Затем резко поворачивает ко мне голову и его брови взлетают вверх. Он не лгал. Все это время он говорил мне гребаную правду, а я превращал его жизнь в сущий ад при каждом удобном случае. Чувство вины заполняет каждый дюйм моего тела.
— Я же говорил тебе, что никогда не трахал твою девушку, — обращается ко мне Ноэль. — Я никогда бы не поступил так с тобой!
Ярость переполняет меня, заставляя мои губы кривиться, а ноздри раздуваться. Да кем она себя возомнила, черт возьми? Знает ли она вообще, сколько гребаной боли и страданий причинила этой группе своими эгоистичными долбаными способами? Ей вообще наплевать? Когда я уже не могу удержаться от того, чтобы не наброситься на нее, я кричу:
— Ты гребаная шлюха!
Мои слова эхом отдаются в ушах, когда я разворачиваюсь и вылетаю из автобуса. Яростно стучу ботинками по тротуару, направляясь к задней части автобуса. Я потираю лицо, жалея, что не могу стереть все свое разочарование.
Прислонившись спиной к Большой Берте я поднимаю голову к небу. Не могу в это поверить. Все это время мы с Ноэлем ссорились без всякой причины, пока этот мудак Майк позволял нам. Чистый, неподдельный гнев струится по моим венам, и я сжимаю руки в кулаки. Этому придурку нужно преподать урок. Он, блядь, всех нас обманул.
Я отталкиваюсь от автобуса, прежде чем завернуть за угол и врезаться в Ноэля.
Ноэль делает шаг назад.
— Полегче, приятель, куда это ты собрался?
Я делаю глубокий вдох через нос и пытаюсь отодвинуть его в сторону.
— Убирайся с дороги.
Он отрицательно качает головой.
— Я не могу этого сделать. Тебе и твоему гребаному темпераменту нужно остыть. Отпусти это, парень. Эти лживые ублюдки заслуживают друг друга. Они того не стоят.
Я протягиваю руки к автобусу.
— Как ты можешь быть таким чертовски спокойным по этому поводу? Разве ты не хочешь надрать ему задницу?
— Я не говорю, что я не злюсь. Я чертовски зол на них. Но… теперь, когда правда вышла наружу, я могу вернуть свою жизнь обратно. Мы можем снова стать друзьями. Лэйн больше не будет меня ненавидеть. Я снова могу быть счастлив.
Я киваю. Я точно знаю, что он чувствует. Я бы все отдал, чтобы так себя чувствовать.
— Ты совершенно прав. Все наладится.
Я засовываю руки поглубже в карманы джинсов и направляюсь к ближайшему бару, чтобы еще раз написать Обри.
ОБРИ
Ещё раннее утро, когда мой телефон снова звонит. Черт бы побрал этого парня. Неужели он никогда не слышал о том, чтобы дать девушке немного свободы? Я хватаю телефон. Наверное, будет лучше, если я его выключу. Сегодня мне не нужно на работу и я предпочитаю поспать подольше в свои выходные.
В ту же секунду, как я его выключаю, слышу, как дребезжит ручка моей входной двери. Я сажусь и ахаю, быстро соображая, что схватить, чтобы остановить грабителя. Нью-Йорк славится квартирными грабежами. На цыпочках пробираюсь через свою спальню в темную гостиную. Как только я оглядываюсь и убеждаюсь, что никто не вошел в квартиру, бросаюсь к входной двери.
Затем с силой ударяюсь телом о деревянную дверь.
— Я звоню в полицию!
— Обри, это я, — говорит Лэйни по другую сторону двери.
Что она здесь делает? Она должна вернуться только через пару дней.
Я щелкаю засов и распахиваю дверь.
— Что случилось? Ты в порядке?
Она качает головой и вкатывает чемодан в квартиру.
— Нет. Это было слишком. Мне нужно было уехать оттуда.
Я хмурю брови.
— Еще что-нибудь случилось?
— Появилась Софи.
— Та беременная цыпочка?
Она кивает и плюхается на диван.
— Ребенок не от Ноэля.
Мое сердце колотится о грудную клетку, когда я сажусь рядом с ней.
— Значит ли это, что он…
Я с трудом сглатываю, думая о том, что этот ребенок может быть Зака. Я не хочу отношений с ним, но осознание того, что это никогда не будет вариантом, жжет меня. Почему эта новость так сильно давит мне на сердце?
— И не Риффа, если ты об этом думаешь. Ребенок от их телохранителя, Майка.
— Откуда ты это знаешь?
Лэйни пожимает плечами.
— Рифф не может иметь детей.
Я наклоняю голову.
— С чего ты это взяла?
Она ошеломленно смотрит на меня.
— Он сказал ей это ещё до того, как все это произошло.
У меня отвисает челюсть. Неудивительно, что он был готов заняться со мной сексом без презерватива. Он знал, что никак не сможет меня обрюхатить. Это также объясняет, почему Софи пыталась повесить ребенка на другого мужчину в группе. Она, вероятно, надеялась получить немного денег из этой ситуации.