– Считаешь, я больна любовью? – Скерри подняла чётко очерченную бровь. – И делаю всё ради него? – казалось, эта мысль потрясла несгибаемую Дрейри. – Причина не в Граале! Я отпустила его много сотен лет назад и боролась лишь за место в хорошем доме. Не надо ничего выдумывать.
– Но Юра из правящего дома ты не хочешь? – уточнила Хирка, спрятав улыбку.
Скерри прикусила нижнюю губу, как будто пожалела о каждом сказанном слове.
Следовало повернуть разговор в другое русло. Если слепая будет чувствовать, что на неё нападают, то ничего больше не сообщит. А потому Хирка сменила тему:
– Мне неизвестна причина твоих поступков, но результат остаётся неизменным. Грааль руководил твоей жизнью столько лет… Скольким кавалерам ты отказала? Сколько упустила возможностей зажить хорошей жизнью? Посмотри на Грида! Давно он за тобой ухаживает? Сто лет? Двести? Думаешь, он побеждает на ринге ради себя? Нет, ради тебя! – Скерри вздрогнула, словно внезапно очнулась. И Хирка нанесла завершающий удар: – Грааль повернулся к тебе спиной много лет назад. Тебе больше не надо его защищать. И не надо бояться, что кто-нибудь превратит тебя во внедомную. Я уже сказала, что считаю тебя семьёй и можешь оставаться с нами, сколько захочешь.
Во всяком случае, пока мы живы…
Скерри потупилась. Хирка склонила голову набок, чтобы заглянуть в глаза собеседнице, и решилась:
– Я знаю, что они не были братьями. Но почему Наиэль предал всех? Ты можешь мне рассказать, что случилось?
Скерри зажмурилась, как будто собиралась с силами, потом глубоко вдохнула.
– Он пришёл в неописуемую ярость. И принялся орать на Грааля. Я как раз к нему направлялась, но осталась стоять снаружи и видела их тени на фоне палатки. – Слепая кашлянула. Хирка не стала торопить Скерри. Наверняка она пообещала самой себе никогда не рассказывать о случившемся. – Это происходило в лагере к северу от Равнхова. Я слышала слова Наиэля о том, что на самом деле они с Граалем не являются братьями, и была в шоке. Это… Если бы об этом кому-нибудь стало известно, изменилось бы абсолютно всё. Не только для семьи, но и для хода войны. Они считались подобными богам, эти братья… посланные нам первыми.
Скерри оперлась о стол, как будто только руки поддерживали её сейчас, и продолжила:
– Наиэль набросился на Грааля сразу, как только обо всём узнал, утверждая, что тот всегда был в курсе тайны. Но это неправда. Мы оба понятия не имели! Кто угодно мог учуять их родство. Грааль хотел отослать Наиэля. Велел оставить семью. Оставить всё. Исчезновение одного из братьев казалось лучшим исходом, чем обнародование ужасного секрета. Это было… – она вздохнула. – Это было ужасно. Конечно. Они угрожали друг другу. Я вошла в палатку и попросила их успокоиться. Попыталась объяснить, что каждый из них может лишиться всего.
Скерри выдохнула и выпрямилась, а потом завершила рассказ:
– В тот вечер кто-то попытался убить нас. Грааля и меня. Самым трусливым способом из всех возможных. Всё должно было выглядеть как несчастный случай. Пожар в палатке. У предателя даже не хватило мужества сделать это самому! Он подговорил друга. Но план не удался. Убийца швырнул масляную лампу, но получил за это стрелу в горло.
Хирка на мгновение закрыла глаза и постаралась собрать все известные ей фрагменты истории воедино. Ожоги на бедре Скерри. Рассказ Юра о Колайле и поджоге палатки. Бесконечная череда ошибок. Путь к трагедии.
Девушка снова посмотрела на Скерри и полуутвердительно спросила:
– Колайль… Это Колайль его остановил?
Слепая кивнула и со вздохом добавила:
– Лагерь проснулся. Все видели, что произошло, Колайля нельзя было спасти. Он получил каплю на лоб. А Наиэль… Ну, он исчез, и все мы знаем, что случилось потом.
Хирка ощутила тяжесть. Давление всех минувших с той поры лет. Тысячи лет. События невообразимой давности всё ещё оказывали влияние на этот мир. Украденный ребёнок. Ссора. Ночь. Девушка тихо засмеялась:
– Мне кажется, ты размышляла о том, что было бы, если бы Грааль не прогнал Наиэля. Возможно, он не отвернулся бы от вас. То предательство, которое тысячу лет объединяет вас… Вы сами создали его. – Скерри промолчала, и Хирка горько прошептала: – Грааль по-прежнему жил бы здесь или в Имланде. Поток свободно лился бы сквозь врата. А я никогда не появилась бы на свет. Совет никогда не собрался бы, а Эйрик из Равнхова был бы королём. Или вы победили бы в войне и истребили всех до единого имлингов. Этого мы никогда не узнаем.