— О, нет, — застонала Ирен — Это же…
— Сфера…, - сухо закончил Хару.
Ведьмак был уверен, что это именно она, хоть и видел темную колдунью впервые.
— Она приближается к нам, — тихо доложил Моран, исподлобья глядя на парящую над плато женщину.
Ирен в беспокойстве перебирала пальцами по гарде меча. Это нехитрое действие успокаивающе влияло на нее.
— Что ей нужно? — с вызовом в голосе произнесла она.
— Да плевать я хотел, что она хочет! — зарычал Гром и схватился за свой обоюдоострый топор. — Я прикончу ее, как только она приблизится сюда!
— Не торопись, — предупредила его Селена, — сначала узнаем, чего она хочет, это может оказаться полезным.
Гном заворчал, но топор опустил.
Сфера была облачена в позолоченные доспехи, в ее черных волосах блистала диадема. Ее движения были наполнены грацией и осознанием своей огромной власти. Она не могла не внушать страха и трепета. Находясь рядом с ней, кто угодно почувствовал бы себя ничтожеством. Колдунья была бесспорно похожа на своего брата. Такими же устрашающе-красивыми чертами выделялось ее лицо. Легкие, но сильные движения придавали ей ареол всемогущества, и ее по праву нельзя было недооценивать. Она была великой колдуньей.
Сфера плавно опустилась на землю и мягкими движениями слегка подалась вперед. Друзья вместе с драконами тут же обступили колдунью, но на ее лице не промелькнуло и тени каких — либо эмоций.
— Ты опоздала! — первым не выдержал Хару. — Эллемерита больше нет! И теперь драконы вновь полновластно владеют силами Света! А Аскарона тебе не спасти, он уже почти мертв.
Его слова не нашли ответа и потонули в звуках вновь разгорячившейся битвы.
Сфера лишь вскинула голову и гордо блеснула ибанитово — черными глазами. Вся ее поза говорила за нее.» Неужели ты не понимаешь?» В глазах колдуньи уже блестел победоносный огонек.
Моран и Селена, уже понявшие, что Эллемерит тут не причем, настороженно выдвинулись вперед, чувствуя неладное.
Рюк слегка изогнул свою золотистую голову на длинной чешуйчатой шее и, ощерившись, прорычал:
— Она что — то затевает! Ей не нужен Эллемерит! И жизнь ее брата ее не тревожит.
Сфера сделала еще шаг вперед и вдруг заговорила:
— Ты не совсем прав, дракон, — просто ответила она. Ее сильный голос перекрыл рев битвы. Она резко выпрямилась и схватила когтистой перчаткой рукоять меча, показывая свою готовность к драке. — Жизнь брата меня очень даже интересует. Жаль, конечно, что мой неумелый братец упустил такой шанс! Обращенные в рабство Драконы стали бы прекрасным дополнением к моей армии. — Сфера мечтательно воздела глаза и жестоко ухмыльнулась. — Кроме того, преклонение перед вашей новой королевой стало бы самым лучшим завершением наших давних и несколько напряженных отношений, не так ли?
Она развернулась ко входу пещеры. Увидев уже вставшего с земли брата, она презрительно поджала губы.
— Впрочем, из нынешней досадной ситуации тоже можно извлечь неплохие плюсы.
— Сфера! — прошептал Аскарон, едва удерживаясь на ногах. Его голос, подкрепленный надеждой, наполнился новой силой. — Прошу тебя, помоги мне! Я ранен!
— Я вижу, иначе, зачем бы я сюда пришла!
— Спасибо! Я знал, что ты меня не бросишь.
— Конечно, я тебя не брошу, ведь мне столько усилий и времени пришлось потратить на то, чтобы ты жил. За эти годы ты как губка вбирал в себя силу, подпитываемый ненавистью и злобой народов Токании, но когда Королевство эльфов — Оринор подписало мирный договор с гномами, я поняла, что больше медлить нельзя. Эллемерит ты упустил, но что уж поделать! Ты выполнил почти все, что было задумано, и теперь настал черед тебе покинуть игру.
Аскарон в испуге попятился назад.
— Что? Что ты такое говоришь? Нет!
