Взгляд девушки отрешился и помутнел — она погружалась в воспоминания.
— Нападение было непредвиденным; в темноте и суматохе мы не смогли удержать порядок войск. Эльфы оказались разгромлены, а наше сопротивление — подавлено, и, когда город уже начинал гореть с нескольких сторон, став легкой добычей для захватчиков, неожиданно с первыми лучами солнца войско врага унеслось в степь, как будто его и не было вовсе. Эльфийская армия сильно поредела, к тому же, наши силы и до того были сильно истощены в бесконечных войнах с Токализией. Тогда наш король Гораций принял решение о заключении мирного договора с враждебным королевством людей в целях объединения общих сил против нового врага. Меня зовут Селена, и я встала во главе тысячи воинов, отправленных с миром и дарами в токализийские земли. По дороге, которая вела через Безмолвные Степи, мы встретили одинокого воина по имени Моран, — Селена указала на своего спутника. Моран кивнул в подтверждении ее слов, и сам продолжил рассказ:
— Я служил в личной гвардии короля Фордхэма токализийского, и, соответственно, был близок к нашему правителю. Я знал о большинстве его планов и решений еще задолго до их воплощения всуе. Однажды среди высших армейских чинов распространились сведения о том, что король собирается уничтожить, буквально полностью стереть с лица земли Оринор, сделав эльфов своими рабами! И на эльфах он останавливаться не собирался. У него даже были планы на далекие Земли драконов! Мне итак была не по душе затянувшаяся война, и тогда я публично посмел возразить против плана Фордхэма, — Моран виновато развел руками, — знаю — это было глупо и недальновидно, но тогда я об этом не думал. Негодование полностью охватило меня. Как вы, наверно, догадались, за подобную дерзость меня приговорили к смертной казни. К счастью, старые друзья помогли мне бежать и, недолго думая, я отправился прямиком в Оринор. Своим долгом я посчитал рассказать эльфам о решении Фордхэма. Примерно на полпути я встретил Селену, но так и не смог отговорить ее от похода в Токализию.
— Так и есть, — подтвердила Селена, — я не могла вернуться к королю Горацию с пустыми руками. По сути, я была беззащитной мишенью, ведь судьба военных гонцов, отправленных в вражеский стан, как правило, не завидная. Однако, бросить доверенное мне дело я не могла. Впрочем, волей судьбы нам было не суждено добраться до Азшары — столицы королевства людей. Когда мы в очередной раз остановились на ночлег, на нас напали орки. Некоторых моих подчиненных они убивали на месте, на других же накидывали арканы и брали в плен. Всех моих выживших воинов отправили в одну сторону, нас же с Мораном — в другую. Так мы и оказались здесь. А мои люди, выходит, теперь трудятся, отстраивая целый город для Аскарона! Хорошо, что я узнала про это от тебя, Хару. Теперь я знаю, что они хотя бы живы!
Хару улыбнулся.
— Я рад, что немного помог тебе.
Внезапно Адер вскинул руку и прищелкнул пальцами, будто вспоминая что — то важное.
— Хару, — обратился он к другу, — раз уж мы теперь напарники Морана и Селены, то им тоже стоит знать о том, что рассказал нам Виспут. Так мы сможем помочь им дополнить всю картину происходящего.
— Что ж, это будет разумно, — согласился ведьмак.
Юноша вкратце поведал новым знакомым грустную историю мудреца Северного Клана монахов. Положение складывалось хуже некуда, и Хару решил пока умолчать о безумном плане монаха насчет темной энергии.
— Значит, война с Аскароном уже идет полным ходом… — сделала Селена безрадостные выводы.
Лицо Морана приобрело вид грозной решительности.
— Мы должны бежать отсюда как можно скорее! Нам необходимо опередить Темного Всадника и добраться до Эллемерита первыми! Уверен, драконы поверят нам. Затем Токания должна объединиться под общим началом королей каждой нации, как это было при Хранителях. Только так у нас будут шансы на спасение.
«Отлично! — пронеслось в голове у Хару. — Мы сможем провернуть все это и без энергии тьмы. Мне не придется открывать ее в себе!»
