— Все порядочные отцы поступили бы так же! — прокричал Виллир. — Не сыщется имлинга, кто не слышал бы, что слепые вновь свирепствуют! Надо ли нам жертвовать своими детьми, чтобы подразнить Маннфаллу?
— Именно так поступает Орвар, — сказала Майя, пожав плечами.
— У Орвара мозгов как у тюленя.
Виллир вскипел, и Хирка поняла, что настал самый подходящий момент. Она схватила рукоятку ножа и выдернула его. Виллир заорал как резаный, но лезвие легко вышло наружу. У Хирки оставалось совсем немного времени, чтобы сделать свою работу, пока из раны не хлынула кровь.
— Сиди тихо!
Она нашла горшочек с бальзамом из солнцеслёза и местешипа, чтобы остановить кровотечение и сохранить рану в чистоте. Этого более чем достаточно. Случай не слишком серьёзный. Хирка промыла рану и втёрла бальзам, потом обвязала ногу льняной тряпкой и затянула. Через некоторое время бальзам начал жечь, и Виллир застонал.
— Тебе повезло, — сказала Хирка и встала. — Тебе потребуется всего пара швов, но ими мы займёмся чуть позже.
Хирка вынула из мешка шёлковую нить. Виллир ужаснулся, и Майя подала ему кружку пива, половину которой он выпил одним глотком. В помещение вбежал Йорге.
— Ринна у Име принимает малыша! Он не желает появляться на свет, и она пока не может прийти.
Он самодовольно улыбнулся Майе, но ответной реакции не дождался. Она лишь кинула быстрый взгляд на Хирку и скрылась в подсобном помещении. Держа в руках нож, Хирка сообразила, что всё произошедшее было её виной. Йорге ведь просил её отдать нож ему.
— Ох, паршивая Шлокна, как же жжётся! Слеповство! — снова застонал Виллир.
— Значит, бальзам действует, — ответила Хирка.
Это неправда, но обычно эти слова помогали. Жжение означало только жжение. Ничего с этим не поделаешь, но имлингам нравилось, когда у страдания имелась причина. Хирка подержала руки над огнём, чтобы обеззаразить их.
— Что ты ещё собираешься делать? — голос Виллира дрожал.
— Залатаю тебя, — сказала Хирка и провела иглой над пламенем.
— ТЫ будешь шить?
— Если хочешь, можешь зашить сам.
— А где Ринна? — Виллир в отчаянии посмотрел на Йорге. Тот помотал головой. Хирка привыкла к тому, что её считают слишком юной.
— Послушай, Виллир… Это может подождать, но не слишком долго. Я видела раны намного серьёзнее. Но если ты не решаешься, мы подождём.
— Не то чтобы не решаюсь… А что может случиться самого плохого?
Виллир неуверенно засмеялся и оглянулся по сторонам в поисках поддержки, которую никто не мог ему дать. Хирка улыбнулась и развязала рану. Она попросила Майю налить Виллиру чего-нибудь покрепче, и он выпил, не моргнув глазом. Хирка проткнула иглой край раны, Виллир напрягся, но не закричал. У неё получилось пять стежков, и Виллир стойко держался, пока она работала. Затем его пододвинули ближе к очагу, чтобы просушить одежду на нём.
Йорге отрезал от поросёнка два куска и подал им с маленькими круглыми булочками. Какое-то время они ели в молчании, но потом дверь распахнулась, и в помещение вихрем влетела женщина. У неё были длинные светлые растрёпанные волосы, на плечи она накинула шаль.
— Виллир!
— Боргюнн?
— Говорят, Орвар воткнул в тебя нож?
Виллир демонстративно вытянул ногу и постарался придать своему обескровленному лицу мужественное выражение. Боргюнн взяла его лицо в руки и стала гладить, словно хотела проверить, всё ли остальное цело.
— Ринна была здесь?
— Нет, — ответил Йорге. — Роды. Вот эта девочка его зашила.
— Она? Ты кто такая?
Все уставились на Хирку. Она проглотила кусок еды. Сегодня этот вопрос ей задают уже в третий раз. Ей надо выучить ответ на него. Майя высоко подняла бровь, а это означало, что она уже давно хотела спросить её о том же. Боргюнн смотрела так, будто Хирка пыталась украсть её мужа. Прежде чем Хирка успела ответить, дверь распахнулась вновь.
Хирка остолбенела, сидя на табуретке. В двери вошли трое одетых в кожу мужчин. С их бёдер свисали тяжёлые мечи. За их спинами была видна тёмная улица. В помещение ворвался ветер, и шаль Боргюнн взметнулась.
— Хирка?
Голос принадлежал мужчине, стоявшему впереди. Его голос был безэмоционален, в нём не было ни радости, ни злости. Просто вопрос. И всё же Хирка ощутила холод.
Глупая девчонка! Колкагги — это убийцы на службе Совета. Их нет в Равнхове.
Хирка кивнула и сглотнула.
— Ты Хирка?
— Да.
— Ты — та бесхвостая? — как и привратники, он склонил голову набок, чтобы удостовериться, так ли это.