Выбрать главу

Хару дал обещание магу, невольно любуясь его великолепным одеянием. В этот момент прямо над их головами пронеслись золотые стрелы. Драконы перестроились в клин и выровняли полет. Построение вел Альрут, восседающий на спине Нэры.

Драконы выплеснули столп бурлящего пламени в серое небо, и армия маяка, вдохновленная этим невиданным зрелищем, с оглушающим криком ринулась вперед. Люди верили в силу драконов и в их устрашающую кару, которая должна была низвергнуться на головы сторонников Фордхэма и самого Темного короля.

* * *

Город был взволнован, но везде царил слаженный порядок. Все действовали сообща, не жалея сил на возведение последних укреплений. Пожары, вспыхнувшие во время мятежа, были потушены, и горожане во всеоружии спешили занять свои места на стенах Валиора.

Как только армия маяка — гордая и ужасная в своем великолепии вступила на территорию города, горожане разразились восторженными овациями. Теперь они верили в победу, уже видя в своем воображении, как вместе с устрашающей армией Зехира они разобьют войска ненавистного короля.

Внезапно над головами горожан пронеслась тень, и раздался громкий рык, содрогнувший своей силой даже прибрежные камни. Защитники Валиора в страхе пригнулись и, подняв головы ввысь, увидели мощные золотистые крылья, разрывавшие крепкий, пропитанный грозой воздух. Драконы парили над армией Валиора, посылая в небо струи раскаленного пара и фонтаны кипящего света, который долетал до самых дальних туч, разрываясь искрами. Это видел и Фордхэм, ведущий на город свои легионы. Король с тревогой и страхом отметил, как и сам вздрогнул при виде этого испепеляющего огня. Он понял: Валиор будет стоять до последнего.

Драконы, резко уйдя в пике, пронеслись совсем близко от земли, обдав воинов ураганным потоком горячего воздуха.

— Вперед, защитники Валиора! — закричал Альрут, когда драконы неслись над головами горожан. — Фордхэму не устоять перед нами!

Защитников города, прежде не встречавших драконов, охватил боевой экстаз. С воинственным ревом они бросились к крепостным стенам. Этот громогласный единый крик, перемешанный с драконьим рыком, встретил Фордхэма. Король в ужасе осадил коня перед вопящим ощетинившимся городом. Так началась оборона Валиора.

Вся армия маяка расположилась на стенах. Громовержцы Зехира встали впереди, сверкая объятой молниями кожей. Фордхэм, видя эту демонстрацию силы, сжал зубы и со злостью всадил шпоры в конский бок.

Хару протиснулся ближе к Ирен, Морану и Селене. Он внимательно окинул взглядом приближающуюся армию, анализируя структуру ее боевых порядков. Вся она двигалась четко слаженным строем; каждый легион, включавший в себя несколько сотен пехотинцев, стрелков и кавалеристов, шел отдельно от другого, не перемешиваясь в одно целое. Впереди ехал на гнедом коне воин в позолоченных латах с красным пером на шлеме. Вокруг него вышагивали клином телохранители с длинными пиками.

Четверо друзей тут же узнали Фордхэма и его охрану.

— Смотрите! — обратила внимание Селена. — К нам кто — то приближается.

И правда, от остановившейся армии отделился всадник и галопом помчался к стенам Валиора. В руке он нес герб Токализии и боевой рог. Подъезжая, он протрубил в него, что бы привлечь внимание защитников города, выстроившихся на стенах. Гарцуя на лошади, он медленно стал разъезжать перед воротами, вглядываясь в лица осажденных.

— Кто это? — шепотом спросил Хару, боясь нарушить своим голосом внезапно наступившую тишину.

— Сейчас увидим, — пробормотал Моран, пристально вглядываясь в лицо всадника.

Голоса на стенах города утихли. Все приготовились слушать речь гонца.

— Валиорцы! — с напыщенным пафосом начал тот. — Именем короля Фордхэма, вашего повелителя, я приказываю открыть перед ним ворота и выдать в руки правосудия предателей: Зехира и Вирджила! Тогда благородный король Фордхэм смилуется над вами и уйдет с миром!

По стенам города прошелся тихий ропот. Лица воинов Валиора обратились к Зехиру и Вирджилу, стоящих рядом друг с другом. Зехир вынул из — за пояса саблю, показывая, что не сдастся без боя.

Справа от них послышалась ругань и крики.

— Расступитесь, негодяи! — вопил разгневанный голос.

