— Нет! — заявил Нил безапелляционно. — Такого оружия, что может причинить мне вред, не существует. Пока я не нарушу Условие. Это — Дар богов и потому не имеет ограничений. Но ты, отец, прав: пусть колдун придет сюда. Не подобает Господину бегать за своим жрецом!
Приняв решение, Нил тут же послал за Ди Гоном.
И сирхар не заставил себя долго ждать. От дома сирхара до Королевского Дворца недалеко. Поспешность, с которой Ди Гон явился, говорила в пользу Верховного Жреца.
Нил, развалившись на горе мягчайших подушек, взирал на колдуна с высокомерием настоящего бога. Но первые же слова, которые произнес Ди Гон, заставили друзей великана подскочить.
— Я знаю, кто ты! — произнес сирхар на безукоризненном астроне.
— Не сомневаюсь, — невозмутимо произнес Нил на тонгриа. — Я понимаю язык твоего народа, но говорить буду на языке моего, раб!
Ди Гон сделал несколько шагов по блестящей поверхности розовых кварцевых пластинок, которыми был покрыт пол.
— Я знаю, что в тебе не больше тонгорского, чем во мне! Не представляю, как рунский маг второй ступени мог так быстро выучить тонгриа. Я знаю тебя, Нил Биоркит, Неуязвимый, из Вождей Норна, сын туора, — поклон в сторону Биорка, — рунский маг, избранный!
— Да? — произнес Нил так же спокойно. — И что же?
— Месть Хаора настигнет тебя!
— Посмотрим!
— Откуда ты знаешь, кто он? — воскликнул Эак.
— Я — маг! — процедил Ди Гон, не сводя глаз с великана. — И мне, Эак Нетонский, из рода Асенаров, известны имена всех вас! Всех четверых! Даже имя фэйры, что очаровала Женщину Гнона! И я знаю, что нужно вам в Западном Краю! — Маг, сделав паузу, обвел взглядом трех воинов. На лице Эака отразилась буря переполнявших его чувств. Но, глядя на Нила и Биорка, можно было подумать, что сказанное не имеет для них ни малейшего значения.
— Куда же мы идем и зачем? — мягко спросил Нил.
— Потрясатель! — выдохнул колдун.
— Ты служишь ему? — осведомился Нил. В серых глазах его вспыхнул и угас огонек.
— Я? — Ди Гон засмеялся. Это был неприятный смех. — Я говорю с ним! Когда пожелаю!
— Ты можешь сделать так, чтобы мы встретились? — спросил сын туора.
— Могу! Но захочу ли?
— Захочешь! — пообещал Нил, и глаза его снова блеснули. — Я тоже знаю кое-что о тебе, Ди Гон, Темная Ладонь, Катышок, трусливый беглец и пожиратель человеческого мяса!
Злобная гримаса исказила лицо Ди Гона.
— Ты!.. — Он схватился за Хлыст.
— Валяй! — поощрил его Нил. — Ты знаешь, кто я! Валяй!
Но Ди Гон уже справился с гневом.
— Не дразни меня! — сказал он спокойно. — Я устрою тебе встречу с тем, кого ты ищешь! И тебе не придется блуждать по Черным Горам: я позову его сюда, в свой дом. Но…
— Ты можешь смело говорить, что желаешь, Ди Гон! — с важностью произнес Нил. — Твоя заслуга будет велика!
— Для начала я хочу, чтобы ты извинился, Нил Биоркит!
— Любые извинения! Наедине и публично! Сразу же, как только я закончу с демоном! — быстро сказал Нил.
— Ты должен покинуть Тонгор!
— Будет так! Что еще?
— Этого довольно!
— Когда я увижу демона?
— Ты увидишь его!
— Вот и славно! — Нил отправил в рот очищенный оранжевый плод. — Нам это сохранит время, а тебе, Ди Гон, — кое-что большее. Но я спросил: когда?
— Хоть сейчас! — сирхар с вызовом посмотрел на сына туора.
— Ну зачем же сейчас? — лениво сказал Нил. — Я только что поел, а демоны не способствуют пищеварению. Вызови его завтра. Скажем, к полудню. Сумеешь?
— Я сказал.
— Вот и хорошо! И где же?
— В моей башне!
— Что ж, мне все равно! Известишь меня, когда будешь готов!
— Извещу! — Ди Гон не скрывал радости, и это очень не понравилось Биорку. — Приходи сам, бери своих друзей, кого пожелаешь, Неуязвимый!
— Разумеется. Можешь идти.
— Я ему не верю! — сказал Биорк, когда Ди Гон покинул комнату.
— И я, — согласился Нил. — Но допускаю, что он знает заклятие, властное над Потрясателем. Мы им воспользуемся. И лучше будет, если я пойду один. Пока я не нарушил условия, ни демон, ни человек, ни сам его владыка Хаор, если он существует, в чем я сомневаюсь, не смогут причинить мне вреда!
— Я пойду с тобой! — решил Биорк. — Даже Неуязвимого можно уязвить, в этом я уверен!
— Ты — отец! — сказал Нил. — Как я могу тебе запретить?
Изумленный Эак переводил взгляд с одного на другого.
— О чем вы говорите? — воскликнул он.