Сфера резко бросилась вперед и, сделав выпад рукой, искривила пальцы так, что ее рука стала похожа на когтистую лапу, с чем особенно придавала ей сходства перчатка с заостренными пальцами из стальных наконечников.
Тело Аскарона против его воли потащило вперед прямо навстречу смертельным солнечным лучам. Он все еще пытался сопротивляться, через силу поднимая руки и призывая заряды фиолетовых молний. Для Сферы же это сопротивление представляло угрозу не больше, чем детские шалости. Одной рукой она беспечно отклонила заклятие, пустив его вскользь и вбок, а затем, еще раз поведя тонкими пальчиками, вытянула Аскарона на солнце. Тот вскрикнул от боли и еще раз попытался освободить себя от охвативших его силков, но все было тщетно. Победоносно улыбаясь, Сфера тряхнула запястьем и сотворила мощный разряд, ударивший точно в своды пещеры, в которой до того прятался Аскарон. Обломки камней разлетелись по плато, поднимая тучи пыли. Теперь все пути отступления для Темного Всадника были закрыты.
— Перестань! Прошу тебя! — почти умолял он, уже и не надеясь самостоятельно вырваться из цепкой хватки сестры. Даже если бы он и смог освободиться, солнце не пощадило бы его. Тени на плато было слишком мало, а сосновый пролесок был далеко.
Сфера злобно рассмеялась.
— Ну, так и быть! Я окончу твои мученья!
Она с легкостью выпрямила кисть и вонзила ее в грудь Аскарона. Маг ужасающе закричал, и песочное плато обуял потусторонний нарастающий свист. Друзья бросились назад, спасаясь от того неведомого, что должно было произойти. Раздался взрыв и иссиня — черный плотный дым взметнулся в небо с того места, где стояли Аскарон и его сестра. Затем, непроглядные клубы завертелись в воронку и опустились на колдунью. Сфера не позволяла улетучиться силам Темного Всадника и поглощала их. В этой буре невозможно было разглядеть даже силуэтов.
Когда поток иссяк, по всей долине пролетел холодящий душу вопль, похожий на те, которые Хару и его друзья слышали в недрах Горы смерти. То был последний безнадежный вопль порабощенной души Аскарона.
Шквал ветра последним обрушился на долину, и, наконец, все стихло.
Хару, защищаясь от летящего в глаза песка, поднялся с колен и осмотрелся.
На том месте, где стояли брат с сестрой, ничего не осталось кроме продырявленных Сферой черных лат Аскарона и его плаща с красным подбоем. Земля в этом месте обуглилась и все еще дымилась каким — то нездоровым черно — синим дымом.
Вся армия врага как по сигналу стремительно отступала к Дивной Роще. Почти никто их не преследовал. Битва была окончена.
К Хару подбежал Гром.
— Да она просто исчезла! — полувопрошающим тоном воскликнул он.
Хару тяжело вздохнул.
— По крайней мере, теперь мы можем перевести дух, — устало прохрипел он в ответ.
Маг тяжело сел на землю, подставив лицо взошедшему солнцу. Он давно не ел и напрочь забыл, когда последний раз полностью высыпался. Организм ведьмаков приспособлен и не к таким издевательствам, но все же, это уже было слишком. Все произошедшее за последнее время пролетело столь стремительно, что Хару казалось, будто прошло не меньше пары лет с тех пор, как он бежал из Цитадели. У него просто не осталось сил.
Ирен села рядом с Хару и нежно обняла его за плечи. Она ничего не говорила, а Хару и сам не нуждался в словах. Они были бессмысленны.
Холодящее воспоминание о потере Адера и Гируна заставила его в итоге подняться вновь. Их тела были ужасающим напоминанием о том, что медлить нельзя, не зависимо от того, насколько он устал.
Хару подошел к краю песочного плато, где собрались уже все свидетели разыгравшейся драмы между Сферой и Аскароном.
Только сейчас он заметил, какие изможденные у них лица.
Гром похлопал Хару по спине и неожиданно расхохотался.
— Ну! Как мы ее уделали, а?! Вот что значит Сила Света!
Радость гнома была такой заразительной, что Хару невольно улыбнулся, не став напоминать ему, что Сфера теперь стала еще могущественней, и изгнала ее отсюда вовсе не сила света.