– Извини, не знал, что в твоей семье столько тайн.
– Так вот по чьей милости меня отчитывали до полуночи, – почти беззвучно полыхала Колин от нарастающего возмущения. Да, общение не задалось с самого начала. Впрочем, Рэй не искал с ней дружбы. Он будет работать в доме Камелии, а значит встреча с Дорейном – дело времени, и этого Рэю было достаточно.
Колин уже готовилась высказать еще что-то, но от очередного возмущения его спасло появление Эвелин – человека, с которым и правда было интересно и приятно общаться. Невольно возникал вопрос: как мать и дочь могли так существенно отличаться?
– Мне уже не терпится взглянуть на ваши разработки, – женщина поприветствовала Рэя и сопроводила его в столовую.
***
То ли дело было в доме, то ли – в книге, то ли – в проекте, который Камелия не успела утвердить. Рэй чувствовал её присутствие, старую теплую руку на своём плече. Он боялся собственной беспомощности перед воспоминаниями, без спросу вторгающиеся в душу и рвущие ту на части. Рядом с ним сидел другой человек, которого он видел впервые, и всё же вызывал расположение как старый добрый друг.
Эвелин – редкий случай, когда заказчик вкладывает всего себя в дело. Она вникала в каждую деталь, и когда что-то не понимала, не стеснялась попросить уточнения. Обычно было трудно убедить клиента в необходимости адаптировать желаемый проект к визуальной концепцией города. Рэй ожидал, что Эвелин воспользуется главной отмазкой всех новичков, мол, веранда планируется на заднем дворе и даже при желании через густую зелень вокруг её не будет видно. Вот только она лишь вдохновленно делилась образами, навеваемые тем или иным нюансом, которые Рэй предлагал внести в план.
– Уже представляю старого Генри, в ковбойской шляпе, с чашечкой кофе, вальяжно рассевшегося в кресле-качалке, – протянула она, глядя перед собой на невидимый экран, где одна яркая картинка сменялась другой. – Да, давай так и сделаем. Подскажешь у кого можно будет мебель приобрести? Генри обожает вестерны. Уверена, он будет от этого в восторге.
– Без проблем, – ответил Рэй, невольно глянув на часы. – Я могу привезти образцы или буду рад провести экскурсию по нашей лесопилке.
Эвелин вспыхнула от радости:
– Я за! Колин, – женщина обернулась к гостиной, не выходя из-за стола. – поехали на экскурсию?
Через холл донесся короткий ответ:
– Я – пасс.
– Бука, – фыркнула Эвелин и вернулась к Рэю. – Генри целый день на работе, и значит, поеду только я.
Рэй напрягся. Это означало, что ходячее недоразумение по имени Колин останется без присмотра – чего Дорейн и добивался. Нет, так дела не пойдут. Нужен другой план.
– Мы можем поехать на выходных. Там будет дежурная смена, да и дядя вряд ли откажет любимому племяннику в небольшой услуге. – «Любимый» племянник? Самому стало смешно от этого словосочетания. Рэю предстояло задолжать Бадди услугу за услугу.
– Превосходно, – Эвелин широко улыбнулась. – Сегодня же поговорю с Генри и до вечера дам точный ответ.
– Договорились, – Рэй собрал чертежи и заметки, скрепил договоренности рукопожатием и направился к выходу.
По прошествии нескольких часов Колин всё также сидела на диване в гостиной, погруженная в книгу. Как много она успела прочитать? Рэй помнил, что и его имя фигурировало в истории. Он предпочитал выбирать людей, кому расскажет о своем прошлом, а кому – нет. Будто кто-то без разрешения влезает в душу. Наверное, увидев его в своем доме, Колин почувствовала то же самое. Теперь они квиты.
Оказавшись на улице, Рэй не спешил к машине. Не то, чтобы ему хотелось подслушивать. Он просто мог слышать больше других и грех было этой способностью не пользоваться.
– Тебе всё равно, какая будет веранда в твоем доме? – возмутилась Эвелин, перебираясь в гостиную к дочери.
– Ею занимаешься ты. Мне не о чем волноваться, – голос Колин исказился, будто она пожала плечами. – Мне главное, что веранда БУДЕТ. Очень хочу насладиться результатом, а работают пусть другие. Впервые могу себе это позволить.
– Не замечала, какая ты лентяйка.
Колин в долгу не осталась и ответила с не меньшим сарказмом: