Она представила себе Рифера, предлагающего ей огромный пучок марихуаны и утверждающего, что это она очень мягкая и идеально подходит для выпечки.
Он улыбался ей, якобы совершенно добродушно и искренне, а потом сказал всю эту фигню про Плющ.
Может, в этом была его идея гражданского неповиновения.
Он придерживался атрибутов тех старых пердунов - был таким уравновешенным и скучным ограничителем.
Спенсер вывернула тело так, чтобы достать до мобильного на столике и набрала номер Рифера.
Через несколько гудков Рифер взял трубку, осторожно поздоровавшись.
- Ты чуть не убил нас, - зарычала Спенсер.
- Хм, прости, что? - сказал Рифер.
- Мы всё в больнице из-за тебя! Ты действительно так сильно ненавидишь Плющ?
Пауза.
- О чём ты говоришь? - Рифер, казалось, был в замешательстве.
- Я говорю об ЛСД и риталине, которые были в твоей мягкой травке, - сказала Спенсер сквозь зубы, ничего, что её пульс на мониторе повысился.
Ты добавил их, чтобы подставить нас, так?
- Погоди, погоди! - прервал её Рифер.
Я не делал этой фигни.
И я конечно не добавляю подобное в свою травку.
Я дал тебе наиболее окультуренную марихуану, которая у меня только есть, Спенсер.
Клянусь.
Спенсер нахмурилась.
Рифер, казалось, был ошеломлён обвинением.
Он говорил правду? Кто-то ещё мог испортить пирожные? Всё же еда на вечеринке была у всех на виду—было не трудно посыпать какой-нибудь отравой блюдо с пирожными.
И Спенсер не упускала из виду ни травку, ни пирожные с тех пор, как испекла их прошлой ночью.
Её глаза расширились.
На самом деле, она упустила их из виду—когда уснула, пока они пеклись.
Мог ли кто-то прокрасться в мотель в тот самый момент и просаботировать её блюдо? А ещё она вспомнила, что на вечеринка было больше мисок, чем она приносила—какие-то пирожные тайно пронесли и подсунули к её?
- Спенсер? - на линии раздался голос Рифера.
- Эм-м, я перезвоню, - прохрипела Спенсер и отключилась.
Внезапно в палате стало так холодно, что у неё мурашки побежали по коже.
Мобильный, который она всё ещё держала в руке, издал воющий звук.
Она посмотрела на экран.
Показатели состояния организма на мониторе снова подскочили.
Новое сообщение от Анонима.
Поговорим о незадавшемся улёте, а? Вот почему не стоит оставлять без присмотра сладости на потлаке.
—Э.
27
ФАЙЛЫ ПРЕСЛЕДОВАТЕЛЯ
- Ты уверен, что мы больше ничем не можем помочь? - спросила Ханна отца, когда он поправлял галстук в вестибюле Геммологического музея Холлис, места проведения бала по сбору денежных средств.
Это было большое, красивое место с мраморными полами, мозаичными стенами и бесчисленным количеством витрин, заполненных бесценными алмазами, рубинами, сапфирами, изумрудами, метеоритных камней и жеод.
Это место было безупречным и великолепным с парой дюжин столов, накрытых белыми скатертями, огромными букетами цветов повсюду, и тишиной территории аукциона, где были расположены яйцо Фаберже, винтажное соболиное пальто Louis Vuitton и парусная шлюпка, обошедшая мир за три месяца.
- Да, Том, позволь нам сделать что-нибудь.
Кейт, одетая в платье баклажанового цвета и чёрные бархатные, с ремешками босоножки на каблуках, тоже начала прихорашиваться перед зеркалом.
Мистер Мэрин улыбнулся девочкам.
Вы двое сделали так много.
Он задумался на секунду, а затем поднял палец.
- Ты могла бы составить хорошую компанию для Мисс Риггс.
Ты ведь раньше постоянно приходила в этот музей, не так ли, Ханна? Ты могла бы показать выставки.
Ханна подавила гримасу.
Это была правда, она имела обыкновение приходить сюда с Эли в шестом классе, но играть гида с Гейл - было самой последней вещью, которой она хотела бы заняться.
Но это могло дать ей больше возможности стащить телефон Гейл и подтвердить, что она Э.
