовили еду. Однако скоро отведают смерти.
Обычно убийства давались легко. Стук сердца в груди. Холод в крови. Страх и безумие, но на то всегда была воля Всевидящего. Чего-то большего, чем сам Ример. А что теперь? Во что это превратилось? В месть? В выживание?
Он слился с Потоком. Ноги обрели новую силу. Силу и волю. Слияние всегда лгало, что Ример сможет получить ещё больше, просачиваясь в мышцы, усиливая веру и подавляя страх.
Гребень горы уступом нависал над лагерем. Мастер Колкагг бросился вниз. Краем глаза он видел, как остальные последовали за ним. Дождь облачённых в чёрное теней. Поток принял Римера. Он приземлился и побежал по песку, выхватив мечи. Имлинги кричали и метались между палатками в одном исподнем, отыскивая оружие и запинаясь о верёвки, которыми крепились навесы.
Перепуганные лошади ржали и пытались освободиться. Ример рухнул в реку. Она оказалась широкой, но мелкой. Вода едва доходила ему до колен и струилась вокруг лодыжек, как будто пытаясь ускользнуть. На другом берегу стоял мужчина и возился с луком, который ему не суждено было натянуть. Ример выбрался из реки, вспорол грудь неудачливому стрелку и побежал дальше, не оборачиваясь. Не задумываясь. Ничего не чувствуя. Ощущая только холод. Насыщенный смыслом мороз.
Молодой мастер Колкагг рубанул клинком очередного противника, а когда тот повалился на колени, услышал, что кто-то приближается сзади, и присел на корточки, вытянув один меч назад. Это упражнение Ример проделывал сотни раз.
Банахогг. Удар смерти.
Бульканье подтвердило, что он попал. Подбегали другие воины. Какие казались медленными. Напуганными. Злыми. И их было много.
Надо завершить дело. Скоро наступит конец. Скоро мы победим.
Ример увидел в толпе всадников, которые пытались усмирить лошадей. Навес из ветвей обрушился. Из стоявшей рядом палатки вывалился почти парализованный страхом молодой мужчина. Он обеими руками держал меч перед собой, а потом поднял над головой, оставив незащищённой голую грудь.
Ример почувствовал, как сквозь холод проступает отчаяние. Кто обучал этих воинов? Кто нёс ответственность за то, что им приходится умирать так быстро и бесполезно?
Мужчина нанёс удар всей тяжестью тела, потерял равновесие и повалился вперёд. Ример обежал вокруг неумелого противника и вонзил меч ему в шею. Чтобы выдернуть клинок, пришлось приложить усилие. На ткань палатки брызнул красный дождь.
Ормскира. Скольжение змея.
Упражнение, которое ему не удалось в последний раз. В бою со Свартэльдом.
Кто-то выкрикнул его имя, и Ример обернулся, вовремя заметив бежавших в его сторону воинов: одного в кольчуге, двоих в кожаных доспехах. Он бросился навстречу новым противникам. Те широко раскрыли глаза, когда поняли, кто он. Чёрная тень.
Уже мёртвый.
Один из нападавших помедлил, давая двум другим возможность умереть первыми. Ример почувствовал, как что-то ударило его в бок. Неострое. Неопасное. Сразу же притянул Поток и услышал биение пульса в ушах. Свистящее. Грохочущее. И кинулся на воинов: оттолкнулся, прыгнул, перевернулся в прыжке и, приземляясь, скрестил мечи.
Блиндринг. Кольцо слепых.
Один из нападавших упал, второй повалился на колени и издал резкий возглас, потом сделал глубокий вдох и снова завыл. По-животному. Протяжно. Он умирал, но его крик не был вызван страхом или болью. Он вопил так, словно хотел что-то сказать. Что-то важное. Ример вспоминал слова Всевидящего. Сила… Что ещё он сказал? Всевидящий, которого он убил?
Он убил.
Никаких сомнений! Сомнения – это смерть.
Мастер Колкагг резко обернулся, чтобы сразиться с третьим противником, на помощь к которому пришла подмога. Другие воины. Крики. Сверкание стали. Звон кольчуг.
А потом все внезапно остановились, будто застыли или окаменели. Разинув рты, они смотрели на Римера. На что-то у него за спиной. А потом развернулись и побежали прочь. Что-то шло не так. Поток стал более требовательным. Чужим.