Все эти консультанты были в худшем случае учениками ее родственников, а в лучшем – сами родственники и есть. Но Марида не стала отказываться. Чем больше она будет занята, тем лучше. Домой она возвращалась с неохотой, уже по привычке через парк. Бег для Мариды стал сродни медитации, она как будто выходила на связь с Таном и чувствовала его поддержку.
Жаль, на дорожке нельзя было ночевать. Начались первые осенние заморозки. А то бы Марида поставила палатку между лавочками. В подъезде странно пахло. Соседи по площадке внезапно затеяли ремонт и вытащили к лестнице несколько коробок. В одной коробке лежали потрепанные книги. Марида прихватила незаметно парочку. Ее осенила замечательная идея.
На старую книжную пыль у нее была сильнейшая аллергия. В школе их повели как-то в архив, после экскурсии Марида неделю в больнице провалялась. Так что на ближайшие дни она собиралась стать заразной больной с соплями до колен. Как и предполагала Марида, ее муж испугался заразиться. Не стал даже подходить к поминутно чихающей, красноглазой Мариде. Но позаботился издали.
– Давай вызовем врача, может, тебе в больницу надо?
– Насморк обыкновенный, сам проходит через три дня. Плевое дело. Бегала, вспотела, продуло, – Марида осеклась, зачем она глупости говорит. – Но это точно заразно.
– Ты бегай лучше в спортзале, – как-то чересчур ласково произнес Чарли. – Можем вместе бегать. Хочешь? Вылечишься и начнем.
Если бы у Мариды были заячьи уши, она бы их прижала. Неужели Чарли так испугался разговора о разводе, что решил проявлять внимание? Вот совершенно это было ни к чему Мариде. Она не злилась на Чарли за их прошлую жизнь и за измену, даже понимала и оправдывала, но быть и дальше маскировочным щитом не собиралась.
– Может, ты пока у Фрэнка поживешь? – с тайной надеждой предложила Марида.
– А если тебе помощь понадобится? Воды там подать. Температуру измерить.
Воды? Температуру? Он, что, совсем сдурел, ее муж. То уезжает без всяких угрызений совести, бесстыдно занимается любовью с ее сестрой, а тут воду вздумал подавать. Марида растерялась, но сдаваться и не подумала.
– Я же не маленькая. И не в первый раз болею. А если тебя заражу, будет некрасиво. Я себе не прощу. Вдруг командировка срочная образуется, – озвучила свои сокровенные желания Марида.
– Ну ладно, – Чарли открыл шкаф и замер, пытаясь что-то сообразить.
– Я стирку затеяла, белье собрала, да вот разболелась, – быстро проговорила Марида и чертыхнулась про себя. Говорила же ей Петра , чтоб все было как обычно, а Марида сразу свои вещи из шкафов выгребла.
– Я сам потом постираю, ты ложись. Лекарства есть? – поведение Чарли откровенно пугало. – Ты знаешь, как лечиться?
– Есть, – от страха разоблачения Марида раскраснелась, вспотела и выглядела совсем больной. – Я зашла в аптеку.
Наконец, Чарли ушел, а Марида обессиленно опустилась на диван. От таких игр и с ума сойти недолго. Не привыкла она к вранью и недомолвкам. Вроде все делала, чтобы не выдать себя, а сколько промахов. Тяжело жить лживо, врать, изворачиваться.
Как только Римада умудряется всю жизнь в этом купаться? Если бы не Тан, Мариде не хватило бы духу в это влезть. Но ради пары-тройки дней передышки она стерпит. Приняв таблетку от аллергии, довольная Марида завалилась спать. Она успела восстановить относительную видимость ее проживания в квартире, но три дня пролетели мгновенно.
Самое дорогое вывезла к родителям. Документы спрятала в рюкзаке. Осталась только одна вещь, которая выдавала ее с потрохами – телефон. Несколько раз Марида открывала фотоальбом, чтобы удалить снимки крепости, теплохода и живописных берегов. И каждый раз рука не поднималась. Ей нравилось рассматривать их.
Она перекачала фотки в интернет-хранилище, они сохранились бы в любом случае, но так сладко было открывать их в любую свободную минутку и вспоминать. Марида три дня смотрела и вспоминала. А ночами грезила о Тане. Представляла как Тан целует ее, гладит, мнет ей животик и входит своим прекрасным горячим членом. А еще как Марида сама ласкает Тана.
После заводных воспоминаний Марида возбуждалась и вынуждена была сама себя удовлетворять. Но перестать мечтать о Тане не могла. С горестным вздохом Марида все-таки удалила все компрометирующие фотки. Кроме одной. Украдкой она засняла Тана на фоне кирпичной кладки. Тан улыбался и смотрел на облака. Красивый как артист. Если бы не одежда, Тана можно было бы принять за рыцаря прошлых веков.