- Есть пропуск из банка?- охранник, осатаневший от безделья, пучит глаза.
- Конечно есть - Безпалов шарит по карманам - где это он?- Беспалов лезет во внутренний карман куртки.- А вот он.
Резко достает удостоверение и тыкает им в лицо охранника. Прижимает удостоверение к лицу. Быстрым движением надевает на охранника наручники и пристегивает к трубе.
- Попался сучара! Из-за тебя убили двух полицейских и трех гражданских. Сядешь пожизненно, но проживешь в тюрьме недолго. Я к тебе мразь, прицеплю статью за изнасилование малолетки в вдогонку. Знаешь что с такими на зоне делают? Рассказать?
- Я... я... вы... ошиблись. Я ничего не знаю.
- Нет, сука. Я не ошибся. Ты спалился взяв со своими друзьями тачку с этого склада. Это ты сучонок, замочил моих друзей под Кировом.
Опер бьет охранника под дых, тот падает на колени. Хватает его за сальные волосы. Задирает его голову вверх и замахивается кулаком свободной руки. Колесников перехватывает руку товарища и оттесняет Беспалого.
- Подожди, может это действительно не он.
- Не я, это не я.- глаза охранника бегают с Беспалова на Колесникова и обратно.
- Он это, по глазам вижу. Как машина выехала со склада?- Беспалов пытается добраться до охранника.
- Да ее могли за деньги дать покататься.
- Как это за деньги?
- Ну, мужики иногда чтобы подработать дают тачки на время.
- Кому дают? - Колесников спокоен, он изображает “доброго полицейского”.
- Я не знаю.
- Точно тебе говорю, он это.- Беспалов нагнетает - Он сука за одно с ними.
- Да не при делах я.
- Как докажешь что не при делах? Запись есть с камер?
- Есть, есть.
- Сколько хранятся?
- Месяц вроде, и дублируются в банк.
- Веди нас к камерам.
Отстегивают охранника, он ведет их в комнату видеонаблюдения.
Опер садится за монитор.
- Мотай на две недели назад. Ищем два ТрэйлБлэйзера выезжающих со склада.
На мониторе Музык и Муха идут по складу. Подходят к внедорожникам.
- Покажи съемку перед воротами.
На мониторе Музык и Муха подъезжают на мотоцикле к складу.
- Вот, этот мотоцикл стоял тут несколько дней назад.
- Покажи вид с другой камеры.
Охранник переключает изображения, на одном из них виден мотоцикл.
- Стой.
Беспалов записывает номер мотоцикла.
- Теперь, слушай сюда. Я вижу ты и правда не при делах.Если расскажешь хоть кому о нашем визите, я буду считать тебя членом их банды. Сядешь надолго. Понял?
- Понял
- Вот и молодец. Будь здоров. Не кашляй.
Опер и Капитан выходят с КПП.
Беспалов и Колесников сидят в Макдональдсе. Толпы голодных москвичей рыщут по залам в поисках свободного столика. Боже храни Америку, делающую мир удобнее. Колесников недолюбливал Америку, но парадоксальным образом любил то что в ней сделано.
Беспалов сидит напротив с ноутбуком.
- Ну вот капитан, мы и на финишной прямой. Ты не передумал?
- Нет
- Хорошо. Номер мотоцикла числится за Викуловым Матвеем Павловичем. Сейчас проверим его по базе МВД.
Забивает данные в базу.
- Бинго! Викулов Матвей Павлович, кличка Музык, две ходки, первая по малолетке, а вот вторая по сто
шестьдесят второй. Отсидел пять лет. Наш человек!
Беспалов улыбается.
- Как мы его найдем в Москве?
- Не знаю, не знаю.
- Покажи его фотки.
Беспалов поворачивает ноутбук.
- Нет, не из базы а со склада.
Опер поворачивает ноутбук к себе, находит фото, разворачивает
капитану.
На экране несколько фотографий Музыка и Мухи у склада. Колесников приближает фото, где Музык стоит спиной.
- Знаешь что это?
Показывает на экране спину Музыка. На его спине большая
нашивка.
- Эмблема мотоклуба?
- Точно
- Обожаю байкеров. Дайка сюда. Ночные
крысы!
Беспалов забирает ноутбук и погружается в поиск.
Годы молодые...
ЗА ТРИДЦАТЬ ЛЕТ ДО ОПИСЫВАЕМЫХ СОБЫТИЙ,
Клеть полная шахтеров поднимается из шахты. Люди уставшие после смены. Все лица черные от угольной пыли. Среди шахтеров молодой Сергей Хохольков. Мужики угрюмо стараются не встечаться глазами. Многие поднимаются в одной клети всю свою взрослую жизнь. А до того, их отцы глотали пыль в этих забоях. Лица со въевшейся угольной пылью, уже никогда не отмоются добела. Хохольков помнил как мальчишкой целовал отца в щеку и чувствовал запах угля. Поэтому когда он первый раз спустился в забой, то почувствовал знакомый с детства запах отца.
- Михалыч, что там в верхах слышно?- Хохолькова распирало от ощущения свободы когда он поднимался наверх. - Заплатят нам на этой неделе?
Михалыч поднимался уже без малого тридцать лет. Возраст позволял уже уйти на заслуженную пенсию, но с развалом страны, высокие шахтерские пенсии превратились в нищенскую подачку и мечты о счастливой огородной жизни, Михалыч скрутил в самокрутку и скурил за кухонным столом.
- Не знаю, Сереж. Как скажут в управлении, сразу всем донесу.