Сейчас было даже больше причин, чтобы сделать это: Спенсер позвонила по пути сюда и сказала, что она была в больнице, потому что Э накачал её наркотиками и еще некоторых студентов Принстона, и если они смогут подтвердить, что Э - это Гейл, тогда это точно Гейл, кто добавил наркотики в ореховые пирожные, таким образом они смогут забыть о неё на долгое время.
- Так она идет? - Ханна старалась говорить беспечно.
-Конечно.
Мистер Мэриан провил свои Ролекс.
- На самом деле, я удивлена, что ее еще нет здесь.
Я знаю, что она хочет поговорить с тобой, Ханна, перед тем, как начнется праздник.
- О-о чём? - прохрипела Ханна.
Сама идея того, что ей придется провести время наедине с Гейл, звучала устрашающе
- Я тоже удивился.
Мистер Мэрин поднял бровь.
- Одна из её благотворительных организаций помогает подросткам стать вовлеченными в общественную деятельность.
Она сказала что-то насчет того, как она впечатлена твоим вкладом в эту кампанию, особенно организацией этого флэшмоба.
Я думаю, она хочет позаимствовать некоторые идеи у тебя.
Желудок Ханны встрепенулся.
Она была уверена, что Гейл хотела совсем не её идеи.
Она встретила Лиама на флэшмобе, и Э, в лице Гейл, знала об этом.
Она распрямила плечи, сделала глубокий вздох и еще раз глянула на свой телефон.
План нападения, который Ария написала по электронной почте ей и Эмили.
"Ханна, ты отвлекаешь Гейл, разговаривая с ней насчет кампании.
Если это не работает, Эмили, ты проходишь мимо Гейл и смотришь ей прямо в глаза.
Когда она отвлечена, появляюсь я и хватаю её телефон.
Мы встречаемся в моей машине, проверяем сообщения и скачиваем все на свои телефоны."
Ханна могла только надеяться, что все будет так легко.
Двери распахнулись, и люди начали прибывать.
Ханна надела её я-дочка-политика улыбку и приветствовала особо важных гостей.
Руперт Миллингтон, который всегда был в списках, потому что его прародители одно время владели половиной Розвуда, вошел внутрь и пожал руку Мистеру Мэрину.
Флэтч Хаксли, мэр Розвуда, поцеловал Ханну в щеку.
Некоторые дамы из местных благотворительных организаций и клубов по верховой езде целовали воздух и наигранно обнимались.
Она поискала глазами Гейл, но её по-прежнему не было.
Равно как и Арии с Эмили.
Затем из-за двойных дверей, будто член королевской семьи, появился знакомый темноволосый молодой человек в прекрасно сидящем смокинге и девушка в раздражающе милом розовом, как кожа младенца, платье, которое нисколечко не выглядело непристойным.
Это были Майк и Коллин, погрузившиеся в бурное обсуждение.
У Ханны застучало сердце.
Сегодня она должна сделать ещё кое-что.
Она нырнула за колонну, чтобы подслушать.
- Не знаю, что произошло с теми фотографиями, - говорила Коллин.
Фотограф сказал, что кто-то забрал их от моего имени, но это невозможно! - Ханна закусила щёку.
Она очень не хотела признаваться в том, что украла фотки Коллин.
Может быть, она могла бы анонимно отправить их обратно и отдать деньги, что она заплатила за них, как цена того, чтобы вернуть Майка.
Как по команде Майк повернул голову и заметил Ханну за колонной.
Ханна отвела взгляд, но затем Коллин, тоже увидев её, издала счастливый визг.
- Чмоки-чмоки! - восторгалась она, подбежав и поцеловав Ханну в обе щёки прежде, чем она смогла это предотвратить.
Здесь так замечательно.
Большое спасибо за приглашение!
Ханна фыркнула.
- Я не приглашала тебя, - сказала она, слова, как желчь, вылились из рта.
Лицо Коллин вытянулось.
Майк испепеляюще посмотрел на Ханну, затем пожал плечами и отошёл к группе футболистов, которые несомненно разбавили свой имбирный эль водкой из чьей-нибудь фляжки.
Коллин посмотрела на отдаляющегося Майка, а потом повернулась к Ханне.