На удивление, хозяйка замка, вроде бы повернутая на чистоте крови и живущая непоколебимым презрением к нижестоящим, ничуть не возражала. Она не плакала, не кричала, не вырывалась, не умоляла прекратить. Наоборот, через пару минут она прерывисто и глубоко задышала и сама стала подаваться бедрами навстречу сильным движениям мужчины. Кроме того, она вдобавок в моменты глубоко проникновения еще и поигрывала бедрами, чтобы получить еще большее удовольствие. Вскоре она стала вскрикивать все чаще и чаще в такт совместным движениям.
Еще пара-тройка размашисто сильных движений и тело девушки охватила судорога блаженства. С губ сорвался полустон-полурык, завершившийся глубоким вдохом-выдохом. Баронесса утомленно положила голову на руки. Слуга еще некоторое время постоял, не лишая девушку своего присутствия внутри, дал ей время отдышаться и немного прийти в себя. Затем он аккуратно вошел в норку повыше и снова неторопливо задвигался, постепенно ускоряя движения и увеличивая глубину проникновения. Ее жертва в первые мгновения стонала от боли, потом затихла, а через некоторое время снова стала двигаться навстречу мужчине.
Закончили они в этот раз почти одновременно. Мужчина, сделав последние движения, наклонился, опираясь на стол руками и все еще тесно прижимаясь бедрами к своей «жертве», отдышался немного и припал губами к шейке девушки.
Баронесса застонала от удовольствия и немного поерзала попкой.
– Хватит… пока, – хрипло прошептал слуга.
Мужчина выпрямился, оторвался, наконец, от податливого тела, явно ожидающего новой ласки, достал из кармана чистый платок и нежно протер бедра, между ними и ягодицы девушки. Отшвырнув испачканный кусок дорогой материи, привел себя в порядок, потом аккуратно натянул на место приспущенные панталончики и расправил юбку. Баронесса развернулась к нему лицом и припала к губам мужчины. Не отрываясь от поцелуя, мужчина подсадил девушку на стол.
– Что ж ты со мной творишь? – удовлетворенно вздохнув, девушка положили голову на плечо слуги. – Зверь! Ну прямо ревнивый зверь!
– А нечего было глазки строить этому б-бар-рану-барону. Как я его еще не задушил прямо посреди вашего воркования.
– Ну, братик! Ты же понимаешь. Глазки и умение их строить – один из самых острых клинков девушек.
– Де-е-евушек. Ты уже с тринадцати лет не девушка, – иронично хмыкнул странный слуга.
– А благодаря кому? А? Братик? И потом мы же говорим про возраст, а не про анатомические особенности женского пола.
– Еще скажи, что отчаянно сопротивлялась насилию со стороны собственного родного брата и никогда ему не простишь, – саркастически скривился «слуга».
– Не-а. Не прощу, – нежно улыбнулась девушка. – В наказание ты не посмотришь больше ни на одну женщину и всю жизнь будешь любить только меня.
– А знаешь ли сестричка, как называется то, что мы с тобой делаем? Инцест! А знаешь какое наказание предусмотрено в нашем благословенном королевстве?
– Если ты не заметил, братик, – ничуть не испугалась девушка, – я прекрасно знаю про наказание. Поверь оно для женщин ничуть не легче, чем для мужчин. Ты не один рискуешь! Причем основную работу все-таки делаю именно я. Стараюсь изо всех своих слабых сил. Если узнают, наказание будет не в пример жестче.
– Плохо стараешься. Представляешь, каково это изображать слугу? – мужчина скривился так, будто на светском обеде по ошибке сунул в рот большую дольку кислющего лимона и не может просто так выплюнуть. Приходится продолжать жевать дальше. – Я! Барон дэ Колор! Должен изображать полоумного, жить в закрытых апартаментах и одновременно строить из себя доверенного слугу. Единственному, кому разрешено прислуживать твоему братцу. То есть, считай, самому себе. А? Каково?! Мне, аристократу до мозга костей, кланяться всяким… всяким… идиотам и еще прислуживать им. Знаешь как достало?!
– Милый, но ты же понимаешь. Так надо. Потерпи еще чуть-чуть. Немного осталось. Скоро мы все узнаем скорбную весть о том, что мой любимый, немного больной братик убит разбойниками и грабителями. Мне придется порыдать над твоим телом, а потом… пото-о-ом, – голос девушки стал предвкушающе мурлыкающим, – я найду утешение в объятиях барона Стригора, за которого очень скоро выйду замуж.
– За кого-о-о? – с угрозой протянул «слуга».
– Да за тебя же, глупенький! За тебя! Просто ты станешь бароном Стригором. Документы я уже подправила, а бедный «Франсоро» вскоре погибнет от рук бандитов и, вот какая жалость, до столицы так и не доедет. Лицо его будет так обезображено, что только я с уверенностью смогу его опознать. А я опознаю. Не сомневайся. Потом нам придется быстро пожениться, чтобы никто не успел наложить свою лапу на имущество. Я позже через своих людей проверю – может быть и имение этого Стригора удастся прибрать к рукам. Очень кстати пришел его выраженный галсорский акцент. Парень явно долго жил за границей. Скорее всего, все, кто его лично знал, давно забыли, как он выглядит на самом деле. Но это потом. Когда у нас все сладится.