Я вспомнила, как мне было тогда страшно, что с ним что-то случилось и я осталась одна.
- Я даже не знаю, что с ним произошло. Наверное, никогда и не узнаю.
Шерил и Питер притихли. Над нами нависла минута молчания, после чего моя новая знакомая сказала:
- Пойдем, я познакомлю тебя с остальными - она схватила меня за руку и повела в самый центр помещения, где все сидели плотнее друг к другу. Питер всегда держался в стороне от всех остальных и мало с кем общался. Некоторые смотрели на него с презрением как на непослушного ребенка, а кто-то с сожалением, но ничего ему не говорили, потому что не знали, что ему сказать.
Мы с Шерил продвигались в толпу. Люди вокруг нас сидели на своих сумках и ели еду, которую смогли найти - в основном, это были консервы и чипсы. Мне не нравились чипсы, но их чаще всего можно было найти и хоть как-то утолить голод. Если раньше люди и жили в мире, где было все и еда была вкусной, то зачем они ели эти чипсы, я не понимала. Раньше можно было найти пачку с каким-нибудь печеньем, но и оно уже закончилось. Были только консервы и чипсы. С водой было полегче: мы растапливали лед и снег, которые покрывали все вокруг. Папа рассказывал мне, что до судного дня на земле не было так холодно.
Шерил шла впереди и вела меня за руку. Мы подходили к группе из пяти человек, сидевших в своем кругу. Все были чуть старше меня, как и Шерил.
- Ребята, это Бони - она представила меня им, когда мы были уже почти рядом и вдруг мы услышали глухой стук и какой-то треск над нашими головами. Все стали смотреть вверх и увидели, как потолок стал трескаться странным образом: появившиеся трещины из центра стали разрастаться по потолку в разные стороны, образовывая форму овала прямо над нашими с Шерил головами, затем мы услышали еще череду ударов, будто в потолке продалбливали дыру. Остальные тоже подняли головы, и кто-то крикнул "отойдите в сторону", когда из трещин стал сыпаться песок. Я резко толкнула Шерил к себе и хотела отбежать с ней в сторону, но сверху посыпались камни. Я ощутила боль от удара по голове и отключилась.
Очнувшись, я, первым делом, почувствовала, как всю голову охватила боль. Я попыталась пошевелить руками и ногами, но от головной боли у меня была сильная слабость и я с трудом открыла глаза и увидела лежащую Шерил прямо напротив меня: ее глаза были открыты, а на голове рядом с виском была рана, из которой сочилась кровь и растекалась по ее лицу и волосам. Я поняла, что она мертва и меня стало трясти от этого, но боль в голове пульсировала с такой силой, что я периодически теряла сознание. Когда я просыпалась на несколько секунд, слышала, как кто-то сначала стал звать меня по имени, потом чья-то тень стала приближаться ко мне, но тут появилась вторая тень и напала на первую. Вновь открыв глаза, я уже видела перед собой карие глаза - Тейя звала меня по имени. Увидев ее рядом, я почувствовала облегчение и отключилась, но ощущала, как кто-то стал брать меня на руки.
Когда я совсем очнулась, рядом сидел Питер - он прижимал рукой кусок ткани к моему затылку и от этого сильно щипало, но голова болела уже не так сильно. Я стала оглядываться: было уже темно, мы все находились в одном большом помещении какого-то здания, кто-то плакал.
- Мы сейчас в безопасности - Питер заметил, что я очнулась.
- Что это было?
- Двое окаменелых проделали дыру прямо над нами, чтобы застать нас врасплох.
- А где Томас?
- Все нормально, Алекс был рядом.
- Я видела Шерил... Кто-то еще умер?
- Трое - Он говорил все это мрачным низким голосом. - они достанут нас где угодно, вот что они хотели нам сказать.
- В каком смысле? Они же просто нападают... в смысле, они же не знают, что делают.
- Они прекрасно знают, что делают.
- Может просто они увидели, как мы входили в то здание...
- Почему они тогда не зашли со входа, а продолбили дыру в потолке...?
На это я не могла ничего ответить, но все равно я считала, что он не прав. Я думала, что Питер так думал обо всех опасностях после того, что с ним случилось. Вновь осматриваясь вокруг, я заметила несколько раненых, затем мой взгляд упал на пятерку в костюмах - они стояли в стороне и что-то обсуждали с серьезными лицами. Питер заметил, что я смотрела на них.
- Они решают, что делать. Идти мы не можем - всех раненых на себе не унесем.