На помощь стражнику бросились другие, но подстегнутые действиями гномов пленники, осознав, что это, возможно, их единственный шанс хоть как — то отомстить своим мучителям, ринулись в атаку. Хару даже представить не мог, что их отчаяние так сильно. Пленные позабыли, как только что рвали друг друга на части за еду, и выступили теперь как единое целое.
Моран только этого и ждал. Воспользовавшись отвлекающим маневром, он подал команду друзьям и бросился под прикрытие ближайших высоких валунов. Перемещаясь между укрытиями, беглецы пересекли территорию тюрьмы и оказались у самого дальнего возвышения каменной стены. Здесь повсюду лежал сваленный в кучу строительный мусор, а в самом углу каменной кладки была вырыта яма, заполненная кусками железа, щепками, остатками строительных лесов и прочими отходами. Сверху яма была полуприкрыта железными балками, которые нависли над ней и образовывали некое подобие крыши, удачно скрывая вырытое в земле углубление.
Хару, пробегая мимо ямы, споткнулся и одной ногой провалился в нее.
— Смотрите! — крикнул он, привлекая внимание спешивших вперед товарищей. — Мы можем укрыться здесь!
Моран колебался какое — то время, видимо, решая, следовать ли дальше своему плану или отсидеться в укрытии до наступления ночи, но приближающиеся голоса стражников заставили его поторопиться с выбором и довольствоваться ямой.
Друзья бесшумно соскользнули вниз и, протиснувшись между палками и прочим мусором, затаились. Голоса прошли мимо, и Хару облегченно выдохнул.
— Каков был ваш первоначальный план? — поинтересовалась Ирен, садясь на косую железную балку.
Селена с сожалением посмотрела на виднеющийся сквозь просвет в мусоре задний вход в тюрьму и ответила:
— Вбежать через черный ход, напасть на стражников и, переодевшись в их латы, рискнуть выбраться наружу.
Адер разочарованно хмыкнул.
— У вас были такие уверенные лица, что я подумал, будто вы сконструировали план до мельчайших деталей, а оказывается, что все было пущено на волю случая. Пожалуй, даже хорошо, что мы нашли это местечко — будет возможность все обдумать.
— Но у нас был шанс! — обижено запротестовал Моран. — Я уверен, мы смогли бы прорваться!
— В любом случае, теперь в наш план внесены изменения, — развела руками Селена.
— И что же мы будем делать? — спросил Хару.
Моран задумчиво поскреб густую щетину.
— Дождемся наступления ночи. Дальше попробуем держаться нашего старого плана. И если нам повезет, то рассвет мы встретим уже на воле, в горах!
— Хотелось бы верить, — устало и без энтузиазма вздохнул Адер.
Моран выглядел задетым за живое.
— Ты сомневаешься в нашем успехе или в моем плане?
— А разве темные ведьмаки и орки не станут пересчитывать пленных?
Этот вопрос Морона поставил в тупик, но с ответом нашлась проницательная Селена.
— Мне кажется, они не будут пересчитывать всех поголовно, но шансы, что заметят наше отсутствие, все же имеются.
— Будем надеяться на лучшее, — закончил Моран, и, на этом завершив разговор, друзья стали ожидать ночных сумерек.
Хару удалось удобно расположиться на сломанных лесах, и он, наконец, смог немного расслабиться, рассматривая клочок серого неба в проеме между балками.
Теперь у него появилось время все обдумать. Его обуревали тяжелые мысли и сомнения. Опасность, вызванная бесконечными войнами, с каждым днем все больше поглощала Токанию, и Хару никак не мог поверить, что в данный момент будущее мира во многом зависит от него самого. Ведьмак не переставал удивляться, почему Хранителям понадобился именно он для открытия темной магии. Было бы разумнее доверить столь ответственное задание тому, кому это будет по плечу. Ведь сам Хару никогда и ничем не выделялся на тренировках Горана. Ирен и Адер тоже не показывали блестящих способностей к высшей светлой магии, и тем более — к темной. Хару недоумевал, почему обреченный на смерть монах Виспут не смог ответить на его вопросы. И почему по его словам это могли сделать лишь Хранители? Неужели они не могли передать через своего посланника всю важную информацию, которая могла заинтересовать Хару и его товарищей? Впрочем, теперь, все эти беды и вопросы не так страшили его, как, например, день назад. Сегодня рядом с юношей и его друзьями появились Селена и Моран, которые не уступали ведьмакам ни в храбрости, ни в упорстве. Рядом с ними Хару почувствовал силу в своих руках и был готов рискнуть жизнью, что бы вырваться из заточения наперекор всем обстоятельствам. Внезапно, его размышления прервали отдаленные крики и команды стражников.
