- Всем стоять - сказал он тихо.
Над нами нависла тишина. Хаммер что-то увидел перед собой и через мгновение стало ясно, что: послышался тот самый треск, который наводил ужас на всех. Из тумана вышел окаменелый и остановился, будто преграждал нам путь к отступлению. Хаммер схватился за свой молот, висевший у него на спине, и побежал прямо на окаменелого, который в ответ побежал на Хаммера. Они неслись друг на друга и в момент столкновения Хаммер замахнулся и ударом снес уже приблизившегося к нему окаменелого.
- Черт подери, всем быть на чеку! Он, явно, не единственный и не разжигайте огонь - произнес он сразу после того, как отшвырнул монстра - сейчас темнота - наш друг.
Стало настолько темно, что я уже ничего не могла видеть и от этого еще сильнее вцепилась в коляску Томаса. Мы стояли посреди дороги в кромешной темноте и боялись шелохнуться и издать лишний шум. От холода у меня онемели руки и хотелось засунуть их в карманы, но я не могла отпустить коляску. Тишина длилась не долго и послышались чьи-то тяжелые шаги. Я посмотрела в ту сторону, откуда они исходили и заметила вдалеке два маленьких слабых красных огонька. Они, будто, проплывали мимо по окружавшему нас мраку и меня охватил ужас: только бы они не направились ко мне. Затем один огонек пропал, а второй продолжал проплывать мимо, но вскоре и он потух и меня охватила паника. Я стала озираться по сторонам в надежде выследить их, чтобы знать, где этот окаменелый и успокоила себя мыслью, что он просто повернул в противоположную сторону от нас и что опасность миновала. Так мы стояли еще какое-то время, я смотрела прямо перед собой на случай, если вдруг опять увижу глаза окаменелого, но было так же темно. "Скорее всего, он уже далеко ушел от нас" - с этой мыслью я повернулась в ту сторону, где я последний раз видела Питера и замерла от страха. Два красных глаза были так близко от меня. Свет от этих глаз дал мне увидеть силуэт того, кто стоял передо мной. Что-то подсказало мне, что это был Питер и я протянула руку вперед, схватила его за куртку и потянула на себя - подальше от окаменелого, но Питер споткнулся и упал. Окаменелый громко заревел, все запаниковали, стали раздаваться крики, но было темно. Тогда я вспомнила, что последний раз положила свою зажигалку в карман штанов и сунула туда руку. Нащупав зажигалку, я быстро вытащила ее и стала зажигать, но руки тряслись от страха, и она чуть не выскочила у меня из рук. Тогда я отпустила коляску Томаса и стала держать зажигалку обеими руками и попыталась зажечь. Я увидела окаменелого, который склонился над упавшим на землю Питером. Питер стал отползать назад, но окаменелый замахнулся. Томас вскрикнул "Питер!" и попытался встать, с коляски, чтобы заслонить внука, но упал и вдруг окаменелого пронзило что-то: из его груди вырвалось острие, а затем скрылось обратно. Из раны серого чудовища потекла красная жидкость, которая постепенно стала застывать, затем что-то отбросило окаменелого назад. Я стала водить рукой с зажигалкой по пустоте и чуть правее от того места, где стоял окаменелый, увидела знакомый костюм.
— Это был последний - раздался мужской голос.
Подняв зажигалку чуть выше, я увидела его лицо в маске — это был Рохан - пятый человек в костюме.
- Теперь мы можем идти в город - он объявил всем и люди с облегчением вздохнули. К нему подошел Алекс и они стали разговаривать, а я стала их слушать.
- Много их там было?
- Четверо. Раньше они ходили по одному - каждый сам по себе, а сейчас они держатся группами.
- Да это странно. Пойду к Тейе - пятый направился через толпу. Алекс повернулся и заметил, что я смотрела на них и подслушивала, но его это не разозлило.
- В порядке?
- Ага - ответила ему, хотя страх все еще не отпускал меня.
Тут я вспомнила, что Томас упал, когда пытался встать с коляски, и стала искать его и Питера. Я нашла их, когда уже Питер помогал ему подняться и сесть обратно в коляску. Я подбежала к нему и стала держать коляску, чтобы она не покатилась.
- С ним все хорошо?
- Да, он просто упал - Питер тоже был все еще в шоке и видно было, как у него дрожали руки.
- А ты как? - решила спросить у него, хотя он не любил отвечать на мои вопросы. Он продолжал усаживать Томаса, будто не слышал моего вопроса, затем он наклонился, чтобы поднять одеяло с земли и замер, будто увидел что-то, потом он сел на землю и закрыл руками лицо. Ему было страшно. Томас, увидев своего внука в таком состоянии, стал гладить его по голове, произнося: все уже позади, мой мальчик.