Глава 6. Адриана.
В обеденное время я решила перекусить на улице, за небольшими столиками. Мне гораздо приятнее находится на воздухе, нежели в помещении, где толпятся ученики. Но тут, как оказалось, все места практически заняты. Даже если я не найду свободный столик, я все равно останусь во дворе. Найду укромное местечко, плюхнусь на траву и буду обедать. И пусть только кто-то пальцем в меня тыкнет.
Но судьба оказалась благосклонной ко мне: я увидела Кэсси и Эйдена, обедающими за столиком у дерева.
-Можно к вам? – вежливо спросила я, подойдя к их столику.
-Конечно, - Кэсси сделала приглашающий жест. – Но предупреждаю, иногда с кроны дерева к нам падают насекомые.
-И не только к нам, но и на нас, - добавил Эйден, откусывая бутерброд.
-Да-а, отличная закуска, - рассмеялась я, садясь возле Кэсси. – Поэтому здесь никто кроме вас не сидит?
-М-м, да, - пожал плечами светловолосый. – Но мы особо не жалуемся. Со временем привыкаешь.
-Это лучше, чем ничего,- поддержала его девушка.
-Но почему вы тогда не предпочли обедать в столовой?
-Нам здесь комфортнее. Но в дождливые дни и холодные периоды мы вынуждены находиться в столовой, - выдохнула Кэсс, отпивая яблочный сок.
-Я вас понимаю. Кстати, что за «черный список» мисс Палмер? – наконец я смогу это узнать.
-Ооо, - одновременно, как мантру, протянули двое.
– Это кошмарный дневник, куда мисс Палмер вносит худших, по её мнению, учеников, - начала Кэссиди.
-Те, кто попал в этот список, не закончат её предмет с отличием, - продолжил Эйден. – А ещё она имеет большое влияние, и директор ей очень доверяет.
-Своих «жертв» она мучает в течение учебного года и до конца школы, заставляет ходить на дополнительные, а потом все равно ставит низкие отметки.
-И да, - Эйден вскидывает указательный палец вверх, - из «черного списка» никто не выходит. Не было ни единого случая.
-Какая… ужасающая женщина, - прокомментировала я, вскинув одну бровь.
-Не то слово, - Эйден в притворном страхе расширяет глаза. – В нашем классе только двое отличились своей самоуверенностью и теперь до конца школы вынуждены терпеть мисс Палмор и её придирки.
-И кто же это? – я предполагала, кто один из двоих такой умник, но все равно хотелось убедиться в догадках.
-Томас Рейнсворт и Салли Мэллори, - ответила Кэссиди, поправляя челку.
-Бедная, бедная Салли. Она терпеть не может учебу, а теперь вынуждена страдать вдвое больше.
-Сама виновата, надо было язык держать за зубами.
Пока они обсуждали мисс Палмер и Салли, я думала о Томе. Что с ним не так? Почему он получил такой статус в классе? А с виду кажется совершенно нормальным. Чтобы не мучиться догадками, я решила спросить напрямую у ребят.
-Слушайте, кто этот Том? Почему у него столь неприятная репутация среди учащихся нашего класса?
Кэссиди и Эйден многозначительно переглянулись.
-Том – это настоящая загадка. Сейчас. Раньше он был другим, совершенно обычным, но таким же не склонным к общению. Однако друзья у него были, но в параллельных классах, так как к нам он перевелся в восьмом. И учеником он был порядочным, но сейчас о нем такое не скажешь.
-Что произошло, что он так изменился?
Я не понимала, почему меня так интересовала эта личность. Будто я раздолбаев раньше не видела. Но у меня предчувствие, что это особый, редкостный случай.
Кэссиди снова посмотрела на друга, словно проводя с ним мысленную беседу.
-Произошла трагедия в его семье. Младшая сестра Тома умерла,- Кэсси немного помолчала, а я с застывшим выражением удивления ждала продолжения. – Говорили, что её застрелили, но подробности мне неизвестны, как и сама подлинность слов.
Мои ладони сжались в кулаки. Я, конечно, не могла понять всю ту боль, что испытал Том, но знала, как это тяжело, когда тебя лишают близкого и дорогого человека.
-После этого он закрылся в себе. Не ходил в школу несколько дней. Учителя вошли в тяжелое положение парня и семьи и дали возможность заниматься дома, - продолжала Кэссиди, понуро глядя в свой контейнер с едой. – Но спустя две недели он вернулся и был сам на себя не похож. Бледный, разбитый, будто и вовсе неживой. Томас больше не приходил до звонка в класс, он начал опаздывать.
Ещё теплый ветерок коснулся моей кожи, закружил в легком и мелком водовороте опавшие листья. Я слушала рассказ внимательно, все больше и больше сочувствуя парню.
-Учителя надеялись, что он оклемается, но этого не произошло. Он не дерзит учителям, но халатно относится к своей учебе и их просьбам. Однако же, - она легонько коснулась божьей коровки, ползающей на столе, - Сейчас он выглядит не как тень или полумертвый. Кажется, ему даже лучше.