По окружающему пространству пролетела ударная волна, заставившая распорядителя Келса упасть на землю. Даже Тайхарт пошатнулся, хотя смог устоять на ногах. Высвободившаяся магия оказалась столь сильной, что выбила все стёкла в особняке и заставила землю дрожать.
Раздался крик, он был полон боли. Казалось, будто алые небеса сейчас разверзнутся в плаче. В сознание сама собой проникла такая печаль, что хотелось залезть в глубокую нору и не показывать оттуда носа.
Кричала Асэми.
Тайхарт окутал себя пеленой из Тьмы и рванулся вперёд, позабыв обо всём на свете. Случилось что-то ужасное и непоправимое, он ощущал это. Но самое страшное заключалось в том, что Асэми грозила опасность.
По мере приближения к особняку Тайхарту становилось сложнее двигаться. Тяжёлая аура волнами исходила из центра усадьбы, отбрасывая всё, что было не закреплено на земле.
Но Тайхарт всё равно двигался вперёд. Его защитная пелена из Тьмы сдерживала разрушительное воздействие странной магии, но даже сквозь барьер ощущался ужасающий жар.
Остановившись на краю каменной лестницы, Тайхарт увидел внутреннее пространство двора и всё понял. Тяжёлый вздох сорвался с губ могучего воина, а сам он преисполнился печалью. Сегодня всё изменилось, ещё одна чистая душа наполнилась темнотой.
Двор находился между «крыльями» поместья. На идеально ровном каменном покрытии расположился огромный фонтан, возле которого стояла массивная клетка. Внутри неё лежали Сумико и Рика. Они были мертвы.
Но даже после смерти сёстры держались за руки, а их исхудалые лица были обращены друг к другу. В свой последний путь они отправились вместе, не разлучившись и после финального вдоха.
Рядом с клетью безвольно сидела Асэми, она заливалась слезами и без конца кричала. Эти вопли боли рвали душу Тайхарта на части. Но ещё они заставлял пространство вокруг колыхаться.
Ощущая немыслимые страдания, Асэми утратила контроль над своей магией. Потоки огненной энергии изливались вокруг волнами, заставляя бушевать даже небо над головами и закручивая облака в ураганную спираль.
— Нет!!! — вопила Асэми. — Нет!!! Почему?!! За что?!!
Эти вопросы она обращала сразу ко всем. Она молила небеса, чтобы они дали ответ, чтобы вернули к жизни тех, кто покоился в клетке. Но все Боги этого мира молчали, даже Первая отвела свой взгляд. И это породило в сознании Асэми лютую злобу.
Бушующая вокруг огненная магия начала мерцать. Время от времени алый свет сменялся на холодную желтизну ночной луны, а после снова разгорался адским пламенем. В моменты изменения всё вокруг будто проваливалось в другое измерение, становилось бесцветным, лишённым жизни.
Страх, злость, недоверие, обида — эмоции явственно ощущались в отравленном воздухе. Их почти можно было потрогать, словно они обрели плоть. Гнетущая печаль выползала из всех щелей, давила на разум, заставляла страдать.
Эти ощущения казались знакомы Тайхарту. Он уже чувствовал нечто подобное, когда попал в мёртвый мир. И когда побывал в пространстве Тэнашай. Но сейчас всё будто смешалось воедино: пламя, лунная магия, чёрное проклятье. Они попеременно сменяли друг друга, будто пытаясь взять контроль над Асэми, пользуясь её уязвимостью и слабостью.
— Не дам! — рявкнул Тайхарт, через силу двинувшись вперёд и сопротивляясь бушующим магическим волнам. Чем ближе он подходил к треклятой клетке, тем яростнее кусалось алое пламя и лунный свет.
Но Тайхарт не мог позволить Асэми пасть во тьму. Он знал, как тяжела ноша потерь. Огонёк не должен был потухнуть, иначе вокруг останется лишь мрак. И тогда всё потеряет смысл, весь мир обратится в прах.
Тайхарт не хотел остаться один, это желание казалось эгоистичным, но оно произрастало из привязанности и было искренним.
Шаг за шагом Тайхарт приближался к центру бушующего шторма. Яростный огонь и холодное жжение лунной магии оставляли на коже чёрные следы. Боль пронзала всё тело, невидимые руки пытались ломать кости. Проклятые голоса бесились вокруг, заставляя бежать прочь, требуя оставить Дитя Лунной Крови в покое.
Но Тайхарт не сдался.
Он смог добраться до Асэми. Она безумно выла, взирая на мёртвых подруг залитыми чернотой глазами. Рыжие волосы то вспыхивали огнём, то полностью белели и покрывались инеем. Две сущности одновременно пребывали в общем теле, но обе они страдали одинаково.
— Я с тобой! — проговорил Тайхарт, положив ладонь на плечо Асэми.