— Прогулка окончена! Вставайте с земли, живее!
Видимо, потасовка была подавлена, и пленных заводили обратно.
Ирен положила руку Хару на плечо и склонилась к другу.
— Все, — шепотом обозначая значимость момента, произнесла она, — теперь отступать некуда. Наш побег начался.
Адер хмыкнул и скорчил издевательскую гримасу.
— Точно. И именно сейчас мы переживаем самую скучную его часть.
Ирен недовольно поморщилась.
— Вообще — то, я с Хару разговаривала, а не с тобой, мой ехидный друг. Ты что, ищешь острых ощущений? Скоро ты их получишь сполна, дай только солнцу зайти!
— Да что солнце? — пожал плечами Адер. — Здесь все едино. Что днем, что ночью — одно серое небо. Ску-у-учно! Ирен, развлекай меня! Расскажи историю, про то, как однажды ты пыталась сходить на свидание с….
— Замолчи!! — зашипела Ирен, делая страшные глаза.
Моран слушал нарастающий спор с живейшим интересом.
— Они что, всегда так разговаривают? — спросил он, обращаясь к Хару.
— Почти, — сквозь улыбку ответил тот, — но друг за друга готовы любому глотки перегрызть.
— Ни за что! — тут же подала голос Ирен, — лучше быть хвостом мантикоры, чем помогать этому чучелу!
Несмотря на грубые слова, во взгляде девушки полыхали задиристые веселые огоньки.
— Взаимно, дорогая, — расхохотался Адер, понимая, что все это — не больше, чем просто шутка.
Больше друзья почти не разговаривали, обмениваясь лишь короткими фразами.
Темнело быстро. После захода солнца дымные облака и сгустки пепла не позволили задержаться сумеркам надолго. Почти сразу наступила ночь. Днем небо было светло — серого оттенка, сквозь пелену которого блекло виднелся размытый диск солнца. К ночи небеса погрузилось в непроглядный дымный мрак. Здешняя природа явно не баловала мир разнообразием красок.
— Как странно! — вдруг заметила Ирен. — Это место находится посреди кратера вулкана и окружено вулканами значительно большей высоты и диаметра. Так почему местная стража не боится, что в случае массированного извержения лава захлестнет тюрьму?
— Меня это тоже удивило, — согласилась Селена, — скорее всего, темные маги каким — то образом удерживают приток лавы, не давая ей залить территорию тюрьмы.
Хару озарила блестящая догадка.
— Так вот почему тюрьму охраняют только темные маги, а не орки! Только волшебством можно хоть как — то защищаться от такой мощной природной силы!
— Молодец, Хару! — безо всякого интереса воскликнул Адер. — Можешь написать научную работу на эту тему, а меня вот волнует другой вопрос: как скоро стражи заметят наше исчезновение?
— Думаю, к глубокой ночи, — не колеблясь, ответила Селена, — как раз к тому времени, когда закончатся работы в кузницах, и колдуны, стерегущие зал у входа, заметят, что наши камеры пусты. Тогда, несомненно, поднимется тревога.
— Значит, мы должны бежать до того как это произойдет.
Моран кивнул.
— Мы выйдем из укрытия, когда солнце полностью зайдет. Уже сильно стемнело, но думаю — это еще не конец. К ночи работы в кузницах будут в самом разгаре, и основная масса стражников тоже будет там.
— Значит, решено, — подвел итог Хару, и друзья вновь замолчали.
Темнота, которая наступила к вечеру, показалась легкой тенью по сравнению с той непроглядной мглой, которая опустилась на долину спустя час.
Горячий воздух стал еще тяжелее, и подобно плащу лег на плечи друзей. В темноте были отчетливо слышны скрип камней под ногами редких патрульных и недовольное шипение лавового озера.