— Ты говорил с ней об этом?
— Да, однажды… — Хару болезненно поморщился, не желая вспоминать тот момент, когда словно весь мир перевернулся перед ним. — Еще при осаде Валиора… Она сказала, что все мы должны быть сильнее и беспощаднее, если хотим победить в этой войне… Что смерть Адера изменила ее… Она любила его, а теперь еще, окунувшись в свои новые мировоззрения, она считает меня безвольным и легкомысленным! Моран, что мне делать? Я не хочу терять ее!
Воин вздохнул.
— Свою Селену я уже, кажется, потерял. Это трудно, но иногда просто нужно отпустить, если ничего другого не остается. Но ни в коем случае не унижайся перед ней. Уйди с честью и не проявляй никаких признаков боли…. Я так считаю.
— Может ты и прав, — совсем тихо прошептал Хару, погружаясь в свои мысли и переживания.
На этот раз шли путями, проложенными самими разбойниками еще очень давно и хорошо замаскированными под звериные тропы, так что простой путник и не догадался бы, что совсем недалеко отсюда могут жить люди.
Всего через пару часов стали редеть исполинские мшистые эвкалипты, и из — за зеленой пелены показалась далекая изумрудная полоска моря. Пираты удвоили свои усилия, борясь с растительностью, которая скрывала от глаз маленькие неприметные тропки.
Оказавшись на песчаном берегу, Хару в первую минуту растерялся, и внезапный испуг сковал его движения. Корабля нигде не было видно, и сколько ведьмак не напрягал память, не мог вспомнить приметы берега, рядом с которым затонул «Вайзель». Все пальмы и скалы казались похожими и единообразными. Хару в замешательстве повернулся к своим друзьям, надеясь, что кто — то из них окажется прозорливее, чем он.
Как вдруг раздался голос кого — то из пиратов.
— Вон там! Корабль!
Острое зрение пирата, закаленное в многочисленных плаваньях, смогло различить сливавшийся с горизонтом и камнями правый борт корабля и длинную фок мачту, торчавшую из воды.
Друзья тут же облегченно вздохнули. Теперь их жизнь и свобода были уже не в столь критичной опасности, как раньше.
Тут же было приказано доставить из ближайшей гавани несколько шлюпок. По воде вдоль острова они вернулись к месту, где пираты разбили лагерь, а затем вышли в открытое море, приближаясь к затонувшему кораблю.
Вскоре шлюпки слились с волнами, и теперь их можно было разглядеть лишь в подзорную трубу. Капитан Борбау долго и неотрывно смотрел в нее, следя за всеми действиями отправленных в море матросов, подчиненных Совету капитанов.
Вскоре на мокрый поваленный борт корабля взобрался человек и стал размахивать руками.
— Он хочет нам что-то сказать, — пробормотал Боб.
Внезапно в поднятой руке матроса блеснула под лучами солнца горсть монет.
— Золото! — обрадовано возопил Боб, резко складывая подзорную трубу и оборачиваясь к пленным. — Что ж, я рад, что вы не обманули нас. Но сначала мы должны взглянуть на дары своими глазами.
Вскоре все сундуки и бочки, доверху наполненные золотом, были доставлены на берег. Пираты тут же вскрыли их, с безумными ухмылками запуская руки в сверкающие россыпи монет. Хару даже на мгновение показалось, что разбойники, увидев этот доступный и никем не охраняемый клад, решат убить пленных и избавить себя от тяжелого бремени союза с королевствами Токании. Подозревая худшее, он внутренне подобрался и отступил на несколько шагов в сторону леса. Его мозг лихорадочно подбирал возможные варианты спасения.
Проходивший мимо Одноглазый Джо на миг задержался взглядом на ведьмаке и еле заметно кивнул ему, давая понять, что держит свое слово и готов помочь друзьям завоевать союз пиратов. Он отошел к капитанам и начал о чем — то тихо говорить с ними. Затем Боб, улыбаясь так благосклонно, как только позволял его кривоватый рот, подошел к друзьям с распростертыми объятиями.
— Итак, — начал он, потирая ладони, — мы сдержим свое слово. Теперь наши силы присоединятся к войскам Токании, что бы сразится со Сферой. Мы вступаем в союз!
И Боб дружески похлопал Хару по плечу, так что ведьмак чуть не осел в песок под увесистой рукой пирата.
