- Знаешь, - первым нарушил молчание Ян, - сейчас почему-то чувствую себя полной сволочью. Этот парень – не преступник, а жертва. Если бы не его болезнь, я бы иначе оценивал ситуацию.
- Так что, надо было подождать, пока Клиз приложит кого-нибудь по голове, чтобы раздобыть денег на новую Иллюзию? – едко усмехнулся Генри, потирая подбородок, - Ведь ее покупают порционно, а не на всю жизнь, правильно? И стоит она немало… Кражу парень уже совершил, хорошо, хоть обошлось без убийства. А ведь Клиз бы убил, если б кто-то вдруг стал между ним и деньгами, поверь.
- Да я понимаю, - устало проговорил Микан, - и все-таки… Если подумать, мы могли бы использовать эту Иллюзию во благо. Она и должна использоваться во благо, помогая людям выбраться из сложных ситуаций, депрессий, в конце концов! Главное – правильная доза и патронат психиатра.
- Чем помочь? – грустно покачал головой Каллахан, сворачивая на экране своей трубки протокол допроса, – Пойми, эта Иллюзия убивает, отравляет само существование. Взять хотя бы этого парня…
- Именно, Генри, именно! – Ян зло стукнул кулаком по столу, – Квазарская опухоль - это ужасно! И он должен был с этим жить, а люди… Ну почему так несправедливо?!
- Увы, но факт, – ровно ответил напарник, поднимаясь из-за стола, – в жизни случаются трудные минуты, однако, как бы ни было трудно и тяжело, надо идти вперед. Так было, есть и будет. Иначе мы остались бы в каменном веке. А вот с такими наркотиками и вовсе скоро вымрем. Подумай лучше об этом.
Ян саркастически хмыкнул, не соглашаясь с мнением напарника.
- И что доложить Фурри? Что ты вот так запросто запихнул подозреваемого за решетку? Без надежных улик?
- Не думаю, – возразил Каллахан, набрасывая плащ, – Лучшие улики – собственное признание. Дай мне пару дней, и Дональд запоет соловьем, уж поверь.
- Как же, надейся! – сердито бросил Ян и, покидая допросную, громко хлопнул дверью.
Генри не винил его. Микан был слишком горяч, все еще верил в идеалы и доброту в сердцах людей, несмотря на то, что нес службу в столь мрачном и ужасном месте, как Одриполис. Это пройдет. Всегда проходит. У людей есть замечательная способность убивать веру в самих себя.
***
Прибыв домой, Генри с удивлением отметил, что любимой дочери все еще нет дома. Но только протянул руку к телефону, чтобы набрать известный номер, как на улице послышался шум двигателя. Забеспокоившийся отец выглянул в окно. Очаровательная Сара быстро выскочила из аэрокара, и, быстро поцеловав молодого парня за рулем, поспешила домой.
Девушка торопливо влетела в квартиру и, заметив отца, растерянно застыла на пороге.
- О, ты дома… уже… прости, а я…
- И кто этот счастливчик? – весело поинтересовался Генри.
Сара шутливо отмахнулась и, посмеиваясь, прошмыгнула в свою комнату, чтобы переодеться. Отец не стал настаивать на ответе, еще успеется, да и надо бы подумать об ужине. Правда, готовить не хотелось, поэтому Каллахан хитро поинтересовался:
- Может, закажем на дом что-нибудь? Или сходим куда?
- Нет уж, я и так промокла, папа. – донесся из-за двери голос дочери, - Лучше дома. Закажи, как обычно, ладно?
Усмехнувшись, хозяин быстро набрал нужный номер в компьютере экспресс-провода и поднес к нему гало-карту. Аппарат мигом управился с суммой, и через несколько минут уже замигал маячок быстрой доставки. Пока Генри доставал любимый фаст-фуд Сары и накрывал на стол, девушка уже появилась на кухне. С улыбкой чмокнула в щеку.
- Рада тебя видеть, пап! Как прошел сегодняшний день? Надеюсь, получше, чем вчерашний?
- Увы, похуже, – устало вздохнул Каллахан, – уж так карты легли. Знаешь, сегодня удалось задержать парня, который баловался Иллюзией. Честное слово, лучше б он выбрал Ригельский Винт.
- Помнится мне, вы тогда искали эту лабораторию почти два месяца. Так чем же лучше? – Сара откусила кусочек пиццы и зажмурилась от удовольствия.
- Да не в этом дело, – поморщился Генри, поглощая еду, – тут другое.
Рассказ много времени не занял. Дочь слушала очень внимательно, кивала, в особо напряженных местах озабоченно хмурила тонкие брови. Ее кусок пиццы медленно остывал на тарелке.
- Ты ешь, ешь, - спохватился отец, - а то тесто, как резина, будет. Так о чем это я? Ах да, - покачав головой, глотнул апельсинового сока, - о действии Иллюзии. Вот понимаю, что Клиз – преступник и мог бы натворить немало бед, да и уже натворил, а забыть лицо бедолаги попросту не могу. Яна эта история тоже подкосила. Пусть это неправильно и непрофессионально, но…
- Его можно понять, - вздохнула Сара, принимаясь за свою порцию, - и тебя тоже. Не казнись так, па. В конце концов, вы – живые люди, со своими эмоциями, все как раз логично.