Я прошлась по ванной комнате и обессиленно опустилась на край ванной. Одинокая слезинка упала на коврик для ног. В этой ситуации я была полностью беззащитна, одинока и понятия не имела, что делать. Я будто ощущала весь масштаб окружающего меня мира, всех созданных Герой вселенных… И свой размер по отношению к ним всем. Даже в этой якобы знакомой мне ванной, я не знала, как включить воду или свет. В сердцах, я с размаху ударила рукой по краю ванны и на меня внезапно хлынула ледяная вода.
— Что за черт! — выругалась, не понимая ничего из-за струй, бьющих прямо в глаза. На ощупь хлопнула опять по бортику, вдруг ощутив очертания каких-то кружочков. Теперь вода стала жутко горячей. Я по очереди била по кружкам, которые находили мои пальцы, пока, наконец, вода не перестала меня поливать. В итоге, когда я открыла глаза, в ванной уже горел яркий желтый свет, у зеркала появилась подсветка, а весь пол был залит водой.
— Ох… — из груди вылетел обреченный стон. Если бы я действительно была дома, уже слышала бы насмешливый голос Артема. Он бы посмеялся над моей неуклюжестью, а потом хитро отмазался помогать убирать — сама устроила потоп, сама и убирай.
Но его тут не было. Более того, это была гостиница и я решила, что пусть они все это и убирают. Я промокнула лицо полотенцем, висевшем на крючке, и поспешила выйти из ванной. Если до этого я подумывала о пенной ванне, то теперь настроения не было совсем.
Я плюхнулась на кровать, не заботясь о том, чтобы раздеться или разобрать вещи. Взгляд зацепился за книгу, которую я взяла в библиотеке. Она была очень иномирной. Переплет был из короткой жесткой шерсти, на нем — вытесненные закорючки языка, который еще пять часов назад я бы не поняла. Глаза опять наполнились слезами, а из груди начали вырываться всхлипывания. Но теперь я не пыталась их сдержать. Закуталась в одеяло и хлопнула по кружочку, который заметила на изголовье кровати, выключая свет. Не знаю, как долго продолжалась моя истерика, но, в какой-то момент, я уснула, уткнувшись носом во влажную от слез подушку.
Меня разбудили поющие за окном птицы и ощущение солнечных лучей на моем лице. Давно забытые и достаточно необычные ощущения для первого этажа в очень темной квартире. Солнечные лучи очень редко радовали нас с Артёмом по утрам, что усложняло процесс вставания с кровати. А толстые стены дома и новые окна, которые мы поставили полгода назад, создавали ощущение бункера — мы абсолютно не слышали звуков снаружи, если только не открывали на ночь форточку. Именно поэтому небольшая дезориентация от пробуждения в незнакомом месте быстро прошла — ни солнечных лучей, ни птиц не могло быть в нашей с Артёмом квартирке. А это значило, что я все-таки в чужом мире, в мансардном номере.
Я открыла глаза и села на кровати. Передо мной во всех красках разыгрался рассвет. Интересно, который сейчас час? Словно в ответ на мои мысли, на окне появились цифры — 8:30. Хотя, возможно, мысли в этом мире действительно могли запустить механизм. Почему-то это опять кольнуло меня и напомнило о том, что полночи я провела, обливаясь слезами. Пришлось одернуть себя — нельзя было поддаваться искушению впасть в отчаянье. В том мире я мертва, зато жива в этом. Больше смысла было разобраться в здешних технологиях. Поэтому я поднялась и подошла ближе к окну, пытаясь рассмотреть, откуда берутся цифры.
— Прогноз погоды? — спросила неуверенно, понимая, что, наверное, со стороны выгляжу очень странно — стою одна в пустой комнате и разговариваю. Но моим настенным, или, в данном случае, наоконным часам было все равно, они просто выполняли свою функцию и послушно показали мне прогноз на сегодня. Удачно, что я его увидела — на три часа дня обещали дождь. Вместо тучки тут была иконка перевернутого ведра, из которого выливалась вода — я решила, что это «льет как из ведра», а значит, дождь будет нехилым. Да уж, штука была полезная.
— Дата? — с надеждой спросила я, вдруг тут был встроенный календарь. Мне бы такие часы очень пригодились, особенно если в них была карта города. Прогноз порябел, помигал немного и высветилось не очень понятное для меня число.
08.13.979
Нет, ну ладно еще год — я была готова к тому, что тут прошло меньше времени «с рождества Христова» (кстати, с какого момента они время исчисляют?), но вот к дополнительному месяцу! Это что, год длиннее на целый месяц? Не знаю, почему именно это меня так сильно удивило, но я пару минут стояла и рассматривала цифры, которые показывало стекло.