— Чтобы ты потом рассказала все Конклаву? Нет уж, извольте, — закончил я, уходя домой.
И снова Мэри, догоняя меня, громко говорила:
— Я поклялась именем ангела Разиэля, что не расскажу о тайне, а если я это сделала, значит, мне можно доверять.
— Для многих нефилимов клятва ничего не значит.
— Ложь, клятва превыше крови, — снова подала голос Мэри, перегородив мне дорогу. — И вообще, почему ты мне не доверяешь? Тебе не кажется, что любой другой уже бы тебя выдал или попытался убить, я же осталась здесь.
— Во-первых, тебе бы не хватило сил меня убить, во-вторых, ты осталась здесь не только из-за клятвы, но и из-за того, чтобы побольше выяснить информации, а позже доложить Конклаву.
— Какая омерзительная ложь, — фыркнула Мэри, скрестив руки на груди. — Тебя что ли отец учил не доверять людям?
— Он учил меня многому, а также надеяться только на себя.
— Значит, у тебя и парабатая нет, — догадалась девушка. — Ты не доверяешь людям, совершенно. У тебя хоть были друзья в детстве?
— Нет, друзей у меня не было, — сухо ответил я. — Отец тщательно меня скрывал ото всех так же, как и себя. Я знал только одного нефилима моего же возраста — Джейса.
— Понятия не имею, о ком ты говоришь, — подала голос Мэри. — Я не знаю никакого Джейса, но предлагаю тебе завести друга, а точнее, подругу, от которой ты уже никуда не денешься.
— Это ты о себе?
— Ясный пень. Конечно, о себе. Мэри Сноувайт готова навеки быть вашим другом, — продолжила она, вытянув руку для рукопожатия. — Верь мне, я тебя не выдам.
Спустя секунду размышления я пожал ей руку, ощутив вновь знакомое тепло женских рук. Я не знал, почему Мэри стала для меня человеком, на которого можно было положиться целиком, но чувство, что все её слова были чистой правдой, не покидало меня ни на минуту.
— Я очень рад, что встретил тебя, — произнёс я мягким голосом, все ещё не отпуская нежную руку Мэри.
Девушка мило улыбнулась и, посмотрев на меня синими глазами, произнесла:
— Я тоже очень рада познакомится с тобой. Кстати, хочу сразу предупредить, что как бы ты там не старался, от меня ты не избавишься, даже не мечтай.
— Это я уже давно понял, — сказал я, еле сдерживая смех, который так и рвался наружу.
— Даже и не думай ржать, я с тобой говорю на полном серьёзе…
Все, вот тут меня прорвало. Я сложился пополам от боли в животе, который возник из-за смеха. Мне не удавалось остановиться, а Мэри, как назло, делала такие смешные гримасы от недовольства, что я смеюсь.
— Джонатан, прекрати сейчас же, — возмущённо произнесла Мэри.
— Ладно, прости, — произнёс я, успокоившись. — Давай я тебя проведу домой, а то уже четыре часа утра, а ты ещё и не ложилась. Как ты там говорила твоя фамилия? Сноувайт?
— Да.
— Я знаю, где находится ваше поместье…
— Откуда? — перебила меня Мэри.
— Мне известен каждый дом в Аликанте, и неважно, кому он принадлежит. — Ответил я, забирая два своих ножа, которые так и остались торчать в дереве.
— Ты же возьмёшь меня убивать демонов, верно?
— Ты ещё не готова, — снова произнёс я те же слова.
— Но ты обещал, — завыла Мэри как маленькая девочка, которой не купили куклу.
— Я же тебе говорю, ты ещё не готова, — начал объяснять я. — Мне твоей смерти не хочется, а значит, ты будешь тренироваться дома, а когда будешь готова, я возьму тебя с собой.
— Тогда мне нужна твоя помощь, чтобы подготовится получше, — упёрто сказала она. — Отказы не принимаются. Ты поможешь мне, и начнём мы завтра на этом же месте в то же самое время, как и сегодня.
— Я не могу точно сказать, что у меня получится прийти, — начал рассказывать я, идя вместе с Мэри по улицам возле города Аликанте, время от времени поглядывая по сторонам, проверяя, не идёт ли кто-то из людей Конклава или, возможно, инквизитор. — Отец может приказать мне отправиться к королеве Благого двора или снова побывать в логове вампиров…
— Ты был в логове вампиров?
