— Хорошо, сделаем остановку. Но короткую.
Оглядевшись, он направил лошадей в сторону, хотя я не видела в этом никакого смысла — несмотря на то, что луна светила достаточно ярко, мне было сложно представить, чтобы кто-то смог заметить нас, потому что обзор со всех сторон перекрывали высоченные деревья. Тем не менее, спорить я не стала, и, как только мы полностью остановились, выбралась из повозки и с удовольствием размяла затекшие за время поездки ноги. У меня была тысяча вопросов, но я не знала, кому их задавать. Наконец, остановив свой выбор на Ламаре, я подошла к нему и как бы невзначай поинтересовалась:
— А что тебе еще рассказывали старики?
— Зачем тебе? — удивился мужчина. — Это все сказки, ничего особенного.
— Но ведь этот Сирруш, или как вы его называете, не сказка, разве не так? — напомнила я о недавней встрече с драконом. — Может быть, и все остальное тоже правда?
— Это совпадение, — упрямо помотал головой Ламар. — Иногда так случается.
— Ну, пусть так, — я решила, что не было никакого смысла спорить, и сделала вид, что согласна с ним. — Но мы ведь все равно отдыхаем, правильно? Могу я попросить тебя рассказать мне о том, что ты слышал? Считай это женским капризом, если тебе так удобнее.
— На самом деле, ничего особенного, — мужчина не обратил никакого внимания на мое неуклюжее заигрывание с ним, но все же уступил. — Говорят, что по ту сторону находится что-то вроде земли обетованной.
— Не поняла, — я ожидала чего угодно, но только не этого. — Ты же говорил, что там вообще невесть что творится.
— Это официальная позиция, — уклончиво ответил Ламар, отводя взгляд. — Нас этому учат, но иногда, когда мы собираемся вместе, кто-нибудь обязательно заводит разговор о том, что на самом деле все не так.
— Хорошо, допустим. И о чем же вы говорите на этих ваших сборищах?
— О том, что на незанятых землях все осталось так, как было прежде, — мужчина мечтательно взглянул на небо, на котором уже стали проступать звезды. — Люди живут там в мире друг с другом. По бескрайним полям гуляют звери, и никто их не трогает, потому что в этом нет никакой необходимости. Я помню, как один старик рассказывал, будто ему говорил его дед, которому по секрету…
— Я поняла, что источник надежный, — теперь уже была моя очередь перебить увлекшегося собственной болтовней рассказчика. — Можно короче?
— Можно, — кивнул Ламар, обиженно насупившись. — В общем, существует легенда, что изначально были три брата, которые поочередно управляли людьми. Самый младший, Мастер, с которым ты недавно познакомилась, или, как его еще называют, Энки.
— Почему Энки?
— Это его настоящее имя.
— А откуда тогда взялся «мастер»?
— Считается, что Энки сотворил весь мир, — воин на несколько секунд замолчал, но потом, тяжело вздохнув, продолжил. — Вернее, он так говорит. Впрочем, это уже не важно. Итак, младший — Энки. Средний — Бальтазар. И старший — Артабан.
— Впервые слышу.
— В этом нет ничего удивительного. Это всего лишь мифология, и я сомневаюсь, что она вышла за пределы нашей страны.
— Возможно. И что же там было дальше?
— Как это часто бывает в сказках, настал момент, когда младшим братьям захотелось самостоятельности. Старший и самый мудрый из них, Артабан, пытался вразумить их, но они были непреклонны, и, в конце концов, ему пришлось согласиться. Бальтазар с Энки отделились и основали свою собственную страну. Со временем братья общались все реже, пока, в один прекрасный момент, и вовсе не перестали видеться. Шли годы, десятилетия, века — и в итоге люди забыли о том, что когда-то жили вместе. Страна по ту сторону границы стала восприниматься как что-то чуждое и враждебное. Наверное, об этом позаботились наши правители. Ну, а потом все повторилось, но уже между Энки и его братом. Вот и всё. Результат ты видела своими глазами. Раньше я не верил во все это, но теперь думаю, что в этой легенде есть зерна истины.
Я не стала уточнять мелкие детали, к которым относился совершенно нереальный жизненный цикл главных героев этой захватывающей истории или легкость, с которой они провернули задуманное — меня больше волновало то, что ждало меня по ту сторону границы. Поэтому я посочувствовала Ламару и его многострадальному народу и продолжила расспросы.