Ничего себе, старая станция была переходом между миром живых и мертвых. Созданная еще задолго до вокзала, она потеряла свою актуальность, когда придумали быстрый и простой способ распределения.
Девочка где-то читала, что раньше, когда смерть была сложным и трудоемким ритуалом, сама профессия жнецов заключалась в том, чтобы провести душу до Акрополя, защищая ее от монстров и теней.
Самая большая подземная сеть в мире. В обоих мирах. И они умудрились здесь потеряться.
Но… раз это старая станция, то где-то рядом должна быть…
Точно. Нара ведь говорил про шум воды.
Парень стоял совсем рядом и кажется, недоумевал, еще бы, как можно было сразу не заметить этого странного ощущения. Даже смерти его испытывают. Тоска. Ужасная тоска. Такая…
-Эй, эй.- Нара положил ей руки на плечи.- Не отключайся от мира, слышишь меня?- Парень встряхнул подругу.- Хватит. Ты уже умерла. Ты уже прошла этот путь. – Он приблизил ее лицо к своему.- Давай без нытья - бесит. Поняла?
-А? Ага.- Эгира сама тряхнула головой, сбрасывая дурное наваждение.- Идем! – Она схватила его за запястье- Если сумеем выбраться в Акрополь, оттуда отправимся на поезде.
Нара улыбнулся, вот это- его смерть.
Серые сумерки белой ночи наводили желание зарыться с головой в песок. Человеческий мир казался тусклым и безжизненным, словно кто-то рисовал этот пейзаж простым карандашом на старой потемневшей бумаге от самого начала его создания. Становилось не по себе просто от мысли, что он может быть таким всегда.
Таким сухим, скучным, мрачным и пустым. Сама природа издевательски подчеркнула всю яркость красок ее палитры этим жестоким эскизом, изложенном в пепельных полутонах.
Ван без устали шагал вперед, рассматривая однообразные и унылые картины вокруг.
-Анабель, ты не устала? – Поинтересовался он разворачиваясь к оружию и заложив руки за спину. Паренек, игнорируя все меры безопасности, разделся до пояса, даже не прикрыв голову.
-Все нормально.- Через силу успокоила его орудие.- Я же из семьи Дану, мы выносливые.
-Может, превратишься в кинжал?- Не слушая ее тихие отговорки, предложил парень.
-Нет…
Ван безразлично пожал плечами.
-Тогда лицо закрой, я собирался вызвать ветер.
Напарница поспешно запахнулась в кусок ткани.
Бес усмехнулся, крылья за его спиной исчезли, в то время как рога приобрели более изогнутую форму, прорезался и начал извиваться сзади дьявольский хвостик.
Ван закрыл глаза, и приподнял руки.
Поначалу, ничего не происходило. Стояла та же неподвижная обстановка.
Потом, постепенно, точно сквозь титанические усилия, воздух задрожал.
-Ха…- Победно заявил бес.- Узрите же силу будущего Князя над всеми князьями тьмы!
Ветер поднялся в полную силу, сыпля песком направо и налево, окружая своего хозяина непреодолимой и мощной стеной мельчайших осколков камня.
-Кха… Ван… не надо сразу так…
Анабель попыталась дотянуться до плеча демона, но, в сантиметре от загорелой кожи, остановилась. От плоти беса распространялось нездоровое, обжигающе горячее тепло. Стоило бы ей прикоснуться, осталась бы без пальцев, совсем как смерть накануне.
Мир скрылся за пеленой и пропал совсем, Ван захохотал и вскинул руки. Завихрился, принимая форму песок…
-Хватит.
Жесткий, грубый голос резанул по ушам, отразился бесконечным эхом и влился в завывание ветра. Демон опустил руки.
Постепенно, нехотя, едва не начавшаяся буря улеглась. Пыль, подхваченная ветром, прокатилась у самых ног, напоминая тихую волну, и покорно замерла.
-Анабель.- Голос мальчишки отдал хрипотцой, будто в горло ему засыпали стакан того самого песка.- Идем, нужно сорвать печать…
Уф, и сколько еще можно идти по этому лабиринту? Мало того, что ночь не спали, так еще и теперь черт знает где, может, под Африкой ползут.
Черт, от этих коридоров ужасно на душе, бред. Че за, бессмыслица в голову лезет? Это полный провал плиты, хуже и быть не может.
Эгира, вот отличница, полчаса назад выглядела как уныла тень, а теперь прямо таки сияет, чтоб ее, как она только держится? Не дай боги про нее что подумать, тут же докажет обратное.
-Нара.- Напарница сложила руки за спиной и посмотрела наверх, на изъеденный потолок.- Скажи, а ты чувствуешь вкус тени?
Парень посмотрел на нее недоуменно, чего это она еще удумала?
-Я же тебе уже говорил.- Он скрестил руки на груди.- Они не имеют вкуса.