- Всё же ты идиот. Жаль. Я надеялся на тебя, - синекровый улыбнулся в жестоком оскале.
- Егор рассказывал мне о подобных тебе. Он говорил, что все вы зажравшиеся ублюдки и ваши слова не стоят даже одного паршивого кредита.
- О нет. Ты ошибаешься. Мы не они. Мы намного хуже.
В следующую секунду пространство озарила белая вспышка и голова Олдо полетела с плеч, а странный мужчина исчез.
В эту же самую секунду Олдо проснулся в своей импровизированной постели рядом с реактором весь в холодном поту. Он не мог понять, что за странный сон ему приснился и к чему всё это? Он потянулся к бутылке с водой, стоявшей у изголовья, но так и застыл в движении.
Силуэт напротив пошевелился и дал знать о своём присутствии. Олдо кинулся к своему оружию, но то исчезло из руки и оказалось на коленях у силуэта. Его не было видно и даже режим ночного зрения не помогал. Силуэт оставался таковым в любых спектрах зрения лишь слегка меняя тон.
- Это тебе не поможет, - раздался голос со стороны силуэта.
- Это сон? – спросил Олдо и сам понял, как глупо прозвучал его вопрос.
- Да, - силуэт всё же ответил. – И это и то, что ты видел до этого момента. Сразу отвечу, что такой конец твоей жизни не обязателен. Это всего лишь один из возможных финалов среди миллионов других. Будущее не предопределенно и знать его заранее никто не может. Влиять, вести к нужному исходу, можно, но всё равно всегда остаётся вероятность случайности. Как той, когда ты оказался рядом с Егором в самый нужный момент и решил спасти его. Все вариации говорили об обратном, но в тот момент случилось нечто, что изменило будущее человечества и ваше, в частности. Это я говорю к тому, чтобы избежать глупых вопросов.
Силуэт остановил речь и как будто бы вздохнул, а затем продолжил.
- Ты слишком задержался на этой планете. Тебя отправили сюда не для спасения обречённых. Ты должен был найти древние технологии, способные помочь человечеству выжить. Ты их нашёл. Почему ты всё ещё здесь?
Олдо молчал и не мог ничего ответить. Шок, трепет, а ещё немного страха. А после удивление, злость и гнев взорвались практически одновременно.
Егор рассказывал о так называемых Создателях Сущего, что иногда беседовали с ним и пытались направить по пути выполнения их целей и прихотей. Но отзывался он об этих существах не слишком лицеприятно. Так говорить о существах, наделёнными божественной силой, Олдо считал верхом неблагоразумия. Да и все его рассказы он воспринимал больше, как сказку не более. Нет, он верил своему друг, но думал, что таким образом тот объясняет свои внутренние проблемы, кои возникли из-за невероятных и трагических событий в его жизни.
Но сейчас Олдо воочию столкнулся с проявлением божественной сущности этих существ. Ему хотелось вопить от восторга, но когда вник в его речи, резко расхотелось. Внутри он боролся с чувством взяться за меч и порубить на куски этого урода. С такой надменностью говорить о его друзьях, так уничижительно говорить в целом о человеческой расе, он не мог простить подобного.
Егор рассказывал ему, что они никого не любят, не жалеют и начисто лишены чувств. Для них люди всего лишь инструмент в их играх, игрищах и воинах. И они готовы положить миллиарды жизней в угоду своим хотелкам.
С другой стороны, так же и люди относятся к своим вещам. Человек же не любит стул или диван, не будет жертвовать ради дроида жизнью, не будет заботиться о нём просто так, из любви?
Эти существа так и относились к человечеству, как к своей собственности, своим вещам. Только люди не вещи и достойны уважения.
Олдо сдерживал в себе все эти порывы и старался говорить спокойно, не только потому что не мог противостоять силуэту, но и глупо было что-то делать во сне, если это был действительно он.
- В каком смысле задержался? В каком смысле отправили? Меня сюда сослали, в тюрьму, если вы не заметили.
- Ты не слушал мои слова? Ты так глуп или невнимателен? Или всё вместе? Я же говорил, что можно управлять, направлять, изменять те или иные события. Вот и мы сделали так, чтобы ты смог попасть на эту планету и завладеть технологиями древних. Они помогут человечеству в его будущей борьбе.
- Борьбе? С кем? – удивился Олдо.