Для управления шлюпом хватало всего двоих матросов и самого хозяина. Корабль был небольшим, а потому на нём просто отсутствовали лишние комнаты. Но торговец Манс проявил уважение и отдал гостям свою каюту капитана, а сам переместился ближе к грузу.
Тайхарт без зазрения совести согласился занять каюту и отправился обустраивать временное жилище. Асэми схватила рюкзак и хвостиком направилась за учителем.
К вечеру на воздушное море налетел шторм. Небо заволокло тяжёлыми тучами, засверкали молнии. Сильные порывы ветра раскачивали корабль, грозя выбросить за борт всё, что не было привязано или приколочено к палубе.
В каюте капитана горела магическая свеча, освещающая небольшое пространство комнаты. Высокий деревянный стол покоился по центру, по бокам от него были брошены соломенные лежаки, заменившие постели.
— Ты как? — в очередной раз спросил Тайхарт, настороженно взглянув на Асэми.
— Но… нормально…
Она постаралась изобразить на своём бледном лице улыбку, но затем снова склонилась над большим ведром. По комнате разлетелись не самые приятные звуки, заглушающие даже вой ветра снаружи.
Асэми укачало, она явно не привыкла к долгим путешествиям по воздушному морю, а потому страдала от морской болезни. Постоянные перекатывания корабля с борта на борт вызывали у ушастика сильнейшие приступы рвоты.
— Перекусить не хочешь? — спросил Тайхарт, не сумев удержаться от неуместной шутки.
Наградой за это стал суровый взгляд Асэми, её янтарные глаза буквально прожигали Повелителя, заставив его устыдиться своей насмешки.
— Прости, — извинился Тайхарт и поднялся на ноги. — Может, тебе принести воды или мокрое полотенце на голову?
— Просто прибейте меня, Повелитель. Нет больше сил это терпеть…
Асэми протяжно застонала и снова склонилась над ведром. Похоже, болезнь не отпустит её до самого конца треклятого шторма.
Ближе к утру тучи поредели, а затем вовсе пропали. Гроза ушла на север, штормовые порывы стихли. Корабль перестало бросать из стороны в сторону, и он спокойно плыл по воздуху на магической тяге ядра парения. Одинокий парус безвольно висел на мачте, он был бесполезен при отсутствии ветра.
Асэми перестало тошнить, она с наслаждением упала на матрас из соломы и тут же провалилась в блаженный сон. По каюте разлетался громкий сап, очень смахивающий на храпение.
Тайхарт всё ещё сидел в углу и смотрел на спящую Асэми. Он боялся пошевелиться, чтобы ненароком не прервать её дрёму. За единственным окном уже начинало светать, солнце готовилось показаться из-за туманного горизонта.
Спокойствие утра прервали крики матросов. Слуги торговца начали бегать по палубе, нещадно гремя подошвами своих сапог. Корабль вдруг резко тряхнуло, он заметно прибавил в скорости. Гул перегруженного ядра парения было слышно даже из каюты капитана.
— Да что у них там происходит? — недовольно пробурчал Тайхарт, раздосадованный тем, что шум может разбудить больную.
— А? — Асэми подняла голову, посмотрев на учителя.
— Спи! — проговорил Тайхарт, движением руки призвав её лечь обратно. — Я разберусь с этими шумливыми матросами.
В этот момент двери каюты распахнулись, и в комнату вбежал Манс. Его лицо казалось неестественно бледным, по лбу стекали капли пота, глаза бегали из стороны в сторону. Похоже, торговец был сильно напуган.
— Господин Тайхарт! У нас случилась беда! Я прошу помощи!
— Что такое? Говори уже!
— За нами увязалось судно пиратов, мы выжимаем из шлюпа все соки, но нас всё равно догоняют.
Корабль сильно тряхнуло. Манс пошатнулся, но был подхвачен Тайхартом.
— Похоже, нас уже берут на абордаж! — просипел торговец. — Вскоре они заберутся на палубу!
— И это неподалёку от Тюремного острова? Не думал, что кто-то решится на такое. Нужно будет передать Лаппи, что у нас появились конкуренты. Впрочем, они пожалеют о том, что ступили на борт.
— Мне пойти с вами? — сонно спросила Асэми, даже не открыв глаза.
— Нет, просто отдыхай. Уж с какими-то пиратами я легко разберусь.
Тайхарт достал свой меч и медленно вышел из капитанской каюты. Манс проследовал за ним, прячась за огромной спиной тысячелетнего воина.
На палубе царила суета, всюду сновали вооружённые люди, вскрывающие люки трюма и вытаскивающие из него мешки с товаром. Возле мачты лежали связанные матросы, они уже были изрядно побиты, но ещё дышали. С правого борта к шлюпу жалась быстроходная шхуна, притянутая прочными канатами с крюками на концах.