Давняя обида, которую он так долго вынашивал в своем сердце, оказалась сильнее. Она вновь медленно возвращала свои позиции, отравляя доводы чистого разума. Ведьмак упивался ею, позволял ей вгрызаться в душу, даже не подозревая, во что она может превратить его. Для Хару теперь ничего не значили ни Сфера, ни друзья, ни судьба ведьмаков — все отодвигалось назад перед его горем, которое породило гнев, столь ловко подхваченный темной энергией, бушевавшей теперь подобно проснувшемуся вулкану.
Вновь взятый в плен темной энергией, Хару поднялся с земли, ухмыляясь в лицу Вульфгару. Измененное сознание ведьмака ликовало, радуясь победе над психологическим натиском Хранителя.
Хару вновь двинулся к пропасти, игнорируя голос Хранителя, отдававшийся у него в голове. Он знал, что силы могучего ведьмака на материальном уровне были крайне ограничены. И Хару не боялся его.
Тогда дух отстранился в тень и, вновь вспыхнув ярким светом, превратился на этот раз в два новых силуэта. Хару желал скорее покончить со всем, однако не смог не повернуть голову хоть на мгновение.
Навстречу колдуну летящей походкой, скрестив руки на груди, вышел Аватар Гирун. Даже в образе духа темного эльфа можно было узнать по серой коже.
Что — то всколыхнулось внутри Хару, и он, выпрямившись, стал вглядываться в расплывчатый силуэт.
— Я не держу на тебя зла, Хару, — произнес он. — Но я не хочу, что бы тьма, гнетущая тебя, погубила еще кого — то. Если это произойдет, ты вновь взвалишь на себя бремя вины, но сможешь ли ты его нести? И сможешь ли уберечь своих друзей от самого себя?
Ведьмак заколебался, затухшим уголком сознания ощущая правоту слов Гируна. Хару сделал шаг к Аватару, чувствуя, как просыпается в сердце боль, принесенная давным давно смертью темного эльфа. Юноша с усилием открыл рот, пытаясь просить о прощении, но дух Гируна уже отступил назад и исчез в серебристом сиянии.
Тогда навстречу Хару выступил второй силуэт. Невидимые порывы ветра Утопии смели сияние, и перед ведьмаком предстал лукаво улыбающийся Адер: таким Хару хранил образ друга в своей памяти. Ведьмак посмотрел в глаза умершему другу, и уже просыпавшаяся воля, взревев, яростно кинулась в схватку с темной энергией. Хару, скривившись, издал нутряной вопль, чувствуя, как сражаются внутри него две его сущности.
— Ну не может у вас быть все просто! — хихикнул Адер. — Вы двое всегда все любили усложнять! Давай же, Хару! Покончи с этим безумием, а то скоро начнешь убивать даже тех, кто тебя по случайности толкнул. И уж поверь мне, сердце Ирен всегда принадлежало только тебе. И вы оба были мне ближе всех на этом свете, как и теперь, даже после моей смерти.
Адер улыбнулся и, подмигнув другу, растворился в ночи.
Хару оцепенело повернулся к пропасти. Ирен все еще держалась, преодолевая дрожь в уставших руках.
— Адер прав! — крикнула она. — Я люблю тебя, но не могу видеть тебя таким! Надеюсь, ты найдешь в себе силы побороть тьму. Прости меня…
Колдунья ослабила окровавленные ослабевшие пальцы, и последние клочья земли обвалились под ее ногами.
— Нет! — закричал Хару, сбрасывая с себя последние оковы тьмы.
Не думая о том, что делает, ведьмак бросился в пропасть вслед за Ирен. В падении он успел лишь перехватить ее руку и закрыть глаза в ожидании приближающейся смерти. Сколько это длилось? Несколько минут или всего лишь считанные мгновения? Сколько бы ни было, время для Хару потекло бесконечно долго.
Ни одна мысль не проносилась в его голове: все свое внимание ведьмак сосредоточил на ощущении теплой ладони подруги, истово желая, чтобы оно не исчезло, чтобы не оставляло его в одиночестве.
Но когда любопытство, наконец, пересилило страх, Хару открыл глаза, устремив взгляд на верхушки качающихся деревьев. Ведьмак еще долго следил за их монотонным танцем, прижимая к себе лишившуюся сознания Ирен, не пытаясь осознать, каким чудом они оба остались в живых.
— Это ты спас нас? — прошептал ведьмак, обращаясь к невидимому Хранителю, не ожидая, однако, услышать ответ.
Но внезапно в голове юноши прозвучал ясный голос Вульфгара:
— Нет. Это ты. Ты сам воззвал к своим обеим силам. Поздравляю, Хару! Ты восстановил чакру равновесия!
— Спасибо, — отозвался ведьмак, обращаясь ко всем трем посетившим его сегодня душам. Все их слова навсегда сохранились в голове Хару. Гармония больше никогда не будет нарушена. Он чувствовал это.
— Хару, — слабо произнесла Ирен, — мы сделали это. Теперь мы готовы к битве со Сферой.