− И откуда он у тебя?
− Прислал кто-то с заданием меня охранять, − честно ответила я.
− Интересно…
— Муха, я всё ещё жду объяснений, — напомнил атакующий, скрестив руки на груди и глядя на меня исподлобья.
− Муха? — усмехнулся Гас. − Почему Муха?
− Они милые, − одновременно произнесли мы с Кирей.
Гас с иронией приподнял бровь.
— Как ты меня нашёл? — перевела я тему, чтобы выиграть время на выдумку очередной лжи. Мне было стыдно обманывать Кирю, но чем меньше фей знал, тем мне было спокойнее.
— По магическому следу.
Признаваться, что я не знала, что это такое не стала. Колючка и так считал меня дурой, не хватало, чтобы и Гас начал так думать.
— И на рынке так же?
Фей кивнул, но тут же нахмурил брови и воскликнул:
— Перестань заговаривать мне зубы!
— Давай поговорим обо всём дома?
К моему превеликому удивлению атакующий возражать не стал и первый вылетел из комнаты, что-то бубня о глупых подопечных и извергах-хозяевах, заставляющими его быть нянькой, а ведь он великий и могучий атакующий фей!
Я шагнула за порог и за спиной послышалось ироничное:
— До завтра, Муха.
Вечером того же дня, когда мы с Кирей всё выяснили, и я решила наконец отдохнуть после насыщенного дня в дверь кто-то постучал.
Со стоном поднявшись с кровати, я поплелась открывать и обнаружила на пороге вампира. Без слов он вошёл и захлопнул за собой дверь.
— Здесь больше никого нет? — голос Гаса был холоден, как лёд. На скулах ходили желваки.
— Нет, — ответила я, не понимая, что происходит.
— А фей?
— Спит.
Гиварус достал из кармана знакомую вещицу и швырнул на стол.
− Твоё?
− Да. Откуда это у тебя? — обрадованно воскликнула я, увидев бабушкину заколку.
Однако улыбка быстро сошла с лица. Гас сверлил меня тяжёлым взглядом алых глаз.
— Ректор попросил меня и нескольких преподавателей осмотреть место убийства водяного. Это, — он дёрнул подбородком в сторону заколки, — было найдено там. Твоё счастье, что её обнаружил я, а не кто-то из преподавателей. Так вот теперь я спрашиваю, как она там оказалась?
— Боги, ты правда думаешь, что его убила я?!
Обвинение Тирэна было неприятным, но недоверие Гиваруса ранило куда сильнее.
— Я не знаю, что думать, — процедил он. — Поэтому прежде чем идти к ректору пришёл к тебе.
− Я не убивала его, − я помотала головой, чувствуя, как подступают к глазам слёзы. — За день до того, как это случилось, Габриэла, Тирэн и Нефрит показывали мне окрестности академии, а когда мы подошли к пруду Водяной схватил меня за руку, и я упала в воду.
− Упала на середину пруда? — ехидно вскинул бровь вампир. — Я нашёл заколку далеко не возле берега.
− Это не всё. Водяной назвал меня Меченой и попытался скрыться, а я поплыла за ним, чтобы спросить, что это означает. Должно быть, тогда и потеряла заколку.
Несколько мгновений Гиварус пристально смотрел в мои блестящие от слёз глаза.
− Я спрошу у Габриэлы, − сказал он.
Я пожала плечами.
— Мне скрывать нечего.
− А эта сегодняшняя встреча с кем?
− Я уже говорила, со знакомой матери.
− Но ты же с Южного Риуса, откуда у твоей мамы подруга здесь?
− Это допрос? — резко спросила я, но тут же одёрнула себя. Моё раздражение было неуместно. Я должна была благодарить Гиваруса за то, что он ничего не сказал ректору.
Он имел право задавать вопросы.
Вампир в два шага преодолел разделяющее нас расстояние. Моё сердце подпрыгнуло. В нос ударил приятный аромат парфюма, который мне захотелось вдыхать до одурения. Слишком остро сейчас чувствовалась близость Гаса, чтобы мой мозг мог нормально функционировать.
− К тому, что ты что-то скрываешь, маленькая светлая. И мне это не нравится.
Его слова отрезвили моё затуманенное гормонами сознание.
− Хочешь знать, что я скрываю? — я сузила глаза. Во мне снова вскипела неконтролируемая злость. Да почему я должна мириться с их ложными обвинениями?! − Хорошо. Десять лет назад моя мама была убита тёмным, и я до сих пор не знаю, как он оказался у нас дома, не знаю кто он и за что так поступил с ней. Я знаю лишь, как сложно оттереть огромную лужу крови с ковра и тёмные кровавые отпечатки рук со стен. Вот зачем мне нужно завтра попасть в квартал Наёмников. Та женщина может что-то знать.
В глазах уже давно стояли слёзы, но я продолжала в упор смотреть на Гиваруса, сжав губы в тонкую линию.
На его скулах играли желваки, но взгляд после моих слов изменился. Не было в нём уже того бешенства и колючести. Теперь в его глазах плескалась целая буря эмоций, но я не смогла определить основную и даже отдаленно не представляла о чём он думал. Не то, что Дантэс, который был для меня открытой книгой…