— Что — ж, — с готовностью заключил Райен, — значит, настает решающая пора.
Хару вздрогнул, не ожидая услышать из темного угла тихий голос молчаливого эльфа. В наступившей тишине его речь прозвучала как рок судьбы.
— Но есть и еще одна плохая новость, — виновато продолжала Селена, вконец изничтожив мимолетный приподнятый настрой друзей. — Альрут умер…
— Как? — вскричал Хару, чуть не сорвав голос. Все его нутро вдруг закричало вместе с ним, противясь услышанному, точно так же, как когда ведьмак не мог и не хотел признать смерть Адера.
Моран, обессилев, безмолвно опустился в кресло. Зехир поник головой.
— На пути в Земли драконов у него вновь открылась рана, и никто уже не смог ему помочь. Он уже тогда был слаб и очень стар. Полученное в бою ранение погубило его. Горе драконов породило в них бешенство. Они не прибыли на совет. Сейчас они мстят Сфере за Гируна и Альрута. Драконы почти ежедневно нападают на ее лагерь, внося смятение в ее войска.
Хару сжался в кресле и опустил взгляд, услышав, что драконы винят в смерти Гируна лишь Сферу и никого больше. Его мучила совесть.
— Я догадывалась об этом, — прошептала Ирен, — я чувствовала, что благословление Альрута, дарованное нам в знак прощания, покинуло нас, а когда затонул «Вайзель», у меня не осталось сомнений. Но тогда у нас не было времени обсуждать это и скорбеть по Альруту, поэтому я не стала ничего сообщать остальным. Простите меня.
На место бессильному гневу, рожденному этим скорбным известием, вдруг пришла горечь и боль. Хару сгорбился и отпустил крепко сжатые подлокотники.
«Ирен утаивала от нас догадки о смерти Альрута, я со своей стороны тоже утаил о встрече с духом Адера» — ведьмака охватило ощущения полного бессилия. — «Сколько же еще тайн лежит между нами всеми? Мы не должны скрывать все друг от друга! Так мы не сможем доверять друг другу, так нам не победить Сферу!»
Хару подавил желание выплеснуть все свои страхи и переживания перед друзьями, найти у них защиты и поддержки, но юноша вовремя сдержался, понимая, что сейчас не время тревожить их своими личными проблемами. Вслух же он сказал:
— Эти раны нанесли Альруту Фордхэм и его люди. Они будут убиты все до единого! Пусть даже ценой наших жизней, — голос Хару прозвучал мертвенно и совсем не так воинственно, как ему бы хотелось.
— Сфера тоже получит по заслугам, — стиснув зубы, пообещал Моран.
Свет факела, падающий на порог открытой комнаты, исчез. В дверном проеме растерянно мялся гонец от короля, не решаясь прервать разговор столь знаменитых уже по всему миру друзей. Хару приветливо улыбнулся ему.
— Король просит вас пройти в Главный зал, — тихо произнес посыльный.
— Мы уже идем, — кивнула Селена.
Друзья вновь вышли в прохладные коридоры полутемного лакрионского замка, покинув приветливую гостиную. Серые стены из неотшлифованного камня возвращали гулкое эхо шагов путников.
Из смежного прохода их встретил Зигрид, все такой же опрятный и утонченный. Факел, который он держал в мраморно — белой руке, оттенял резкие черты его лица. На груди эльфа как всегда красовалась лента почетного командора королевской армии.
Зигрид сдержано поклонился друзьям и лишь Селене он нежно улыбнулся, галантно припав губами к ее руке в кожаной перчатке. Моран побагровел от ярости и, что бы скрыть свое негодование, еще быстрее зашагал вперед.
— Борбау и других пиратов не будет на совете, пока вы не расскажете всю свою историю до конца, — холодно предупредил Зигрид.
— Хорошо, — просто ответил Хару, не имея никакого желания говорить заносчивому эльфу хоть на слово больше.
Впрочем, командор, похоже, разделял его скрытую неприязнь, и поэтому, не сказав больше ни слова, отошел к Селене. Обнимая ее за талию, он двинулся следом, о чем-то шепча ей на ухо, от чего она расцветала, как весенний цветок, и заливалась звонким смехом.
Заслышав, как тихо зарычал Моран от досады и негодования, Хару невольно пожалел воина, однако вскоре ведьмак напрочь забыл об этом происшествии — встреча с Союзом разметала все его мысли.
