— Вкусно пахнет, — говорю я.
Котенок улыбается, открывая меню.
— Это потому, что еда здесь потрясающая. Как только попробуешь, увидишь.
К нашему столику подходит темноволосая официантка в красно-белом клетчатом фартуке.
— Что будете пить?
— Я буду колу, — отвечает Обри.
— Пусть будет две, — добавляю я.
Официантка выхватывает из кармана фартука зеленый блокнот и щелкает жвачкой.
— Вы уже выбрали, какую пиццу хотите?
Я бросаю взгляд на Котенка.
— Я могу съесть все что угодно, так что заказывай все, что тебе нравится.
— Нам, пожалуйста, пепперони с дополнительным сыром.
Официантка записывает заказ и говорит:
— Через несколько минут все будет готово.
Девушка убегает в сторону кухни, и как только оказывается вне пределов слышимости, я поворачиваюсь к Обри.
— Как прошел день на работе?
Она пожимает плечами.
— Все как обычно. Мне удалось напечатать пару заметок для проекта «Черного сокола», так что, по крайней мере, мне позволили думать о тебе весь день.
Я прикусываю губу и впиваюсь в нее взглядом. Одной мысли о том, что она весь день думала обо мне непристойности, почти достаточно, чтобы заставить меня сказать «К черту пиццу».
— И что именно я делал в этих грезах наяву?
Она хихикает.
— Много вещей…
Ее слова затихают, и это только еще больше возбуждает меня.
— Не хочешь поделиться? Я надеюсь, что это что-то извращенное. Ты же знаешь, мне нравится, когда ты такая.
Когда она открывает рот, чтобы заговорить, ее глаза расширяются, когда она смотрит через мое плечо. Я оборачиваюсь и вижу слева от себя парня в желтой рубашке поло и отглаженных брюках хаки. Рубашка почти соответствует цвету его идеально уложенных волос. Он напоминает мне Кена, идеальную пластиковую куклу Хейли, только в очках.
— Привет, Обри. Я и не знал, что ты бываешь здесь, — говорит кукла Кен, совершенно не обращая внимания на то, что я сижу прямо здесь.
Котенок садится немного прямее в своем кресле.
— Это одно из моих любимых мест. Айзек, это мой… — Она делает знак рукой в мою сторону, но замолкает, не зная, как меня называть.
Все складывается. Это Айзек, ее босс-кретин, который действует ей на нервы. Я протягиваю руку.
— Бойфренд. Рифф. Как дела, братан?
Я не знаю, чьи брови поднимаются выше — Котенка или Айзека, когда я впервые объявляю о статусе наших отношений незнакомцу. Я хочу, чтобы люди знали, что она занята. Почему бы не начать с ее босса, потому что я вижу, как он на нее смотрит. Этот ублюдок должен знать, чтобы держать свой член в штанах.
Он хватает меня за руку и крепко пожимает.
— Рад с тобой познакомиться. Вообще-то я работаю в «Центр Стейдж Маркетинг». Занимался вашем благотворительным проектом вместе с Лэйни Вэнс. Я и не знал, что вы лично знакомы с Обри.
Его взгляд скользит по лицу Обри, и она просто пожимает плечами под его пристальным взглядом, как будто ее поймали на чем-то.
— Это никогда не всплывало.
Глаза Айзека не отрываются от нее, и я мгновенно чувствую, как на меня накатывает волна желания защитить то, что принадлежит мне. Мне нужно избавиться от этого клоуна, пока я не потерял хладнокровие.
— Хорошо, ну, приятно было познакомиться. Увидитесь на работе.
Обри вздрагивает от неожиданно резкого тона моего голоса, а затем снова поворачивается к своему боссу с извиняющейся улыбкой.
— Увидимся завтра, Айзек.
Айзек на мгновение застывает, словно что-то обдумывая, а потом кивает.
— Увидимся завтра.
Как только он уходит, Обри, нахмурившись, поворачивается ко мне.
— Зачем ты это сделал?
Я еще больше наклоняюсь к ней.
— Потому что видел, как эта кукла Кен смотрел на тебя. Я хочу, чтобы он сразу понял, ты ему не достанешься.
Она расправляет плечи.
— Я вполне способна справиться с этим сама, и не называй его так.
— Как? Кукла Кен?
— Да! — она срывается. — Это невежливо.
Я наклоняю голову.
— Ты видела этого парня? Он выглядит как фальшивый гребаный бойфренд Барби. Слишком совершенный, чтобы быть реальным.
Обри закатывает глаза.
— Нет, кроме того, он ничего не предпримет, если узнает, что я с кем-то встречаюсь. Он не из таких людей.
Я отрицательно качаю головой.
— Иногда парням нужно немного больше сдерживающих факторов, чем вежливое «нет» от женщины, чтобы понять, что она не заинтересована. Возьми нас к примеру. В ту первую ночь в холле твой рот сказал «нет», но тело произнесло «да». В данном случае я все прояснил. Ты моя, Котенок. Ты сама так сказала. Теперь пришло время всему миру узнать об этом.