В овраг спустилось с десяток орков, но как только они приблизились к друзьям, Адер выхватил меч и храбро крикнул в лицо врагам.
— Мерзкие зеленые твари! Только суньтесь ко мне!
Один из орков взмахнул когтистой лапой и с легкостью выбил клинок из рук ведьмака. Меч покатился по земле. На его лезвии осталась глубокая трещина; оружие готово было вот-вот разломиться на части. Адер тяжело сглотнул и присел.
— Молчи, малявка, — зарычал орк, — скажи спасибо, что наш воевода оставил вас в живых!
Скрепив руки пленников за спинами тяжелыми цепями, орки вытолкали пленников из оврага и повели их на юг, через лес, уводя прочь от восточного маршрута, по которому путники хотели прийти в деревню Кулгар.
Друзья шли теперь через ночной лес, окруженные со всех сторон своими врагами, не зная, доживут ли они до утра или, охваченные кровожадными чувствами орки все же решат съесть их. Как и ожидал Хару, взошла яркая луна, выделяясь ярким пятном среди мириадов маленьких звезд. Ее спокойный, холодный свет напомнил ведьмаку, как мучаясь от бессонницы в родной Цитадели, он мог до рассвета смотреть на круглый серебряный диск ночного светила.
Юноша перевел взгляд на своих мучителей, стараясь получше разглядеть и запомнить их хмурые лица, близко посаженные глаза и широкие плечи. Орки о чем — то шумно переговаривались на родном языке, но, прислушавшись, Хару понял, что их разговор никак не связан с Темным Всадником. Тогда, потеряв к нему интерес, он наклонился к впереди идущей Ирен.
— Прости, что так грубо обошелся с тобой сегодня, — зашептал ведьмак, — я был не в себе. Последние события сильно потрясли меня.
Орк — стражник, идущий рядом, заметил обращение Хару к Ирен и с явным злорадством потянулся к своим ножнам. Хару успел только зажмуриться, прежде чем получил болезненный удар обухом палицы по хребту. Спина вспыхнула волнами боли, но окрик надсмотрщика быстро привел Хару в чувство. Он раскрыл глаза и тряхнул головой, смахивая слезы. К счастью, орк быстро потерял интерес к своей жертве, и Хару облегченно вздохнул, когда Ирен обернулась к нему и поддержала сочувственной улыбкой.
Затем колдунья, стараясь не привлекать внимания, быстро прошептала:
— Что это за тюрьма, куда они нас ведут? Вдруг она находится в недрах Горы Смерти?
Хару вздрогнул. Он тут же вспомнил об ужасной каменной громаде, ставшей клеткой для всех злых духов этого мира с тех пор, как много столетий назад Старейшины ведьмаков провели исцеливший Токанию ритуал. После тех давних событий озлобленные духи умерших, желающие сеять хаос среди живых, оказались заперты в недрах Горы. По преданиям, для дезактивации заклятия заточения, духам стоит лишь пролить на территории Горы кровь светлого ведьмака. Эта перспектива ужасала даже больше, чем сами обитатели каменной тюрьмы. Именно поэтому ни один светлый ведьмак никогда не пытался исследовать те земли, ведь последствия неудачи могли быть просто катастрофическими.
— Не думаю, — отозвался ведьмак, — они сказали, мы будем им нужны живыми, там, в тюрьме. И вряд ли этот Аскарон, кем бы он ни был, настолько глуп, что вознамерился подчинить себе духов Горы после того, как принесет нас в жертву….
Хару опустил взгляд в землю, стараясь не обращать внимания на громкие голоса, сливающиеся в единый гомон. Юному ведьмаку нужно было многое обдумать. Судьба у них складывалась не завидная.
Солнце уже окрасило мир своими лучами, прогоняя ночную тьму, а орки все вели своих пленников куда — то сквозь лес. Здесь уже поредели вековые сосны, уступая место небольшой степи с высоким вереском, а на горизонте замаячили зубцы горы. Их окутанные утренним туманом вершины терялись в низких облаках. С самого утра погода начала портиться. Задул резкий ветер, немилосердно режущий глаза, а болезненно — розоватые лучи солнца с трудом выглядывали из надвигающихся лиловых туч. Гибкий вереск стелился по земле, а за спинами друзей и их надсмотрщиков бешено качались и трещали лесные деревья, цепляясь за землю могучими корнями. Вдали уже рокотал гром. Сначала он окружал путников, раздаваясь со всех сторон, а затем вдруг пронесся прямо над их головами, грохоча как боевая колесница. Упали тяжелые капли дождя.
— Будет буря, — прорычал долговязый орк, тыча кривым когтем в хмурящееся небо. — Не лучше ли нам переждать ее где-нибудь?