— Я рада, что судьба свела нас с вами! — призналась Селена. — Пожалуй, я даже смогу сейчас немного помочь нам в нашем деле. Не так давно я имела удовольствие изучать писания о королевстве Драконов, сделанные одним смелым исследователем. Их земли располагаются за Королевством Урбундар, но кратчайший путь туда ведет через портал, расположенный в сердце Горы Смерти! Надеюсь, все слышали о ней?
Ирен фыркнула и повела бровью.
— Нам ли о ней не знать. В Горе Смерти обитают не упокоенные злые души умерших, которые желают пролить кровь светлого ведьмака, чтобы сбросить с себя оковы заклятья! Боюсь, если попытаем счастья в тех краях, то можем погибнуть и навлечь еще большую беду на Токанию!
— Так и есть, Ирен, — тихо ответил Хару, уже мысленно просчитав все возможные варианты, которых, к слову, было не много, — но, если информация о портале верна, то так мы достигнем Землей Драконов быстрее всего. Мешкать сейчас нельзя. Каждый день на счету.
— Безрассудство! — покачал головой Адер. — Хару, ты опять играешь со смертью, не задумываясь о последствиях!
Моран, взвесив все «за» и «против», только развел руками и поддержал Хару.
— Другого выхода я все равно не вижу. В любом случае, нам для начала нужно выбраться отсюда. Мы будем держать путь на Гору Смерти, но всегда сможем передумать и пойти другим путем.
Селена свела тонкие брови, размышляя над всем сказанным.
— Уверенна, если мы будем действовать с осторожностью, то сможем избежать гнева призраков, — решила она, — но Моран прав, для начала обдумаем план побега.
Воин согласно кивнул и азартно дернул бровями, пряча ухмылку в бороде.
— Это не составит проблемы.
Раскованным и совершенно естественным движением Моран вытащил из — за пазухи широкую духовую трубку из цельного бамбука.
— Как ты смог уберечь ее от орков? — вытаращилась на Морана Ирен.
Моран умоляюще глянул на девушку и одними бровями изобразил насмешку.
— Ты слишком хорошего мнения об их интеллекте. Они даже подумать не могли, чем может быть опасна маленькая тростинка у меня в кармане.
Друзья встали плотнее, чтобы стражники не заметили манипуляций Морана.
Воин подобрал небольшой камень с земли и, положив его в раструб трубки, поднес свое оружие к губам. Он целился в группу стражей неподалеку.
Камень со свистом рассек воздух и ударил в открытое забрало одного из ведьмаков. От удара забрало с грохотом захлопнулось, и стражник даже подпрыгнул от неожиданности. В негодовании он сорвал с себя шлем и обвел взбешенным взглядом ряды пленных.
— Кто это сделал?! — взревел он настолько пронзительно, что Хару всерьез испугался, как бы глаза стража не вылезли из орбит.
Стражник бестолково вертел головой, но определить, откуда прилетел камень, было невозможно. Уязвленная гордость требовала расплаты, и ведьмак сгреб за шиворот ближайшего гнома, занося над ним руку. Вокруг его кулака разразилась шарообразная молния, матовая по своей структуре, словно состоящая из черного бархата. Гном не дрогнул, готовясь принять свою смерть, и лишь ощерился в лицо ведьмака.
— Отпусти моего сына, мразь! — мгновенно послышался со стороны надорванный страхом и гневом голос.
От стен тюрьмы отошли двое гномов с тяжелыми камнями в руках за место оружия. Сторожевая линия ведьмаков тут же стала сжиматься в кольцо вокруг намечающейся потасовки, но уязвленный колдун подал им отрицательный знак. Судя по его искаженному злобой лицу, он сам хотел преподать урок гному и вступившейся за него родне.
Гномы приблизились, и точка напряжения возросла. Момент перехода от статики к действию оказался таким молниеносным, что Хару едва смог осмыслить происходящее. Одной секунды оказалось достаточно, чтобы могучие мышцы гнома — отца стремительно сократились. Неуловимым для взгляда движением он выбросил камень из своей огромной ладони, будто из пращи. Усиленный скоростью удар поразил опешившего ведьмака в грудь, и тот выпустил из рук свою жертву. Ведьмак упал наземь и моментально оказался погребен под телами разъяренных гномов. Колдуна явно ждал бесславный конец.