— Хорошо. Значит, ты понимаешь.
Старый камнерез нравился Хирке всё больше и больше. Ей казалось, он строит предложения иначе, чем другие. Он говорил на своём языке, который надо выучить, но как только ты это сделаешь, всё начинает обретать смысл. Обмениваться с ним несколькими словами бесполезно, это сбивало его с толку. Но если речи начинали литься между собеседниками, как молоко, то они становились приятными и сытными.
Хлосниан рассказал, что всё не так просто, как она надеялась. Совершенно неверно утверждение, что, пока она здесь, и слепые будут здесь. Но пока она здесь, слепых можно приводить сюда. Он напугал её, когда сказал, что никто не знает, какие ещё создания могут проникнуть в этот мир. Имлингам из легенд было известно о слепых и детях Одина, но кто мог быть уверен в том, что на этом дело заканчивалось? И как насчёт северных сказок о царстве изо льда? Или саг об эльфах и драконах? Ведь нам известно лишь то, что камни можно использовать для того, чтобы побывать в Шлокне.
На какой-то миг Хирку охватила тоска по отцу. Побывать в Шлокне. Если бы только мы могли побывать в Шлокне… Но довольно быстро она поняла, что некоторые места не предназначены для прогулок.
Старик элегантно перескочил через все её вопросы, на которые не мог ответить, словно она никогда их и не задавала. Например, кто построил первые круги и когда. Или как выглядит её мир. Или правда ли, что она может заразить гнилью?
— Как дела у наследника кресла? — внезапно спросил он. Хирка покраснела. Такой титул сейчас подходил Римеру меньше, чем когда-либо.
— Он давно отказался от кресла, Хлосниан. Он стал Колкаггой. А теперь он вне закона, поэтому никогда не унаследует никакое кресло, даже если захочет. Скорее наоборот, он всё потеряет. Он не думает, что брат его отца достаточно силён, чтобы сохранить дом и богатства. На всё наложат руку остальные члены Совета.
Казалось, Хлосниан не обратил никакого внимания на её слова.
— Значит, он наверху?
— Да, он был наверху и видел слепого, а сейчас он сидит с Эйриком и…
Двери в зал распахнулись, в них ворвался Эйрик. У других вряд ли хватило бы сил даже приоткрыть эту дверь. Следом за хёвдингом в помещение проникло солнце и осветило его фигуру, которая оставила тень на полу. Эйрика сопровождала небольшая армия воинов. Двери остались открытыми.
— Где? — пророкотал он.
Молодой воин снял шлем и провёл рукой по грязно-каштановым волосам. Хирка узнала его. Он забирал её из трактира Майи, когда она впервые попала в Равнхов. Когда Виллиру всадили нож в бедро. Ей казалось, что это было сто лет назад. И он был не таким страшным, каким запомнился ей.
— У Двергли. Всего в полудне от озера, где, по словам Альяра, недавно вся рыба всплыла брюхом кверху.
Остальные беспокойно переминались с ноги на ногу. Эйрик почесал плечо.
— Озеро Доггватн? Они что, рассудка лишились? Мы ведь послали воронов и гонцов в каждую хижину по всему Фоггарду! Что они делают там сами по себе?
— У них с собой дети и повозки и всё имущество. Они бегут в нашу сторону, хёвдинг.
— Я понимаю, что они делают, Инге! Они что, не знают, что мы на грани войны? И что в лесах слепые? Они с тем же успехом могут использовать детей в качестве приманки! — Эйрик всплеснул руками и посмотрел на своих имлингов в ожидании ответа. Он вздохнул. — Сколько их?
— Полсотни.
— Отбери восемь воинов, Инге. Мы отправимся сейчас же. И позаботься о том, чтобы эти воины не писались от незнакомых лесных звуков!
Хирка увидела в дверях знакомую фигуру и похолодела. Она поднялась, уже зная, что это означает. В зал вошёл Ример. Кольчуги позвякивали, когда воины отодвигались подальше от него.
— Тебе нужны воины, Эйрик?
После небольшой паузы Эйрик кивнул. Ример скользнул взглядом по всем собравшимся в зале.
— Мои мечи?
— Я бы скорее вооружил слепого! — раздался голос Тейна. Хирка не заметила его среди других. Он оглядел имлингов в поисках поддержки и получил её. Они посматривали на Римера и роптали. Надо совсем лишиться мозгов, чтобы вооружить врага. Наследника кресла. Колкаггу. Один из них задал Эйрику вопрос о ране, которая так быстро зажила, что он и думать о ней забыл. В ответ Эйрик прокричал:
— Хватит! Дайте ему мечи!
Наступила тишина. Эйрик смотрел на Римера, пока мужчины один за другим покидали помещение. Его взгляд был безмолвной руганью. Обещанием прогулки в Шлокну, если Ример обманет его доверие.
— Тогда я пойду с вами! Кто-то должен прикрывать твою спину! — хрипло сказал Тейн отцу.