— Да, и если честно, больше никогда не хочу туда возвращаться, — признался я, вспоминая весь ужас их жилища, в котором мне удалось побывать. Мэри попросила рассказать все то, что там происходило и какая на самом деле Камилла.
Оповестив ей все то, о чем она хотела знать, я и не заметил, как уже был совсем близко к дому семейства Сноувайтов. Осталось перейти последнюю улицу, на которой раньше жила семья Вейландов, но увидев знакомое лицо одного из главных лиц Конклава на противоположной стороне, я затормозил и, спрятавшись вместе с Мэри в тёмном переулке, произнёс шёпотом:
— Я дальше не могу идти, а то меня заметят.
— Я понимаю, — так же шёпотом произнесла она. — Спасибо, что провёл, дальше я сама дойду, мне осталось перейти всего лишь эту улицу и все, я дома.
— Тогда до завтра?
— До завтра, — согласилась Мэри и, обняв меня на прощание, побежала домой.
Я проследил за тем, чтобы она дошла в целости и сохранности до следующей улицы и когда она скрылась за поворотом, я мигом, совсем незаметно и быстро, догнал того самого человека из Конклава, который по непонятным причинам застыл у ворот дома Блэкуэлл.
Семья Блэкуэллов уже несколько лет служит Валентину и ни разу не предала Моргенштернов. Нефилим, которого я часто видел, как и в детстве, так и сейчас, был Сэмьюэль. Именно он показал мне, как владеть луком, в то время как отец не считал, что это надёжное оружие при битве.
Как бы Валентин не старался приручить меня к мечу, я всегда любил ещё и ножи, стилус, ну и конечно рукопашный бой.
Человек, чьё имя я так и не знал, давно зашёл в дом, в то время как я разглядывал поместье и варианты в него проникнуть.
Дом был небольшим, из-за чего мне не составляло труда залезть на третий этаж, на котором было открыто окно. Легко выполнив эту задачу, я пролез в комнату, по всей видимости, принадлежавшую сыну Сэмьюэля Блэкуэлла, который на данный момент лежал на кровати и тихо посапывал.
Только сейчас я понял, что Майкл Блэкуэлл был жутко похож на своего отца. Та же внешность и те же вкусы на оружия. Это можно было понять по лукам со стрелами, которые были разбросаны по всем уголкам комнаты.
Тихо приоткрыв дверь и спустившись по лестнице на второй этаж, я нашёл укрытие в тёмном углу между шкафом и стеной гостиной комнаты, в которой уже давно член Конклава попивал ромашковый чай, приготовленный супругой Сэмьюэля Блэкуэлля — Элеонорой.
— Как вы правильно заметили, я пришёл к вам не просто так, — начал незнакомец. — Конклаву стало известно, что вы до сих пор поддерживаете связь с Валентином Моргенштерном.
— Чушь собачья, Валентин мёртв, — упёрто врал Сэмьюэль.
— До нас дошли слухи, подтверждающие обратное.
Я услышал, что член Конклава встал из кресла и начал расхаживать со стороны в сторону, продолжая говорить:
— Кое-кто, чьё имя мне просили не говорить, верно служит Конклаву и, соблюдая все правила, сразу написал письмо, в котором говорилось о том, что на самом деле Валентин сымитировал смерть…
— Лживей этой истории я нигде ещё не слышал, — громко произнёс нефилим, встав лицом к лицу к человеку. — Всем прекрасно известно, что Валентин мёртв и даже кости в огне его поместья тому доказательство.
— Также нефилим написал, что некий Сэмьюэл Блэкуэлл вместе с Эмилем Пэнгборном остались верны Валентину и только ждут подходящего момента, чтобы напасть на Конклав с новой армией сумеречных охотников, — закончил незнакомец.
— Передайте тому человеку, кто написал это лживое письмо, что он живёт прошлым, и что я всегда буду предан Конклаву, — произнёс Сэмьюэль, полностью дав понять, что разговор закончен.
— Надеюсь, что твои слова чисты и правдивы, а если же нет, ты сам знаешь, какая учесть тебе приготовила судьба, — закончил член Конклава. — Не смею вас больше тревожить. Благодарю за тёплый приём Элеонора, до скорых встреч, Сэмьюэль.
Незнакомец ушёл из дома под сопровождением хозяева, а я, дожидаясь, пока они поднимутся на третий этаж, подслушал ещё один разговор между супругами.