Валиорцы отпрянули, и к Зехиру с Вирджилом подоспел взъерошенный Гром со своей дружиной. Гном выстроил своих воинов перед двумя магами и броско замахнулся топором на засомневавшихся горожан. Те в ужасе попятились.

— Неужели вы сдадитесь без боя этому проклятому гремлину?! — взрычал Гром. — Неужели отдадите на смерть своих же защитников?! Как только ворота Валиора откроются перед Фордхэмом, он прикажет повесить вас всех до единого! — Гром презрительно сплюнул наземь. — Все его слова — ложь!

Люди пристыженно опускали головы. Секундный порыв душевной слабости быстро оставлял их.

Моран решил добить переломный момент и, выхватив лук, пустил первую стрелу в сторону войск Фордхэма. По стенам города пронесся ликующий ропот. В ответ на него с неба спикировали Золотые драконы. В сокрушительном рывке они опустились на крыши башен и зубцы крепостной стены. Камень треснул под их когтями и взорвался дождем осколков. Ревущий огненный ад сорвался с их пастей в сторону королевского войска. Это выражение неприкрытой ярости вмиг подстегнуло воинов Валиора. В гонца сорвались десятки стрел и пращевых камней. Несчастный лишь успел вскрикнуть, как тут же оказался похож на подушку для иголок. Его тело бесформенной грудой свалилось с седла, а напуганный конь бросился прочь.

Валиор взорвался новым единогласным воплем, вызывающим Фордхэма на бой.

Со стен города Хару видел, как рыцарь в золоченых доспехах вскинул меч, и на его призыв от войска отделилось синее знамя. Бешеным галопом синий легион из города Сприэла метнулся к стенам осажденного Валиора.

Глава 20 Осада Валиора

— Лучники! К бою! — прозвучал приказ Вирджила, и город мгновенно ощетинился стеной заряженных луков. Люди ждали, когда синий легион приблизится на расстояние выстрела. Вирджил стоял с поднятой рукой, но вопреки ожиданиям валиорцев, вражеское войско вдруг поменяло тактику и разделилось надвое. Хару в недоумении смотрел, как часть легиона выстраивается в ряд неподалеку от города, а второе подразделение, оставив лошадей, бежит к стенам Валиора со штурмовыми лестницами.

— В чем дело? — забеспокоилась Ирен. — Почему они больше не приближаются?

— Они стоят слишком далеко! — взволновано оценила Селена. — Наши стрелы не долетят до них.

Тем временем остановившиеся воины легиона по приказу своего командира отцепили от седел увесистые арбалеты. Валиорцы не располагали столь мощным оружием, и их преимущество вмиг потеряло актуальность.

Командир легиона махнул рукой, и сотни арбалетных болтов обрушились на стены города.

Послышались крики и стоны, началась паника. Раненые и убитые воины, подкошенные стрелами, срывались вниз, а живые, поняв, что высота стен их не защитит, стремились покинуть свои оборонительные посты. Уверенный напор сил Фордхэма пошатнул их боевой дух и поверг в страх. Но вдруг по воздуху пронесся зычный голос Зехира:

— Не поддавайтесь страху! Оставайтесь на местах! Мы еще можем победить!

С этими словами Зехир сам бросился к краю стены и начал сталкивать первую штурмовальную лестницу.

Храбрость архимага и его солдат несколько привела людей в чувство. Валиорцы, устыдившись своей паники, вновь стали рассредоточиваться по стенам. Они принялись рубить штурмовые лестницы синего легиона. В ход пошли пращи и луки, хотя защитникам Валиора приходилось действовать с крайней осторожностью, чтобы не попасть под волну обстрела вражеских арбалетчиков. Игнорируя ответную стрельбу, горожане привели в действия кипящие чаны со смолой и водой, которые целым потоком смерти низверглись на голову штурмующих.

Тем временем над городом пронеслись огромные тени драконов, которые подобно комете ринулись на арбалетчиков. Альрут, летевший впереди всех на драконихе Нэре, взмахнул посохом, выпуская заряд фиолетовой молнии прямо к ногам стрелков синего легиона. Те, вздрогнув, отступили на несколько шагов, но бесстрашно взглянули в глаза смертельной опасности. Для них не потребовалось одобрения или приказа командора. Все как один они подняли свое оружие и пустили последние в своей жизни стрелы в надвигающуюся золотую смерть. Затем их накрыло слепящим огнем, и все было кончено.