– Он ещё жив? – спросила тихо.
– Да, – старик поёжился. – Но всё может измениться в любую минуту.
Кивнула и отошла от повозки.
– Ты серьёзно? – зашипел Виктор, тряхнув передо мной старьём.
– Успокойся, просто надень это сверху на свою одежду и пойдём, – я показала ему пример. – Нам нужно поторопиться. Матушка Кло не любит поздних посетителей.
– А кто она? – голова Виктора вынырнула над воротником ветхой рубашки, которую он таки натянул на себя.
– Увидишь, – хмыкнула и свернула в тёмный закоулок, поманив напарника за собой.
Глава 5.3
Несколько поворотов по всё более и более узким улицам – ещё не трущобы, но уже близко. Таких переулков я за свою жизнь навидалась достаточно. Лепящиеся друг к другу лачуги – создавалось такое ощущение, что они разрастаются кверху, закрывая прохожим солнечный свет. Свисающее с перекинутых между окнами верёвок ветхое бельё. Босоногая малышня, стайками носящаяся по улице с какой-нибудь палкой за неимением игрушек.
На втором этаже дома, мимо которого мы проходили, со звоном распахнулось окно.
– Ах, ты, скотина! – женский визг прорезал наполненную звуками жизни улочку, и мы с Виком невольно дёрнулись, ускоряя шаг.
– Опять нажрался! Где деньги?! Что ж ты творишь? Чем мне теперь платить хозяину?
Мужское неразборчивое бормотание вклинилось в вопли, которые перешли в рыдания.
Большие трагедии маленьких людей… Я поёжилась. Мне удалось вырваться отсюда, но тысячи таких же, как я, существовали вот так день за днём, год за годом… а потом умирали, здесь и в Руммат, даже не зная, что есть и другая жизнь.
Встряхнулась, выбрасывая из головы посторонние мысли.
– Слушай, – обратилась к Виктору, – мы подходим к нужному месту. Должна тебя предупредить: женщина, к которой мы идём, весьма своеобразна. Не поддавайся на её провокации. И имей в виду, что юмор у неё специфический.
– Так к кому мы идём? – Виктор посмотрел на меня. – Ты сказала, её зовут Кло.
– Матушка Кло, – поправила я напарника. – Не вздумай называть её по-другому. Она была хозяйкой большого дома терпимости неподалёку от Руммат. Большинство девушек из трущоб, становившихся на этот путь, проходили через её, скажем так, руки.
– Ничего себе у тебя знакомства, – пробурчал Виктор, – хотя чему я удивляюсь.
– В разнообразии знакомств ты меня сделаешь на раз-два, – покачала головой, – так что не прибедняйся. Пришли, – затормозила возле обшарпанного трёхэтажного дома с единственной дверью, криво висящей на ржавых петлях.
Постучала в деревянную створку.
После двух минут тишины, когда я уже занесла руку постучать ещё раз, за дверью раздались шаркающие шаги.
– Кого там принесло в сумерках? – дребезжащий голос был хоть и негромким, но слышался отчётливо.
– Тихой ночи, Матушка Кло. Я к тебе с вопросом, – произнесла вежливо, одновременно косясь на Виктора и прикладывая палец к губам. Тот кивнул.
– Ну заходи, коли не шутишь, – скрип двери подтверждал приглашение, и я первой шагнула в плохо освещённую прихожую.
– Неужто ты, Нэл? – старуха, стоящая за порогом, вгляделась в моё лицо. – Что тебе нужно от старой Кло? Я никому не мешаю…
Она резко замолчала, склонила голову, ставясь похожей на ощипанную сварливую ворону. Затем улыбнулась неприятной улыбкой, показав остатки зубов во рту.
– Нить.
– Да, матушка Кло, – я кивнула.
– Зачем пожаловала? А это кто? – она посмотрела на Виктора, стоявшего за мной.
– Виктор, – я не стала говорить, кто он.
Всё равно она уже наверняка знает.
– Хорошего мужика ты заимела себе, Нить. Да только послушай старую Кло, с такими красавчиками нужно держать ушки на макушке, – старуха насмешливо глянула на Вика, и я спиной почувствовала напряжение напарника.
– Пригласишь пройти, матушка Кло, или так и будешь держать нас на пороге?
– Чего тебе надо, Нить? Не о здоровье моём ты пришла справляться, – она прищурилась. – Знаю, что ты теперь законница. Но у меня с законом давно уже тёрок нет.
– Ты знающий человек, а мне нужна информация, – произнесла уверенно.