Начав повествование с самого начала, Хару постарался припомнить все мельчайшие детали, чтобы выглядеть как можно более убедительно в глазах Грома. Он рассказывал так красочно, что любой слушатель загорелся бы желанием отправиться в путь вместе с друзьями. Когда история была окончена, солнце уже вошло в зенит. Горячий рассказ юноши заинтересовал даже тех, кто слышал его уже не в первый раз, что же касается Грома, то он уже не мог усидеть на месте от переполнявших его чувств.
— Значит на Токанию надвигается огромная война! — вскричал он. — А четыре королевства все продолжают враждовать между собой! Этому надо положить конец немедля! Решено. Я отправляюсь с вами, поскольку считаю своим долгом помочь вам и всей Токании!
Эти слова были встречены радостными возгласами и поздравлениями.
После окончания трапезы путники улеглись спать, тесно прижавшись друг к другу. От разведенного костра стены пещеры медленно нагрелись и теперь отдавали жаром, навевая сон на счастливых беглецов.
Хару разбудило уханье горной совы, кружившей над пещерой в поисках пищи. Юный ведьмак медленно поднялся с плаща, растирая затекшие конечности. Моран, Селена и Гром были уже на ногах, собираясь к новому ночному переходу.
— Когда отправляемся? — сонно поинтересовался Адер.
— Как только сядет солнце, — отозвалась через плечо Селена, скатывая свой плащ, — надеюсь, в темноте нам будет легче избежать столкновений с патрулями орков или темными ведьмаками. К рассвету мы уже будем недалеко от Горы Смерти.
— Отлично! Всегда мечтал погибнуть от лап злых духов. Ребятки, вы чудо!
Ирен хмыкнула.
— Опять ты начал ныть. Уж не захотел ли ты все бросить?
— О-о! — издевательским тоном подхватил Адер. — Ну, уж куда я уйду от тебя, дорогая!
Ведьмак сложил губы трубочкой и, глупо вытаращив глаза, стал тянуться к Ирен, издавая чавкающие звуки.
— Ты невыносим! — взвилась Ирен, отвешивая Адеру подзатыльник.
Адер принялся было хихикать, как вдруг подскочил на месте и с визгом кинулся в дальний угол пещеры. За ним, копируя дурашливую гримасу, бежал Гром с распростертыми для объятий руками.
Теперь уже хохотали все вместе.
Хару улыбнулся, радуясь приподнятому настрою своих товарищей. Он вышел из пещеры, что бы вдохнуть чистого горного воздуха, не отягощенного жаром костра.
Жаркое светило месяца Солнцеворота уже почти скрылось за горизонтом, уступив место предвечерним сумеркам и прохладе. Небосвод покрылся кровавым плащом заката, а снег на вершинах горных хребтов казался розовым, блистая на заходящем солнце, подобно алмазам. В вышине уже загорались неясные звезды, и блеклый лик луны угадывался между облаками. Над головой Хару парил гордый орел, выслеживая дичь. Вся эта естественная красота природы не могла не радовать глаз, но Хару все еще не мог забыть прекрасные долины Утопии, которые нельзя было встретить нигде на этом свете.
Размышления Хару внезапно прервал голос Грома.
— Смотрите, кого я поймал!
На мокром мху Гром выложил несколько крупных рыб — гримусов. Эти рыбешки часто встречались в горных ручейках. Своим видом они больше напоминали птиц с загнутыми как у ястреба клювами и похожими на крылья размашистыми плавниками.
Компания радостно приветствовала неожиданно нагрянувший ужин, и вскоре рыбы уже поджаривались на костре.
Подкрепившись, друзья вышли в ночь под темное небо, надеясь, что серые скалы спрячут их от чужих глаз. Ночь выдалась безветренная, но холодная, а серебреные звезды, казалось, еще больше охлаждали землю своим бесстрастным студеным сиянием. Путники молча кутались в плащи и не решались зажигать факелы. Они брели на северо — восток, где, судя по карте, располагалась Гора Смерти. Моран уверенно вел отряд, друзья продвигались быстро, но когда их путь стал пролегать по краю отвесной пропасти, скорость движения упала почти до нуля.