— Но! — продолжил тот. — Мы не очень-то ладим с народами Тоакании. Видишь ли, думаю им все еще обидно за сотни потопленных и ограбленных нами кораблей. Посему, придется вам еще немного побыть нашими пленными, пока я не смогу удостовериться в относительной безопасности моей головы! А ведь она не так — то прочно сидит на своем пьедестале!
Боб расхохотался, так что задрожали кокосы на ближайшей пальме.
— Открывайте лучшие вина! — проревел Борбау, обращаясь к Совету Капитанов. — Сегодня мы будем пировать, а завтра снарядим корабли для отплытия в Золотые земли! Нас ждут грандиозные победы и горы чистого золота!
Пираты развели костры на берегу, из разбойничьего города стекалось все больше и больше людей, подключавшихся ко всеобщему веселью. Вино и ром лились рекой, даже Хару невольно стал заражаться всеобщим, каким — то диковатым празднеством.
Однако друзья старались держаться вместе и не напивались вместе с пиратами. Слышались звуки новых вскрываемых бутылок, однако пирующие все еще были достаточно трезвы.
Моран невольно ухмыльнулся:
— Даже Гром бы позавидовал их стойкости!
— Жаль, он не снами, — удрученно отозвался Хару, безумно скучавший по гному и Селене.
Затем ведьмак отошел от друзей и, отыскав среди пирующих Одноглазого Джо, подсел к нему.
— Что ты сказал им? — поинтересовался Хару.
Джо довольно выдохнул, покончив с еще одной кружкой рома и, утерев рот рукавом камзола, ответил:
— А ничего особенного. Напомнил, что нам грозит опасность от лап Сферы.
— Но это же не все? — настаивал Хару.
— Ну, еще я отказался от своей доли награды, которую мог бы получить при победе Союза королевств. Все то, что не достанется мне, будет разделено между остальными двенадцатью капитанами. А это будет, думаю, довольно большой кусок прибыли…
— Не думал, что пират может пойти на такое.
Джо развернулся к Хару, сверля его своим единственным глазом.
— Зря ты столь плохо думаешь о пиратах. У нас есть свои правила чести, хотя вам они могут и показаться странными. В любом случае, ты скоро сам убедишься в том, что не ошибся, заключив с нами союз.
Затем Джо развернулся и, совершенно позабыв о сидящем рядом с ним ведьмаке, весело крикнул:
— Эгей! Салли! Передай-ка мне вон то хорошенькое жаркое!
Пиршество продолжалось.
Глава 27 Прибытие
Густой утренний туман, плавно шелестевший по волнам, податливо расступился под бушпритом громоздкого старого судна. Показались трещащие на ветру мачты, увитые потрепанными парусами и флаг — шток, несущий черное знамя. Пиратская флотилия во главе с капитаном Борбау приближалась к землям Королевства Оринор.
По правый борт, не отставая и на четверть кабельтова, вел свое судно Одноглазый Джо, значительно поднявшийся в глазах Совета Капитанов после появления потерпевших крушение токанийцев. Позади идущих в авангарде кораблей шло еще пять. Все они составляли делегацию из половины членов Совета Капитанов к Союзу королевств Токании.
— Земля! — прокричал впередсмотрящий, чуть ли не полностью свешиваясь из своей мачтовой корзины.
Хару, стоящий все это время на верхней палубе корабля, перегнулся через борт, впиваясь побелевшими пальцами в растрескавшееся дерево. Из тумана выступили угловатые очертания серого берега; вдали монотонно качался Эльфийский лес.
— Вот мы и дома, — тихо промолвил Моран, который стоял рядом с другом.
— Только примут ли нас теперь? — засомневался Хару. — Многие, оказавшись на нашем месте, предпочли бы умереть, чем вот так продаваться пиратам ради спасения.
— Я уверен, Гораций поддержит нас, он мудрый король и должен верно рассудить…. К тому же на нашей стороне будет и Зехир, а он ведь один из правителей, входящих в Союз королевств!
— На него вся моя надежда. Думаю, увидев его живым, эльфы хотя бы передумают нас убивать сразу же, как мы окажемся на их земле в компании пиратов.
— Но ты же потомок самого Вульфгара! Тебя уж точно поостерегутся убивать.