11. Рэй
Немолодой пикап марки Тайота, какой был у каждого третьего жителя Джексона, ворчливо примостился у дома 635 на Паин-Драйв. Рэй тянул время как мог и всё равно приехал раньше оговоренного времени. Он знал, что печальные воспоминания потянут за собой и поэтому не спешил в их объятия. Но вот, он заглушил мотор и смотрел на дом, еще хранивший в себе присутствие родного человека. Казалось, подожди он еще минуту и старая сухощавая Камелия откроет дверь, приветливо улыбнется и предложит ягодный пирог, который она готовила специально к приезду Рэя. Струны души натягивались сильнее в ожидании этого, но дверь не открывалась, от чего нестерпимо щемило в груди, выжимая скупую мужскую слезу.
Дверь была не заперта, как и в день похорон Камелии. Он вернулся после месяца работы в резервации Уинд-Ривер. Та располагалась на территории сразу двух округов – Фримонт и Хот-Спрингс. Пограничные стычки для их стай сторожевых было частым явлением. Тогда же дело приняло неожиданный поворот, и потребовалось вмешательства старейшин соседних округов. От Титона спешно отправили Оливера – бету волков, Бадди – одного из Старейшин и Рэя. Никто не предполагал, что на решение потребуется почти месяц. Рэй примчался к Камелии прямо из Фримонта, но не застал её. Процессия выехала на кладбище. В холле, слева от входной двери, перед входом в гостинную стоял траурный портрет седовласой старушки с печальной улыбкой. Боль новой волной подкатила к горлу. Дом был тих, как и в тот день, вот только сейчас в нем ощущалась жизнь – биении двух сердец, одно из которых находилось совсем рядом — за стеной, где тогда стоял портрет Камелии. Из гостиной донесся шелест перевернутой страницы. Только теперь Рэй понял, что вошел без разрешения и стоял посреди холла, с тубой чертежей за плечем. Следовало исправить ситуацию, пока его не застали с поличным. Подойдя к стеклянным створкам, Уайлдр постучался.
От неожиданности Колин вскочила с дивана. С её колен на персидский ковер, подаренный Дорейном на полувековой юбилей Камелии, упало современное чтиво. Рэй не обратил бы на него внимания, если бы не название.
— Т-ты как тут оказался? — выпалила Колин, спешно подняв книгу, будто её застали за чем-то неприличным.
Камелия часто вздыхала, повторяя «Быть человеком – не дар, а приговор». Вопрос сам сорвался с языка:
— Где ты взяла эту книгу?
— У вас в Джексоне нормально вламываться в чужой дом? – возмутилась Колин, и Рэй понимал её, но как он мог думать о чем-то еще, если видел перед глазами то, чего не могло существовать в принципе.
— Извини, я стучал. Дверь оказалась не заперта… Откуда у тебя эта книга?
Колин недовольно сложила руки перед собой, прижав книгу к груди, будто говорила «Не отдам!»
— Тут богатая библиотека.
— Я знаю, – вспылил Рэй, теряя терпение. – Но этой книги в ней не было и быть не могло. Её отказались издавать.
— Без понятия, — с тем же напором отвечала ему Колин. – Как видишь, она тут и вполне реальная. Хотя кажется, до меня её никто не открывал.
Пазлы сошлись. В типографии, куда Рэй сам однажды относил рукопись Камелии, обещали отпечатать экземпляр для личного использования, но так и не сделали этого. Не при жизни Камелии. Ответ, по которой книгу отказались пускать в массовую печать, прост: Старейшины были против публичного освещения жизни оборотней, хотя о них там упоминалось от силы пару раз.
«Они веками жили в неведении, пусть так оно и останется, – ответили Старейшины. – Если по чьей-то вине люди и узнают о других видах жизни, то пусть это будет Джейрат, а не мы».
Кто был настолько глуп, чтобы ослушаться Старейшин? Или настолько смел, раз плевал на их решение? Он выяснит это, как только закончит работу с Эвелин.
Не с того начатый разговор обещал закончиться провалом. Единственное, откуда можно было получить ответ, это запахи. Книга еще не успела пропитаься запахом дома и новой владелицы. В доме больше ничто не имело такого же запаха, что и книга, а значит она появилась тут недавно и принесший её внутрь не заходил. Грэи различили бы этот запах в два счета. Но Рэй – не следопыт. В такие моменты, как этот или смерть Камелии, он отчаянно хотел быть волком, чтобы узнать, кто находился с его названной матерью в последние минуты жизни и не помог ей.
– Как самочувствие? – Рэй решил стать тем, кто сменит тему. – Слышал от Эвелин, ты потеряла сознание.
– Надеюсь, ты не говорил ей о падении? – Колин неожиданно перешла на нервный шепот, искоса поглядывая в сторону лестницы, на которой уже слышались торопливые шаги взволнованной предстоящей встречей Эвелин.