– Камелия, – оповестил Дорейн о своем появлении и только после этого перешагнул порог гостиной, где в кресле с ребенком в руках сидела хозяйка дома. – Прости меня, – он двигался быстро, но не так, как могло позволить ему его тело. Ребенок напрягся от приближения спасителя и заелозил.
Мужчина заставил себя остановиться в паре метрах от них. Он вернулся при свете солнца. Лицо заметно обгорело, но эта краснота исчезала прямо на глазах. Когда Дорейн был сыт, такие незначительные ожоги затягивались быстро. Камелия всмотрелась в долгожданного гостя. На этот раз он был спокоен. Она улыбалась ему, несмотря на пережитый страх. Теперь перед ней стоял её Дорейн, которого она знала и любила всю свою долгую жизнь. Последнее, о чем хотелось думать в тот момент – это как ему удалось так быстро восстановить силы. Камелия лишь надеялась, что он ограбил банк крови в городской больнице Святого Иоанна, а не загрыз какого-нибудь туриста.
Взгляд Дорейна нашел раненое запястье Камелии. Она успокаивающе улыбнулась и легонько наклонила руку, открывая взору свежий затянувшийся рубец, какой обычно образовывался только через неделю.
– Их кровь исцеляет, как ты и говорил, – в тихом, невесомом голосе прозвучало удивление. Чья-то жизнь тем утром спасла как минимум две другие. – Этот малыш такой же будущий вампир, каким был и ты? – Камелия поспешила сменить тему, пока новая порция извинений не наполнила дом. Ей не хотелось возвращаться к случившемуся. Тело все еще помнило пережитый страх. Дорейн посмотрел на ребёнка. В его напряженном взгляде сменяли друг друга нежность и настороженность. Он слегка морщил нос, будто чуял что-то неприятное. Камелия, недоверчиво снова оглядела мальчика. Тот, чуя навязчивое внимание, неотрывно смотрел в сторону, где остановился Дорейн, будто прислушиваясь, изучая. Это не был будущий вампир. – Хочешь сказать… – слова предательски цеплялись за язык. Дорейн много рассказывал о них, но Камелия никогда не видела ни одного из них вживую.
– Это последний представитель одного из племен медведей, оставшихся на нашем континенте, – он произнес слова так, словно отдавал честь маленькому созданию, притаившемуся в объятиях старой женщины. – Сволочь истребляет племена одно за другим. Мы пытались спасти его мать.
Камелия снова осмотрела гостя. Даже после утоления жажды раны от когтей оборотней затягивались долго и мучительно. Перед ней же стоял на вид вполне обычный, целый и невредимый человек. И следа от утренних ран не осталось. Это было возможно только. если те раны он получил от своих же.
– Твой отец? – с ужасом предположила она, максимально лишая голос силы. Но Дорейн всё равно слышал их. И не отрицал. Его лицо искривилось в отвращении и отчаянии. Малыш в руках напрягся сильнее.
– Он ничего не делает, чтобы остановить геноцид. – Камелии часто доводилось видеть скорбь на его лице: после того, как появлялся перед ней голодный; приходил после длительного отсутствия; когда смотрел на её седые волосы и шрамы на запястье под часами. Эта скорбь отличалась. Была глубже, больнее. – На Ист-Бьютт-роуд живёт семья его вида. Я должен отнести его им. – В его словах был смысл. Печаль просочилась в воздух тяжелым вздохом. Камелия была не молода и вряд ли могла позаботиться об обычном младенце, что говорить о совершенно другом виде. Хоть и прошло всего несколько часов с их знакомства, она успела привязаться к крохе.
– Если так нужно, – с камнем на сердце Камелия поднялась с кресла и приблизилась к Дорейну. Ребенок будто окаменел от напряжения. И только попав в руки мужчины, кроха нахмурился и звонко вякнул. С таким трепетом Дорейн принял его, как своего родного ребенка, а не отпрыск заклятого врага. Душу разрывало на части. Стерев со щеки слезу, Камелия всхлипнула. – Можно только одно одолжение? – Ей хотелось наглядеться на кроху наперед – на всё предстоящее время разлуки. Она убрала на бок редкие паутинки тёмных волосиков на маленькой кругленькой голове малыша. Дорейн поднял на Камелию свои серые глаза, и она сочла это за согласие. – Попроси их назвать его Рэйнольдом, как моего отца. Я всегда мечтала назвать своего... НАШЕГО сына Рэйнольдом. – Камелия услышала, как скрипнули зубы Дорейна.
Глава 1
2. Колин. 2012 год
Где-то в глубине души Колин чувствовала, что с приездом в Джексон всё будет по-другому. Ощутила это, как только оказалась под его открытым небом. Но не верила. Боялась разочароваться, если ничего на самом деле не изменится и уже через несколько месяцев семья снова сорвется в новый город.