Чем ближе Хару приближался к наглухо закрытым дверям зала, тем больше он нервничал, безжалостно теребя ворот рубахи. Зехир положил руку ему на плечо.
— Не дай совету Союза увидеть твой страх. Заставь их уважать себя. Верь в свои слова и свою правоту.
— Спасибо, — пробормотал ведьмак, — я постараюсь.
Эльфийские стражи раскрыли двустворчатые врата, и прямо в лицо юноши ударил яркий свет. Зал остался таким же, каким ведьмак видел его в последний раз: заросшие цветущими вьюнами стены и колонны, факелы в резных абажурах, стойки с изящными эльфийскими доспехами и оружием и огромный лакированный стол, занимающий весь центр помещения.
Глава 28 Совет
Взволнованный до крайности, Хару обвел глазами присутствующих. Вновь юный ведьмак и Ирен приветствовали старшего наставника Цитадели Горана и Старейшин лишь глазами. Во взгляде колдунов Хару с облегчением увидел сочувствие и поддержку.
Рядом с ведьмаками восседал Гром, но как только Хару встретился с ним взглядом, гном отвел глаза. На искреннем лице принца урбундарского читалось сожаление и стыд. Ведьмак удивленно вскинул бровь, не понимая столь странного поведения своего друга, но тут его внимание приковала восседающая в центре стола прекрасная женщина с медной кожей и вьющимися черными волосами, ровные локоны которых стелились у нее по спине и груди до самого пояса. Ее легкий стан обхватывало изумрудное платье, приспущенное у плеч, увенчанных татуировками магических символов. Темные длинные ресницы взметнулись вверх, окинув вошедших цепким пронизывающим взглядом зеленых глаз.
Хару вздрогнул от этого проникающего взгляда, тут же узнав королеву дриад Игларию. Напротив нее сидел, сложа руки, Гораций в белых длинных одеждах и серебристой кольчуге. Он слегка кивнул друзьям, приветствуя их второй раз за этот день. Тут же за столом сидели король гномов Яндрим Быстрый Молот и Вирджил, нервно постукивающий длинным пальцем по эфесу меча.
Зехир грациозно выступил вперед.
— Я и мои друзья счастливы приветствовать Союз королевств! — объявил он. Магу ответили односложными приветствиями.
— Перед тем, как мы начнем свой рассказ, — продолжал тот, — я хочу сказать, что если бы не Хару, Ирен, Моран и Райен, я бы до сих пор томился в плену у пиратов. Я бесконечно благодарен им и готов защищать их, даже если общее решение Союза будет направленно против них. Таково мое решение.
— Мы учтем это, Зехир, — ответил за всех Гораций, слегка склонив голову в знак уважения. — Прошу вас, садитесь.
Друзья заняли свободные кресла, стараясь, по мере возможности, держаться ближе друг к другу.
— Кто из вас начнет рассказ? — спросил король эльфов.
Хару приготовился ответить Горацию, но внезапно Райен встал из — за стола.
— Позвольте, я, — тихим голосом отозвался он. — Я хочу рассказать, как доблестно погиб капитан Элиран, затем может продолжать Хару, если он не против.
Ведьмак не мог отказать несчастному эльфу, потерявшему своих верных друзей и корабль, на котором он провел немало лет. Хару подал Райену пригласительный жест.
Гораций, уже догадавшийся о гибели корабля и его команды, лишь кивнул в ответ боцману и глаза его остекленели от грусти. Хару знал, что Элиран был королю другом и, нередко, советником, веселым и умным малым, который всегда мог развеять любые неспокойные мысли правителя Оринора.
Райен, охрипший от волнения, начал свою повесть, не упомянув при этом ни разу о себе, стараясь больше осветить честь своего погибшего капитана. Закончив эпизод с гибелью «Вайзеля», эльф обессилено опустился в кресло и, сгорбившись, уронил голову на руки. Сидевшая рядом заботливая Селена подала ему воду из хрустального графина.
— Благодарю, Райен, — отвечал Гораций, — память о капитане Элиране никогда не умрет. Хару, готов ли ты продолжить?
Внимание всех присутствующих мигом обратилось на ведьмака. Хару почувствовал, как покрылся холодным потом под острым взглядом королевы Игларии. Заставив себя не смотреть в ее чарующие зеленые глаза, Хару поднялся со своего места, продолжив прерванный рассказ.