В день нападения на Трук патрульные самолеты нашей авиации вели разведку в районах вероятного появления противника. Ввиду плохой погоды в воздухе находилось только около половины обычного числа патрульных самолетов, да и те к моменту нападения вернулись на базу. Противник же подошел к Труку, когда шторм достиг наибольшей силы. Большое число самолетов авианосной авиации противника неожиданно появилось над Труком. Первый удар авиации был нанесен по авиабазе Такесима. С авиабазы поднялись истребители, которые сделали попытку перехватить вражеские самолеты. Однако некоторые из них не имели даже боезапаса. Почти все поднявшиеся самолеты были сбиты, кроме того, в бухте было потоплено 6 боевых кораблей и 26 транспортов. Потери нашей авиации составили 180 самолетов. Подошедшие линейные корабли противника подожгли наши драгоценные запасы горючего, которое после этого горело несколько дней, освещая цель американским самолетам «В-17», действовавшим в ночное время.
При создавшихся условиях Рабаул потерял свое значение как авиационная база, поэтому базировавшиеся на нее авиационные части были передислоцированы, Соломоновы о-ва были сданы противнику. Таким образом, нашим силам предстояло оставить внешний район боевых действий и надо было принимать меры по обороне внутреннего района. Иными словами, линия обороны из района Сайпан — Гуам передвинулась на линию Филиппины — Окинава. Если и их потерять, то мы оказались бы перед фактом нападения непосредственно на Японию.
Подводные лодки, базировавшиеся на Рабаул, были из него выведены после передислокации авиационных частей. На лодки было погружено продовольствие для наших осажденных сил, находившихся на атолле Мили (Маршалловы о-ва). Четыре подводные лодки покинули Трук в разгар воздушного налета противника. На верхней палубе каждой лодки были прикреплены специальные контейнеры, загруженные продовольствием и табаком, а в отсеках внутри прочного корпуса находился боезапас для 25-мм пушек. Пройдя в подводном положении опасный район, где действовали подводные лодки противника, наши лодки в дневное время следовали надводным ходом. К несчастью, специальные контейнеры для перевозки продовольствия, установленные на палубе нашей лодки, начали обрываться и, несмотря на уменьшение скорости хода, они все были потеряны, прежде чем лодка достигла пункта назначения. Нам ничего другого не оставалось, как вернуться в базу, произвести необходимый ремонт и начинать все сначала. Погрузив снова нужные запасы предметов снабжения, мы вторично вышли в море.
У Маршалловых о-вов, в районах, контролируемых противником, шли в подводном положении. Важно было, чтобы нас не обнаружили, в противном случае вся операция могла окончиться неудачей. Существовало опасение, что наш план известен противнику, так как он мог захватить код у гарнизона атолла Мили. У нас имелся новый код, однако сообщение о нашем приходе на этот атолл было сделано по старому коду. Пройдя благополучно атолл Джалунт, мы взяли курс на атолл Мили. Была светлая лунная ночь. Заметив прямо по носу на горизонте нечто напоминающее мачту корабля, мы произвели срочное погружение. Затем, наблюдая в перископ, увидели линейный корабль, за которым следовали 2 авианосца. Казалось это был случай, предоставленный нам небом. Мы увеличили ход лодки и попытались подойти на более короткую дистанцию. Линейный корабль был уже достаточно близко, авианосцы же несколько отстали от него. Затем, совершенно неожиданно, корабли изменили курс; возможно, они обнаружили лодку. Мы всплыли и начали преследование, однако превосходство в скорости кораблей противника не позволило нам сблизиться на дистанцию залпа. Час спустя мы снова заметили мачту корабля и, погрузившись на перископную глубину, обнаружили 6 эскадренных миноносцев в строю фронта, которые приближались к нам на довольно значительной скорости. Возможно, это были корабли охранения авианосцев и линейного корабля, которых мы встретили ранее. А может быть, это было отдельное соединение противолодочных кораблей. Чтобы не быть обнаруженными, мы вынуждены были изменить курс. Наблюдение в перископ подтвердило, что вражеские корабли шли в строю фронта, и их можно было легко атаковать. Атаковать или нет? Торпеды были подготовлены для стрельбы, но данный нам приказ гласил, что нашими главными задачами являлись доставка запасов и разведка. Правда, нам предоставлялось право отступить от этого приказа, если объектами атаки будет линейный корабль или авианосец. Атака других целей запрещалась. Таким образом, мы вынуждены были отказаться от атаки. Когда корабли противника скрылись, мы всплыли. За время пребывания лодки под водой аккумуляторные батареи значительно разрядились, и поэтому на пути следования к атоллу Мили мы в спешном порядке производили зарядку батарей. С наступлением дня мы снова погрузились. К атоллу Мили лодка прибыла вечером на следующие сутки, и мы начали обследовать место, где предполагалось выгрузить предметы снабжения. Светила луна, и видимость была хорошей. Противник не показывался. Было решено, что во время разгрузки продовольствия лодка должна оставаться притопленной, хотя, как нам казалось, эти меры предосторожности вряд ли были необходимы. Запросив по семафору берег, свободен ли проход в канал, находившийся впереди нас, и получив утвердительный ответ, мы вошли внутрь атолла. Самолеты-разведчики противника часто появлялись в ночное время, поэтому, пока шла разгрузка продовольствия, лодка оставалась притопленной. Затем мы всплыли и установили контакт с заместителем командира подразделения, находящегося на берегу, от которого получили подарки в благодарность за все наши злоключения. Подразделение в течение долгого времени ожидало почту и продовольствие, люди жили в джунглях и ежедневно подвергались налетам авиации противника.