Крутой склон горы завершался едва видным во тьме уступом — единственным проходом по краю обрыва.
Путникам приходилось вжиматься спиной в камень и осторожно ступать по узкой дорожке, которой, казалось, не было конца в этой непроглядной тьме.
Хару уже несколько раз спотыкался об острые камни и корни колючего кустарника, но даже не замечал боли. Он быстрее всех двигался вперед, пренебрегая осторожностью, и почти не смотрел на дорогу.
Необъяснимая сила обостряла до предела все его чувства; его ум был холоден и чист как никогда. Он знал, что его судьба кардинально изменилась, но в лучшую ли сторону? С тех пор, как он открыл темную энергию, его будто наполнила новая жизнь. Ведьмаку казалось, что теперь он может сражаться без конца с ордами врагов в одиночку, не чувствуя усталости и боли. Это восхищало и пугало одновременно.
Внезапно он остановился. В его голове вдруг всплыли слова мудреца Виспута, которым Хару тогда не придал весомого значения.
«Будь осторожен! Если ты откроешь темную энергию и не сумеешь совладать с ней, то она поработит тебя и подчинит твой разум…»
Хару невольно содрогнулся. Неужели он теряет контроль? Эта мысль вызвала у юноши панический страх и на мгновение прояснила его эмоции, которые уже начали притупляться от холодной расчетливости и трезвости ума. С новой, обостренной тревогой он подумал о своих соплеменниках, которые теперь оказались в плену у Аскарона. Снова Хару захлестнуло чувство нежной привязанности к Ирен и благодарности к друзьям, не раз спасавшим его от беды. Хару вздохнул полной грудью, мысленно переживая поток эмоций. Не без смятения он осознал еще одну мысль, которая ядовитым жалом вклинилась в его простые человеческие чувства. Ему вновь хотелось ощутить ту силу и власть, что накрыли его с головой во время сражения со стражами тюрьмы. Тряхнув головой, юноша отогнал от себя страшные размышления и постарался сосредоточиться на предстоящем походе в Земли Драконов.
Острый как коготь месяц рассек небосвод, осветив путникам дорогу. Моран зашагал быстрее и увереннее, стараясь как можно скорее преодолеть опасный участок гор. Кромешная тьма больше не вынуждала идти наугад, хотя лунный свет и выдавал силуэты беглецов.
Вскоре путники вышли на небольшое плато, поросшее низкорослыми горными елями и кустами. Плато оканчивалось грядой невысоких скал, которые закрывали обзор горизонта.
Внезапно Моран резко остановился, так, что Адер с размаху ударился о его спину и, тихо ругаясь, теперь потирал ушибленный нос. Моран подал сигнал остановиться.
— Что вы слышите? — тихо поинтересовался он.
— Как будто ничего… — отозвался Гром, замыкавший отряд.
Вновь наступила тишина. Путники застыли на месте, ловя ночные звуки гор.
Хару скинул капюшон с головы и тоже напряг слух. Только теперь он уловил приглушенные крики и ровный, нарастающий гул, разряжавший ночной воздух. Этот звук исходил как будто отовсюду и сразу. Он окружал путников со всех сторон, и невозможно было точно определить его источник. Хару вздрогнул, почувствовав неладное. Все его чувства кричали об опасности, умоляя Хару броситься обратно под защитный покров ночи, но ведьмак заставил себя остаться на месте.
Остальные члены отряда тоже насторожились, вслушиваясь в нарастающий гул, который так резко контрастировал с привычными ночными звуками.
Моран в недоумении припал ухом к земле, но внезапно оторвался от нее, как ошпаренный.
— Армия! — только и произнес он.
Друзья быстрым шагом преодолели расстояние до гряды холмов и вновь остановились. В верности предположения Морана больше не осталось сомнений.
Неподалеку слышался храп лошадей, лязг орудий и яростные крики воинов. Твердь содрогалась с каждым новым шагом пока еще невидимого войска.
Адер нервно переступил в темноте.
— Не думаю, что это дружественная армия, — безрадостно оценил он.
Ирен с опаской посмотрела на гребни скал, над которыми алело зарево костров.
— Нам стоит укрыться где — нибудь и переждать опасность, какой бы она ни была.